Судебная практика ст 272 ук

05.11.2018 Выкл. Автор admin

Полное меню
Основные ссылки

ПРИГОВОР
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Самара
1 декабря 2004 года

Судья Кировского районного суда г. Самары Курцева М. М.

С участием государственного обвинителя заместителя прокурора прокуратуры Кировского района г. Самары Ремиз Н. Ю. подсудимого Советова А. С., его законного представителя Черноусова С. В., защитника — адвоката Решетихина В. И., представившего ордер № 053829, удостоверение № 1016, при секретаре Ивановой М. В., рассмотрев материалы уголовного дела в отношении
Советова Алексея Сергеевича, 19.04.1988 года рождения, уроженца г. Самары, гражданина РФ, с образованием 9 классов, холостого, не судимого, учащегося в Профессиональном лицее компьютерных технологий, проживающего: г. Самара, пр. Металлургов, д. 33, кв. 19, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 272, ч. 1 ст. 165 УК РФ,

Советов А. С. совершил неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации, то есть информации на машинном носителе в ЭВМ, системе ЭВМ, их сети, повлекший модификацию и блокирование информации при следующий обстоятельствах:
Советов А. С. в период с 1.05.2004 года по 31.08.2004 года, обладая достаточными знаниями в области пользования компьютерной техникой, имея умысел на несанкционированное проникновение при помощи технических средств к охраняемой законом компьютерной информации, с целью получения неправомерного доступа к компьютерной сети Интернет, находясь у себя дома на пр. Металлургов, д. 33, кв. 19 в г. Самаре, используя свой персональный компьютер с установленным модемным устройством и соответствующим программным обеспечением, телефон с номером 93-05-21, установленный по месту своего жительства, а также реквизиты пользователя сети Интернет: пароль и имя пользователя , зарегистрированный в ЗАО «Крафт-С» на имя Опарина Виталия Владимировича, осуществлял неправомерный доступ к компьютерной информации, содержащейся на серверах ЗАО «Крафт-С». С телефонного номера 95-03-21 за указанный период времени Советов осуществил не менее 180 неправомерных выходов в Интернет. Указанные действия Советова А. С. повлекли изменение статистической информации на сервере ЗАО «Крафт-С» об объеме услуг, представленных абоненту — Опарину В. В., то есть модификацию компьютерной информации.
Советов А. С. совершил причинение имущественного вреда собственнику путем обмана при отсутствии признаков хищения при следующих обстоятельствах:
Советов А. С, достоверно зная, что доступ в информационную сеть Интернет подлежит оплате провайдеру , предоставляющего данную услугу, и, что предоставление доступа в сеть Интернет требует материальных затрат со стороны провайдера, в период с 1.05.2004 года по 31.08.2004 года, находясь у себя дома, используя свой персональный компьютер, модем, программное обеспечение, телефон осуществлял выходы в сеть Интернет с использование логина leros, полученного им незаконным путем. Своими действиями, направленными на причинение имущественного ущерба без признаков хищения, путем обмана, Советов А. С. за указанный период времени нанес ЗАО «Крафт-С» ущерб в сумме 5000 рублей.
Подсудимый Советов свою вину признал полностью, в содеянном раскаялся. Он показал, что весной 2004 года на одном из сайтов сети Интернет (доступ вначале он осуществлял по карточкам) он обнаружил программу, при помощи которой можно получить реквизиты доступа в сеть Интернет, которыми пользуются зарегистрированные абоненты. При помощи указанной программы он получил реквизиты доступа (логин leros). С весны и до конца августа он осуществлял выход в сеть Интернет под данными реквизитами почти каждый день.
В папке удаленного доступа, на системном блоке, изъятом в ходе обыска у гр. Советова, в ходе осмотра обнаружена информация о реквизитах дотсупа в сеть Интернет, логин leros, пароль сохранен.
Анализируя добытые по делу доказательства, суд считает, что преступные действия Советова А. С. необходимо квалифицировать по ч. 1 ст. 272, ч. 1 ст. 165 УК РФ, так как он совершил неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации, совершил причинение имущественного ущерба путем обмана при отсутствии признаков хищения.
При назначении вида и меры наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, то, что преступления, совершенные Советовым, являются преступлениями небольшой тяжести, конкретные обстоятельства дела, личность подсудимого, несовершеннолетие и. т. д. Учитывая изложенное, суд считает необходимым назначить Советову А. С. наказание в виде исправительных работ с применением ст. 73 УК РФ.
Руководствуясь ст. ст. 299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

Советова Алексея Сергеевича признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 272, ч. 1 ст. 165 УК РФ.
По совокупности совершенных преступлений окончательно назначить наказание — исправительные работы сроком на 7 месяцев с удержанием из зароботка 10 процентов ежемесячно в доход государства.
На основании ст. 73 УК РФ наказание считать условным с испытательным сроком 6 месяцев.

Статья 272. Неправомерный доступ к компьютерной информации

СТ 272 УК РФ.

1. Неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации, если это деяние
повлекло уничтожение, блокирование, модификацию либо копирование компьютерной информации,
— наказывается штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы
или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев, либо исправительными работами
на срок до одного года, либо ограничением свободы на срок до двух лет, либо принудительными
работами на срок до двух лет, либо лишением свободы на тот же срок.

2. То же деяние, причинившее крупный ущерб или совершенное из корыстной
заинтересованности, —
наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере
заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо
исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо ограничением свободы на срок
до четырех лет, либо принудительными работами на срок до четырех лет, либо лишением свободы
на тот же срок.

3. Деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, совершенные
группой лиц по предварительному сговору или организованной группой либо лицом с
использованием своего служебного положения, —
наказываются штрафом в размере до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы
или иного дохода осужденного за период до трех лет с лишением права занимать определенные
должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет, либо ограничением
свободы на срок до четырех лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет, либо
лишением свободы на тот же срок.

4. Деяния, предусмотренные частями первой, второй или третьей настоящей статьи, если они
повлекли тяжкие последствия или создали угрозу их наступления, —
наказываются лишением свободы на срок до семи лет.

Примечания.

1. Под компьютерной информацией понимаются сведения (сообщения,
данные), представленные в форме электрических сигналов, независимо от средств их хранения,
обработки и передачи.

2. Крупным ущербом в статьях настоящей главы признается ущерб, сумма которого
превышает один миллион рублей.

Комментарий к Ст. 272 Уголовного кодекса

1. Предметом преступления является охраняемая законом компьютерная информация (примечание 1 к статье). Такая информация, как правило, представляет собой сведения о лицах, предметах, фактах, событиях, явлениях и процессах на внешнем носителе, в компьютерной памяти или компьютерной сети. Информация является охраняемой законом постольку, поскольку лицо не обладает правами доступа к данной информации; характер информации, ее охрана законодательством об авторском праве и смежных правах, законодательством о государственной тайне и т.п. не имеют значения.

2. Объективная сторона преступления характеризуется неправомерным доступом к охраняемой законом компьютерной информации. Доступ к информации предполагает получение реальной возможности знакомиться, изменять, перемещать или удалять информацию в отсутствие надлежаще полученных прав совершать все или ряд из указанных действий. В большинстве случаев о получении соответствующих прав свидетельствует согласие владельца информации, выражаемое либо прямо в форме открытия доступа к иначе недоступной информации (предоставление логина, пароля и т.п.), либо подразумеваемо в отношении специально незащищенной информации. При этом права доступа могут быть ограничены возможностями ознакомления, ознакомления и копирования информации; в таком случае иные действия с информацией следует рассматривать как неправомерный доступ.

3. Для признания преступления оконченным недостаточно самого по себе получения доступа к информации. Необходимо, чтобы следствием действий, совершенных в ходе неправомерного доступа, стало уничтожение, блокирование, модификация или копирование информации. О содержании указанных действий см. комментарий к ст. 159.6 УК; под блокированием следует понимать ограничение доступа к информации иным лицам без ее удаления; под модификацией — любое изменение информации; под копированием следует понимать создание копии информации на внешнем носителе или ином компьютере.

4. Действия в отношении информации с ограниченным доступом (сведения, составляющие государственную тайну, коммерческую, налоговую или банковскую тайну и т.п.) следует квалифицировать по совокупности ст. 272 УК и соответствующего иного состава преступления.

Приговор № 1-282/2017 от 11 мая 2017 г. по делу № 1-282/2017

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

гор. Краснодар 11 мая 2017 года

Судья Ленинского районного суда г. Краснодара Лоншаков Г.Н.

с участием государственного обвинителя : ФИО3

защитника: ФИО4, представившего удостоверение №, ордер №

при секретаре ФИО5

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по обвинению ФИО1, родившейся ДД.ММ.ГГГГ в , Краснодарского края, зарегистрирована Краснодарского края, проживает гор. Краснодар , гражданка РФ, русская, образование неоконченное высшее, не замужем, работает «ИП Парфенова», не военнообязанная, не судима

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершила подделку иного официального документа, предоставляющего права, в целях его использования, совершенное с целью скрыть другое преступление, также совершила неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации, если это деяние повлекло копирование компьютерной информации, с использование своего служебного положения, также совершила нарушение телефонных переговоров, совершенное лицом с использованием своего служебного положения.

ФИО1, на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и приказа о приеме на работу №-лс от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с соглашением об изменений условий трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ осуществляла трудовую деятельность в качестве специалиста обслуживания и продаж в офисе продаж Краснодарского филиала ОАО «ВымпелКом» (в последствии ПАО «ВымпелКом»). Согласно условиям вышеуказанного трудового договора на ФИО1 возложены трудовые функции по обеспечению обработки персональных данных, по соблюдению письменного обязательства о неразглашении персональных данных, обеспечению необходимых мер безопасности и конфиденциальности при их обработке, неукоснительного соблюдения иных требований должностной инструкции.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, более точное время следствием не установлено, в неустановленном месте, ФИО1, в процессе текстового диалога с неустановленным следствием лицом в мобильном приложении по обмену файлами и мгновенными текстовыми сообщениями «Whats Арр», функционирующего посредством информационно телекоммуникационной сети «Интернет», по просьбе указанного лица совершила неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации и нарушение телефонных переговоров ранее не знакомой ей ФИО6, с целью незаконного получения сведений о телефонных соединениях ее мобильного устройства с абонентским номером «№».

ДД.ММ.ГГГГ, около 19 часов, более точное время следствием не установлено, ФИО1, находясь на своем рабочем месте в офисе ПАО «ВымпелКом» по адресу: г. Краснодар, , не имея законных оснований на получение сведений о телефонных соединениях ФИО6, осознавая противоправный характер своих действий, с целью облегчения совершения преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. Особенная часть > Раздел IX. Преступления против общественной безопасности и общественного порядка > Глава 28. Преступления в сфере компьютерной информации > Статья 272. Неправомерный доступ к компьютерной информации’ target=’_blank’>272, ч. 2 ст. Особенная часть > Раздел VII. Преступления против личности > Глава 19. Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина > Статья 138. Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений’ target=’_blank’>138 УК РФ, без ведома и согласия ФИО6, совершила подделку иного официального документа, предоставляющего право на получение сведений о входящих и исходящих сигналах телефонного аппарата с абонентским номером «№».

Так, ФИО1, находясь в указанное время в указанном месте, достоверно зная что ФИО6 с заявлением в Центр поддержки клиентов ПАО «ВымпелКом» на получение детализации своего абонентского номера не обращалась, будучи осведомленной о том что данный официальный документ является законным основанием для получения необходимых сведений, собственноручно, на своем рабочем компьютере, изготовила заявление от имени ФИО6 адресованное в Центр поддержки клиентов ПАО «ВымпелКом» на получение сведений о телефонных соединениях абонентского номера «№» от 31.05.2016г., рукописно указав интересующий период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, после чего выполнила вымышленную подпись от имени ФИО6, тем самым совершив подделку официального документа.

Она же, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, около 19 часов, более точное время следствием не установлено, находясь на своем рабочем месте по адресу: г. Краснодар, , достоверно зная, что ФИО6 с заявлением в Центр поддержки клиентов ПАО «ВымпелКом» на получение детализации своего абонентского номера не обращалась, будучи осведомленной о том что данный официальный документ является законным основанием для получения необходимых сведений, собственноручно, на своем рабочем компьютере, изготовила заявление от имени ФИО6 адресованное в Центр поддержки клиентов ПАО «ВымпелКом» на получение сведений о телефонных соединениях абонентского номера «№» от 31.05.2016г., рукописно указав интересующий период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, после чего выполнила вымышленную подпись от имени ФИО6, тем самым совершив подделку официального документа.

Она же, ФИО1, являясь специалистом обслуживания и продаж Краснодарского филиала ОАО «ВымпелКом», ДД.ММ.ГГГГ, около 19 часов, более точное время следствием не установлено, находясь на своем рабочем месте по адресу: г. Краснодар, , продолжая реализацию своего преступного умысла, осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, в нарушение положений ч.1 ст. (ред. от 03.08.2018) > «О связи» > Глава 7. Услуги связи > Статья 53. Базы данных об абонентах операторов связи’ target=’_blank’>53, ч.1 ст. (ред. от 03.08.2018) > «О связи» > Глава 9. Защита прав пользователей услугами связи > Статья 63. Тайна связи’ target=’_blank’>63 ФЗ «О связи», ст.9, п.1 и п.4 ст. 16 ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», п.п. 1.2, 3.4, 3.21, 3.22 должностной инструкции, будучи обязанной соблюдать меры безопасности, направленные на защиту конфиденциальности информации абонентов, используя свою служебное положение и персональный доступ в информационно-билинговую систему компании сотовой связи ПАО «ВымпелКом», осуществила неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации, содержащейся в информационно-билинговых системах ПАО «ВымпелКом», путем ее копирования получила сведения о телефонных соединениях абонентского номера «№», принадлежащего и находящегося в пользовании ранее незнакомой ей ФИО6, после чего распечатала их на бумажном носителе информации.Она же, ФИО1, являясь специалистом обслуживания и продаж Краснодарского филиала ОАО «ВымпелКом», ДД.ММ.ГГГГ, около 19 часов, более точное время следствием не установлено, находясь на своем рабочем месте по адресу: г. Краснодар, , продолжая реализацию своего преступного умысла, путем копирования получив сведения о телефонных соединениях абонентского номера «№», принадлежащего и находящегося в пользовании ранее не знакомой ей ФИО6, за совокупный период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, сфотографировала их на камеру своего мобильного телефона «Sony Х-peria», после чего, в нарушение ч.2 ст. Раздел I > Глава 2. Права и свободы человека и гражданина > Статья 23′ target=’_blank’>23 Конституции РФ, согласно которой каждый имеет право на переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, а ограничение этого права допускается только на основании судебного решения, в нарушение ч. 1 ст. (ред. от 03.08.2018) > «О связи» > Глава 9. Защита прав пользователей услугами связи > Статья 63. Тайна связи’ target=’_blank’>63 Федерального закона 126-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О связи», согласно которой на территории Российской Федерации гарантируется переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электросвязи и сетям почтовой связи, используя мобильное приложение по обмену файлами и мгновенными текстовыми сообщениями «Whats Арр», функционирующее посредством сети «Интернет», передала изображения содержащие сведения о телефонных соединениях абонентского номера «№» неустановленному следствием лицу, тем самым нарушив телефонных переговоров ФИО6

В подготовительной части судебного заседания подсудимая ФИО7 заявила о своём полном согласии с предъявленным ей обвинением и в соответствии со ст. Часть 3. Судебное производство > Раздел X. Особый порядок судебного разбирательства > Глава 40. Особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением > Статья 315. Порядок заявления ходатайства’ target=’_blank’>315 УПК РФ ходатайствует о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства. Суду при этом она пояснил, что ходатайство ей заявлено добровольно, после консультации с защитником, она осознаёт характер и последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательства и, что приговор ей не может быть обжалован по основаниям предусмотренным п.1.ст. Часть 3. Судебное производство > Раздел XIII. Производство в суде второй инстанции > Глава 45.1. Производство в суде апелляционной инстанции > Статья 389.15. Основания отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке’ target=’_blank’>389.15 УПК РФ.

Потерпевшая ФИО6 в судебном заседании не возражала против особого порядка судебного разбирательства, также пояснила суду, что имущественных претензий не имеет.

Суд приходит к выводу, что обвинение, с учетом изменения обвинения в части квалификации содеянного, а также то обстоятельство, что указанные изменения не требует исследования собранных по делу доказательств и фактические обстоятельства при этом не изменяются и с которым согласилась подсудимая обоснованно, что подтверждается доказательствами собранными по делу.

Условия для постановления приговора без проведения судебного разбирательства соблюдены.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянных преступлений, относящихся к категории средней тяжести, что оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкие не имеется, личность подсудимой положительно характеризуемой по месту жительства, учебы и работы, что к уголовной ответственности на привлекается впервые, в содеянном раскаялась. Обстоятельств смягчающие наказание в соответствии со ст. Общая часть > Раздел III. Наказание > Глава 10. Назначение наказания > Статья 61. Обстоятельства, смягчающие наказание’ target=’_blank’>61 УК РФ, не имеется. Обстоятельств отягчающих наказание в соответствии со ст. Общая часть > Раздел III. Наказание > Глава 10. Назначение наказания > Статья 63. Обстоятельства, отягчающие наказание’ target=’_blank’>63 УК РФ, не имеется. При назначении наказания учитываются фактические обстоятельства дела, влияние его на осужденную и суд считает, что цели наказания, а также исправление и перевоспитание подсудимой возможно без изоляции ее от общества.

ФИО1 признать виновной в совершении преступлений и назначить ей наказание:

На основании ч. 2 ст. Общая часть > Раздел III. Наказание > Глава 10. Назначение наказания > Статья 69. Назначение наказания по совокупности преступлений’ target=’_blank’>69 УК РФ путем частичного сложения окончательное наказание ФИО1 назначить в виде лишения свободы сроком на 9 месяцев, со штрафом в доход государства в размере 130 000 (ста тридцати тысяч) рублей, с лишением права занимать должности и заниматься деятельностью связанной с предоставление услуг связи сроком на 2 года.

На основании ч.3 ст. Общая часть > Раздел III. Наказание > Глава 10. Назначение наказания > Статья 73. Условное осуждение’ target=’_blank’>73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 6 месяцев, обязав осужденную не менять места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа осуществляющего контроль за поведением условно осужденной, и не менее 2 раз в месяц являться на регистрацию специализированной государственный орган осуществляющей контроль за поведением условно осужденной.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписке о невыезде и надлежащем поведение отменить по вступлению приговора в законную силу.

Вещественные доказательства по делу: DVD-R диск с записью – хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционную инстанцию Краснодарского краевого суда через районный суд в течении 10 суток со дня провозглашения приговора. Разъяснить осужденной ее право ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции и поручать осуществление своей защиты избранному ей защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, отказаться от защитника, что в случае неявки приглашенного защитника, суд вправе предложить пригласить другого защитника, а в случае отказа – принять меры к назначению защитника по своему усмотрению и что суммы, выплаченные адвокату за оказание юридической помощи в случае участия адвоката по назначению, суд вправе взыскать с осужденной.

Шалтай не Болтай: что грозит киберпреступникам

Одно из самых громких уголовных дел начала этого года в Россиирасследование деятельности группировки хакеров «Шалтай». По версии правоохранителей, злоумышленники взламывали почту известных чиновников и бизнесменов для последующей продажи полученной информации. «Право.ru» выяснило, с какими трудностями столкнутся следователи по этому делу, а адвокат главного фигуранта, Владимира Аникеева, рассказал об особенностях расследования таких преступлений за границей.

В начале ноября 2016 года Лефортовский суд заключил под стражу некоего Владимира Аникеева. Только в начале января журналистам удалось выяснить, что Аникеев – один из главных идеологов и организатор хакерской группы «Шалтай-Болтай». Участники последней, начиная с 2013 года, выкладывали в Интернет украденную переписку высокопоставленных лиц. Например, премьер-министра Дмитрия Медведева, замглавы Управления внутренней политики администрации президента Тимура Прокопенко, аппарата помощника президента Владислава Суркова и других. В конце января 2017 года Лефортовский суд продлил арест Аникееву до 8 марта. Тогда же по делу лидера «Шалтай-Болтай» под стражу заключили еще двух его вероятных подельников – Александра Филинова и Константина Теплякова. Всем перечисленным злоумышленникам предъявили обвинения по ч. 3 ст. 272 УК («Неправомерный доступ к компьютерной информации, совершенный группой лиц по предварительному сговору»). Бывшие следователи и адвокаты рассказали «Право.ru», как проходит расследование по таким делам и чем может закончиться процесс над «Шалтаем».

Особенности состава ст. 272 УК

Преступление по ст. 272 УК считается совершенным только в том случае, если наступили последствия от действий злоумышленника, который получил доступ к компьютерной информации. Речь идет об уничтожении, блокировании, модификации или копировании полученных сведений. Если злоумышленник скопировал информацию с ограниченным доступом, например государственную или банковскую тайну, то его действия будут квалифицировать не только по ст. 272, подчеркивает Сергей Токарев, бывший следователь по особо важным делам ГСУ СК при прокуратуре РФ, адвокат, партнер АБ «Торн»: «В указанных случаях преступнику инкриминируют ст. 275 УК («Государственная измена») или ст. 183 УК («Незаконные получение и разглашение сведений, составляющих коммерческую, налоговую или банковскую тайну»).

До декабря 2011 года ст. 272 УК предусматривала наказание лишь за неправомерный доступ к информации из ЭВМ, то есть только компьютера. Кроме того, именно «хакерские» дела всегда встречались крайне редко, вспоминает свое следовательское прошлое Андрей Гривцов, партнер АБ «Забейда, Касаткина, Саушкин и партнеры», бывший следователь по особо важным делам ГСУ СК при прокуратуре РФ: «Большинство преступлений касалось взлома компьютерных программ или продажи их пиратских версий».

Однако указанную норму изменили, и с 7 декабря 2011 года преступником считается человек, который скопировал или уничтожил сведения из любого другого устройства – смартфона, планшета и т. д. Токарев считает, что такие поправки законодатель внес не случайно: «Правоохранители сталкивались с проблемами квалификации, когда преступник получал неправомерный доступ к устройству, не относящемуся к ЭВМ, но технически не уступающему последнему по возможностям (прим. ред.смартфоны, планшеты, «умные» часы)».

Статья требует изменений

Тем не менее, эксперты сходятся во мнении, что и сейчас проблем с применением ст. 272 УК хватает. Дарьяна Грязнова, юрист «Команды 29» (прим. ред.защищает одного из подозреваемых сотрудников ФСБ по делу о госизмене), указывает на отсутствие единообразия в судебной практике по таким делам. Эксперт связывает это с тем, что термины, которые содержатся в ст. 272 УК, законодательно не определены. Например, «электрические сигналы», «уничтожение, блокирование, модификация либо копирование информации». В связи с этим юрист задается вопросом: будет ли считаться преступлением, если злоумышленник запомнил конфиденциальные сведения и записал их на бумагу?

По общему правилу отсутствует наказание за неправомерный доступ к компьютерной информации лишь для ознакомления с ней. Адвокат, руководитель уголовно-правовой практики КА «Барщевский и партнеры» Алексей Гуров не согласен с таким положением: «Например, наблюдение за поведением топ-менеджмента корпорации через изучение его переписки может стать уже первым этапом для злоумышленников, которые готовят атаку на сервер компании».

Грязнову удивляет и то, что уголовная ответственность за причинение крупного ущерба по ст. 272 УК начинается с 1 млн рублей: «Хотя размер крупного ущерба за причинение вреда авторским правам составляет 100 000 рублей, а за преступления против собственности – 250 000 рублей. Размер крупного ущерба при совершении преступлений в сфере компьютерной информации, вероятно, завышен».

Языком цифр

Статистика свидетельствует о том, что количество преступлений по ст. 272 с каждым годом стремительно сокращается. Однако эксперты уверены, что эти цифры обманчивы. Гуров объясняет такие данные последних лет тем, что многие фирмы предпочитают не сообщать о неправомерном доступе к компьютерной информации собственных сотрудников: «В правоохранительные органы они не обращаются, а пытаются разобраться с виновными собственными силами».

Проблема еще и в том, что правонарушения становится все сложнее выявлять, например, непросто определить место совершения преступления. Правоохранительные органы могут неоднократно передавать материал проверки по территориальности, затягивая возбуждение уголовного дела и усложняя последующее расследование, отмечает Гуров. По мнению юриста, целесообразно возбуждать уголовное дело по месту обращения потерпевшего.

Если же уголовное дело все-таки возбудят, и оно дойдет до суда, то преступники редко получают реальные сроки. Токарев объясняет такие мягкие приговоры тем, что обвиняемые обычно признают свою вину и «активно сотрудничают» со следствием.

Множество экспертиз и долгий поиск преступника

Все эксперты сходятся во мнении, что основная специфика расследования компьютерных преступлений – это необходимость проводить множество специальных судебных экспертиз. Например, информационно-технологическое исследование поможет определить особенности накопления, хранения, поиска, актуализации и распространения компьютерной информации.

По большому счету, доказать такие преступления несложно, отмечает Гривцов: «Помимо необходимости проводить специальные экспертизы, проблемы бывают только с документированием действий подозреваемых». Однако с учетом масштабов деятельности хакерской группы уголовное дело может расследоваться долго, поскольку потребует производства большого количества следственных действий (допросов, осмотров, длительных исследований), подчеркивает Гривцов.

Едва ли не самое сложное в таких преступлениях для следствия – выйти на след злоумышленника. Руководитель уголовной практики юридической компании «BMS Law Firm» Тимур Хутов советует начинать поиск подозреваемых с технического персонала взломанных компьютерных систем: разработчиков, операторов, программистов, инженеров связи и других специалистов по защите информации. По словам юриста, иногда преступники используют серверы, арендованные за пределами РФ. Тогда следователям необходимо установить интернет-провайдера, которому принадлежит искомый IP-адрес, его фактическое местонахождение, и направить в соответствующее государство международный запрос о предоставлении информации. Однако такое взаимодействие предполагает тесное сотрудничество органов юстиции нескольких государств. Оно регулируется международными актами, но Россия участвует далеко не во всех из них. Например, в 2001 году страны СНГ заключили соглашение о сотрудничестве в борьбе с преступлениями в сфере компьютерной информации. Россия ратифицировала этот документ только в 2008 году. Соглашение предусматривает обмен информацией между государствами-участниками, совместное проведение оперативно-разыскных мероприятий и процессуальных действий, профилактика и расследование преступлений. Но в конвенции Совета Европы «О преступности в сфере компьютерной информации» 2001 года Россия наряду с Китаем участвовать отказалась, приводит другой пример Гуров: «Наше государство смутило то, что документ позволяет правоохранительным органам других стран проводить расследования на территории России».

Наказание хакеров в США и Европе

За границей расследование таких преступлений происходит несколько по иному пути и зависит от законодательства конкретной страны. Например, в США закон «О мошенничестве и злоупотреблении с использованием компьютеров» 1984 года предусматривает семь различных составов преступлений в сфере компьютерной информации, говорит Руслан Коблев, адвокат Аникеева, управляющий партнер АБ «Коблев и партнеры»: «Такое разграничение свидетельствует о различном регулировании преступлений в обсуждаемой сфере и зависит от объекта посягательства, способов и целей «несанкционированного доступа в компьютер». В США санкции за подобные преступления являются достаточно жесткими: до 10 лет тюремного заключения практически по всем перечисленным составам и до 20 лет лишения свободы в случае рецидива или получения секретной информации. Однако американские законы предусматривают и низший предел по таким делам – в виде штрафа или одного года тюрьмы, если преступление совершено впервые и имеются смягчающие обстоятельства, констатирует Коблев.

Если в России операторы связи и пользователи обязаны предоставлять любые сведения по запросу спецслужб и раскрывать правоохранителям ключи для расшифровки информации, то в США такое невозможно. Летом 2016 года Федеральный апелляционный суд США вынес важное решение, приводит пример Хутов: «Американское правительство не может заставить Microsoft или другие компании предоставлять данные своих клиентов, если эта информация хранится на серверах вне Штатов». В судебном акте идет речь о содержимом электронной почты клиентов телекоммуникационных компаний США. Однако и в Америке судебная практика тоже не однообразна. В начале февраля 2017 года суд Филадельфии постановил, что компания Google обязана при наличии ордера передать властям письма пользователей, которые хранятся на серверах за пределами США. Согласно решению судьи Томаса Рутера, передача ФБР почтовых сообщений с зарубежных серверов Google в рамках расследования дел о мошенничестве внутри США не нарушает ничьих прав. Правда, юристы американской компании не согласились с таким актом и обжалуют его. Тем не менее, Хутов делает вывод, что власти США постепенно склоняются к раскрытию информации перед правоохранительными органами, несмотря на вторжение в частную жизнь.

Европейское законодательство по этому вопросу разнится. Например, в Великобритании за неправомерный доступ к компьютерным данным (прим. ред.аналогичный УК РФ) установлена санкция в виде лишения свободы на срок до 2 лет. До 2006 года наказание за такое преступление и вовсе составляло шесть месяцев, отмечает Коблев. Если противоправные действия мешают нормальной работе компьютера, то преступник может лишиться свободы и на срок до 10 лет. В Германии наказание более мягкое. Обсуждаемое деяние у немцев относится к компьютерному шпионажу и максимальное наказание за него – лишение свободы на срок до трех лет, рассказывает Коблев.

Прогнозы о судьбе «Шалтая»

Непосредственно по делу «Шалтая» эксперты высказываются осторожно. Исходя из озвученного в СМИ обвинения (ч. 3 ст. 272 УК), расследование дела должно завершиться в течение 6 месяцев, поскольку речь идет о преступлении средней тяжести, а обвиняемый содержится под стражей, констатирует Гривцов: «В этой связи нельзя исключить как скорое завершение расследования, так и ужесточение предъявленного обвинения по более тяжким статьям».

Учитывая то, что несколько фигурантов дела признали вину полностью или частично, они могут надеяться на мягкий приговор, дает оптимистичный прогноз для обвиняемых Хутов: «Возможно, наказание будет равно фактически отбытому сроку в СИЗО».

Может ли кредитор контролировать корпоративный статус своего должника, разбирались суды в деле № А05-5165/2018. ИП Виктор Тюкин поставлял продовольственные товары ООО «Рассвет» с 2010 года. К 2015 году за покупателем скопились долги. Тюкин переговорил с учредителями «Рассвета» Еленой Жемчуговой (49%) и Владимиром Петровским (51%). Они договорились обеспечить выплату денег двумя способами. Во-первых, по долгам покупателя поручилась другая фирма. А во-вторых, ИП Тюкин заключил корпоративный договор непосредственно с учредителями. Они обязались не продавать свою долю и не выходить из состава участников. А Тюкин считал, что это поможет привлечь учредителей должника к субсидиарной ответственности, если будет такая необходимость.

Но в 2017 году Петровский ушел из бизнеса и его доля по закону перешла к самому «Рассвету». А Тюкин обратился в суд, где потребовал вернуть Петровского в состав учредителей, а сделку по выходу из общества признать недействительной.

Два суда отклонили иск предпринимателя. Они пришли к выводу, что учредитель вполне мог покинуть компанию согласно п. 1 ст. 94 Гражданского кодекса. Норма допускает выход без согласия других участников или общества, если это предусмотрено уставом. Устав «Рассвета» это разрешал, рассудили две инстанции. Да и сам корпоративный договор не требовал, чтобы Петровский получал согласие Тюкина на выход из общества.

Нарушение корпоративного договора само по себе не позволяет «обнулить» выход из общества, хотя и дает возможность привлечь Петровского к ответственности, согласились суды. Как они отметили, истец не доказал, что поступок ответчика нарушил его права. Интерес Тюкина был в том, чтобы вернуть деньги. Для этого он мог подать иск к «Рассвету» или поручителю, но не сделал этого, объяснили арбитражи. Они отклонили возражения Тюкина, который указывал, что потерял возможность привлечь Петровского к субсидиарной ответственности. «Для этого нужны специальные основания, которые в этом деле не установлены», – ответил 14-й ААС.

Договор – корпоративный или простого товарищества?

Правильно квалифицировать соглашение бывает непросто. Чем отличается корпоративный договор от договора простого товарищества, разбирались суды в деле № А50-34733/2017. Владимир Мельников заключил с Антоном Шалимовым соглашение о том, как они будут вести бизнес по производству и продаже древесно-угольных брикетов (другие участники – Мария Шалимова и Татьяна Кудринских). Условий было много. В частности, Мельников обязался пополнить расчетные счета двух обществ, Шалимов – погасить долги одной из фирм. Доходы они договорились делить поровну.

Но на деле все оказалось не так, как на бумаге. Договор исполнили только в незначительной степени, и оказалось, что у Шалимова нет денег на исполнение соглашения. Кроме того, он скрыл кредиторскую задолженность одной из своих фирм. Мельников был недоволен тем, что другие участники соглашения ничего не делают для организации производства, не соблюдают договоренности в части распределения расходов.

Мельников задался целью признать договор незаключенным. В своем иске он указал, что это договор простого товарищества, в котором не согласованы обязательные по закону условия. Например, характер вклада и его размер. Арбитражный суд Пермского края с этим согласился. По сути, Шалимов обязался представить мощности для производства брикетов, а Мельников отвечал за финансирование, рассудила первая инстанция.

Ответчики не были согласны с такой трактовкой. Они настаивали, что каждый пункт соглашения самостоятельный и независимый от другого. Но АС Пермского края отверг их доводы. Он объяснил, что стороны хотели объединить вклады для совместного бизнеса, а это договор простого товарищества. При этом текст недостаточно четкий: «невозможно конкретно определить предмет совместной деятельности, общий объем финансирования, размер вклада каждого участника и порядок внесения вкладов в совместную деятельность». По этой причине АС Пермского края признал договор незаключенным.

Иного мнения оказался 17-й арбитражный апелляционный суд. Здесь речь именно о корпоративном договоре, в котором участники договорились, как они будут распоряжаться своими правами, рассудила апелляция со ссылкой на ст. 67.2 ГК. К тому же обстоятельства дела надо оценивать в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также с учетом презумпции разумности и добросовестности участников (п. 7 информационного письма Президиума ВАС от 25 февраля 2014 года № 165). Таким образом, 17-й ААС отказался признавать договор незаключенным. 15 октября 2018 года это постановление оставила в силе кассация.

Не заплатила за молчание

В феврале 2015 года Александр Петров и Мария Солеварова учредили ООО «Винтаж» с долями 30% и 70% соответственно. А через полгода составили «соглашение о перераспределении обязанностей». Петров устранялся от управления компанией и получения прибыли, а взамен ему полагались компенсации от 100 000 до 200 000 руб. в месяц до мая 2016-го. При этом соглашение считалось расторгнутым в случае задержки или невыплаты. Солеварова перечислила 135 000 руб. и на этом остановилась.

В мае 2016-го Петров решил, что неисполнение соглашения причинило ему 1,6 млн руб. убытков, и обратился в суд. АС Приморского края отказал, потому что счел договор незаключенным (дело № А51-10201/2016). Из текста было непонятно, кто именно выплачивает компенсации Петрову.

Но 5-й арбитражный апелляционный суд пришел к другому выводу. Условия договора не противоречат закону, стороны его исполняли, по поводу условий не спорили, Солеварова даже перевела первый платеж – всё это говорит о том, что договор нельзя признать незаключенным. Кроме того, добавила апелляция, у соглашения всего два участника, так что здесь тоже не может быть разночтений, кто должен платить деньги Петрову.

Убытков у него не возникло, решил 5-й ААС. Когда Солеварова перестала платить – Петров всего лишь получил обратно обычные права участника по управлению обществом. А если он считает, что партнёр неосновательно обогатился, судьи апелляции посоветовали ему подать отдельный иск. В 2017 году кассация подтвердила правильность такого подхода.

Корпоративный договор и предпринимательский риск

Владелец нефтеперерабатывающей площадки «Адыгейскнефтехим» Адам Яхутль в 2009 году нашел инвесторов для своего бизнеса – Алексея Баринова и Станислава Матвеева. Отношения оформили двумя документами. По договору купли-продажи Яхутль должен передать 60%-ю долю в предприятии ООО «Мост-Т» за 700 000 руб. Второе соглашение регулировало взаимоотношения Яхутля с Бариновым, Матвеевым и «Мостом-Т» «по совместному развитию общества». Три лица обязались развить мощность площадки до определенного показателя и вложить туда 30 млн руб. Яхутлю полагалось 10 млн руб. сразу же и 25 млн руб. – с прибыли. Такие соглашения стороны подписали в 2009 году, когда площадка была банкротом.

Надежды не оправдались. Компания вышла из одного банкротства, но впереди ее ждало другое. В 2014 году «Адыгейскнефтехим» признали несостоятельным по его заявлению и открыли банкротное дело (сейчас, судя по данным Casebook, компания находится в стадии ликвидации). В 2016 году Яхутль направил контрагентам предложение расторгнуть договор купли-продажи доли, но не дождался ответа и отправился в суд.

В деле № А01-1238/2016 Яхутль утверждал, что продал долю по очень заниженной цене в надежде на возрождение бизнеса и увеличение прибыли. Судебная экспертиза подтвердила его слова: согласно заключению, 60% предприятия в 2009 году стоили 206 млн руб., а вовсе не 700 000. Ссылаясь на существенное изменение обстоятельств и нарушение договора, истец просил расторгнуть договор купли-продажи.

АС Адыгеи так и поступил. Он объяснил решение необходимостью толковать договоры совместно, потому что они «взаимосвязаны и преследуют одни и те же цели». При этом арбитраж отклонил доводы ответчиков. Он не принял во внимание платежное поручение на перечисление 10 млн руб. Яхутлю, поскольку там не было отметки банка и некоторых других реквизитов. Суд не счёл пропущенным срок исковой давности, ведь он начался, когда Яхутль предложил урегулировать дело миром в 2014 году. «Ранее этой даты обратиться за судебной защитой оснований не было», – объяснил АС Адыгеи.

Его решение исправил 15-й арбитражный апелляционный суд. Если результаты в бизнесе не были достигнуты – это следствие обычного предпринимательского риска, а последствия банкротства отражаются на всех учредителях предприятия. В деле нет доказательств, что ответчики злонамеренно скрыли 25 млн руб. с прибыли – этой прибыли просто не было. По мнению 15-го ААС, из текста договоров не следует, что судьба купли-продажи зависит от корпоративного соглашения. Если бы стороны хотели это увязать – ничего им не мешало включить эти условия в единый договор, рассудила апелляция.

Далее она проанализировала, как исполняли свои обязательства ответчики. Они заплатили по долгам «Адыгейскнефтехима» и вкладывались в производство. Что касается передачи 10 млн руб. Яхутлю, здесь апелляция учла утверждение из переписки, что эти деньги были «по устному распоряжению перечислены близкому родственнику». Да и сам Яхутль не заявлял официальные претензии на эту сумму. Он пытается вернуть проданную в 2009 году долю, но не возвращает ответчикам их вложения – здесь апелляция увидела злоупотребление правом и отказала в иске. Решение устояло в кассации.

Корпоративное акционерное соглашение

Владелец 40% акций АО «Рузам» Гази Лугуев был недоволен решением ООО «РНГС Трейдинг» (60%) – второго акционера – продать помещения «Рузама» стоимостью 7,8 млн руб. Он решил оспорить эту сделку в деле № А40-133036/2016. Лугуев утверждал, что сделка крупная, но не получила одобрения на общем собрании участников. Но суды отвергли эти заявления, потому что, согласно уставу, крупной считается сделка от 10 млн руб.

Помимо этого, суды оценили «генеральное соглашение о взаимоотношениях между обществом и его акционерами». Согласно этому документу, права покупателя как акционера [имеется в виду Лугуев – «Право.ru»] распространяются только на один объект с другим адресом. АС города Москвы по этой причине решил, что Лугуев не имеет права на иск. Истец не согласился с этим и подал апелляционную жалобу. Он настаивал, что генеральное соглашение – это, по сути, акционерное соглашение. И оно недействительно, поскольку переход прав на акции был зарегистрирован позже.

Но 9-й ААС отверг эти аргументы. Он использовал аналогию с ч. 10 ст. 67.2 ГК, которая устанавливает, что правила о корпоративном договоре применяются к соглашению о создании хозяйственного общества, если иное не следует из закона или сути соглашения. По этой причине генеральное соглашение нельзя признать недействительным, решила апелляция. А значит, Лугуев не имеет влияния на отношения общества по поводу других объектов, чем указанных в договоре.

Алена Пушкарская* купила смартфон Sony Xperia M5 Dual E5633 за 27 000 руб. в октябре 2016 года, а в феврале 2017-го отнесла его в ремонт по гарантии в ООО «Сота-Сервис» (какая с ним была проблема – в судебных актах не уточняется). Получив телефон после ремонта, Пушкарская обнаружила, что защитное стекло разбито, а затем он перестал включаться. Она потребовала, чтобы «Сота-Сервис» выплатил ей двукратную стоимость смартфона, но фирма отказала. В ответ Пушкарская обратилась в суд, где ее права защищало Общероссийское общественное движение в защиту прав и интересов потребителей «Объединение потребителей России». Истица потребовала компенсировать двукратную стоимость устройства – 53 980 руб., 10 000 руб. убытков, 5000 руб. компенсации морального вреда и «потребительский» штраф в размере 50% от требований, не удовлетворенных в срок.

Забыли про Пленум

Хотя Пушкарская предъявила накладную, что сдавала телефон в «Сота-Сервис», компания настаивала, что не виновата в поломке. Ее представитель в суде пояснил, что гаджет отправили в вышестоящий сервисный центр – ООО «РСС». Именно эта компания, в которой сделали гарантийный ремонт, должна отвечать по иску, указывал юрист «Сота-Сервиса».

С такой логикой согласились два суда. В накладной указано, что «Сота-Сервис» оставляет за собой право передать аппарат в вышестоящий сервисный центр. В суд надо подавать на компанию, которая чинила телефон, указали две инстанции. Но «Объединение потребителей России» отказывалось менять ответчика и настаивало на своей правоте. Его услышали в Верховном суде, куда общество подало жалобу.

Гражданская коллегия ВС напомнила положения Гражданского кодекса, а также их толкование. Если должник поручил исполнить обязательство третьему лицу, отвечает все равно должник – такое указание дал Пленум ВС со ссылкой на п. 6 ст. 313 ГК и ст. 403 ГК (п. 22 постановления от 22 ноября 2016 г. № 54). Иными словами, кому бы фирма не передала чинить телефон – претензии по качеству ремонта надо предъявлять все равно ей, следует из определения № 18-КГ18-154. С такими указаниями коллегия под председательством Елены Гетман отправила дело на новое рассмотрение в апелляцию.

Чтобы застраховаться от возможных проблем, Спиричева из АБ «Бородин и партнеры» советует внимательно читать документы, которые оформляются перед ремонтом.

* – имя и фамилия изменены редакцией.

Если потребитель судится с продавцом о неисправном гарантийном товаре, то по общему правилу именно продавец должен доказывать, что не виноват в поломке, напомнил Верховный суд в одном из недавних дел. В нем Павел Петриченко* требовал у дилера «Фаворит Технолоджи» 222 895 руб., потраченных на ремонт Opel Astra GTC. Машина 2013 года сломалась в сентябре 2015-го, когда еще была на гарантии. Двигатель неравномерно работал на всех оборотах, постоянно мигал индикатор ESP Service и лампочка «Проверьте двигатель». Поэтому владелец попросил продавца заняться ремонтом. Их переписка растянулась на несколько месяцев.

24 и 26 сентября 2015 года Петриченко направил заявку на ремонт, где указал поломки.2 ноября «Фаворит Технолоджи» направил ответ, в котором написал, что не может сказать, готов ли принять автомобиль на гарантийный ремонт, потому что «не имеет подтвержденной информации о характере и причине неисправности». Чтобы это определить, компания пригласила доставить автомобиль на бесплатную диагностику.11 ноября Петриченко снова направил претензию с требованием незамедлительно принять автомобиль на гарантийный ремонт.23 ноября «Фаворит Технолоджи» сообщил, что готов принять машину в ремонт.23 ноября Петриченко отправил телеграмму, в которой потребовал в течение 10 дней доставить автомобиль на ремонт за счет «Фаворит Технолоджи». Иначе Петриченко пригрозил отремонтировать машину самостоятельно, а расходы взыскать с дилера. Телеграмма не была доставлена из-за отсутствия организации по адресу.

Следом Петриченко сам организовал диагностику и ремонт. Эксперт подтвердил, что на автомобиле в таком состоянии ездить опасно, нужно заменить цилиндры и поршни. Это обошлось в 222 895 руб. Петриченко выставил такой счет дилеру, но тот отказался платить, поэтому владелец отправился в суд. К сумме ремонта он прибавил 690 000 руб. неустойки за неисполнение гарантийного обязательства, 93 616 руб. неустойки за отказ возместить расходы на ремонт и 10 000 руб. в счет возмещения морального вреда.

За чей счет доставка

Районный суд удовлетворил требования частично, снизив неустойку (итоговая сумма из акта вымарана). Это решение отменил Тверской областной суд. Он прислушался к доводам юристов «Фаворит Технолоджи», что дилер не отказывался принять «Опель» на ремонт. По словам представителей компании, они пообещали Петриченко оплатить расходы на эвакуацию, если диагностика подтвердит производственный характер поломки. Однако владелец его не доставил и, по мнению организации, «злоупотребил правом».

Областной суд не нашел вины в поведении дилера, ведь он не отказывался от своих обязательств. Истец не мог требовать незамедлительно отремонтировать машину по гарантии без диагностики. Доставку должен был обеспечить сам клиент, а компания возместила бы ему расходы, рассудила апелляция со ссылкой на п. 7 ст. 18 закона о защите прав потребителей. Кроме того, облсуд решил, что наряд-заказ и письменная консультация Петриченко не подтверждают производственный характер недостатков.

С этим не согласился Верховный суд, который сослался на другое правило из п. 7 ст. 18 закона о том, что доставку крупногабаритного груза для ремонта оплачивает уполномоченная организация. «В своих письмах она не предложила забрать автомобиль к месту ремонта и ничего не сделала для выполнения своей обязанности», – указывается в определении № 35-КГ18-7. Апелляция также проигнорировала мнение эксперта, что на автомобиле было опасно ездить, то есть нельзя было доставить его в ремонт своим ходом.

ВС напомнил, что продавец или иное уполномоченное лицо отвечает за поломки гарантийного товара, если не докажет, что они возникли после его передачи по вине покупателя или третьих лиц (п. 6 ст. 18 закона о защите прав потребителей). Областной суд не учел, что именно «Фаворит Технолоджи» должен был доказать вину владельца машины, чтобы победить в судебном споре. Компания этого не сделала, поэтому гражданская коллегия отправила дело заново в апелляцию.

Логика, закон и бремя доказывания

По словам старшего партнера АБ Яблоков и партнеры Ярослава Самородова, апелляция исходила больше из логики, чем из закона: ответчик не отказался принять автомобиль, вот только покупатель его не предоставил. Только не учла, что закон дает покупателю возможность отремонтировать машину на стороне, а потом выставить счет.

Продавец вел себя недобросовестно, потому что не организовал приемку и доставку машины к месту диагностики, говорит старший юрист Athaus Legal Сусана Киракосян.

В суде некоторые продавцы ошибочно полагают: «кто идет в суд – тот и доказывает», говорит Яблоков. Но часто они могут выбирать такую позицию намеренно, чтобы затягивать процесс и показывать, что с них так легко денег не получить. В то же время бремя доказывания может распределяться по-другому, замечает Киракосян. Если товар без гарантии или недостаток возник после гарантийного срока – доказывать причину должен покупатель.

* – имя и фамилия изменены редакцией.

Приведу две случайные новости последних месяцев, но список можно продолжать бесконечно. В Калифорнии открылось кафе с кухней-автоматом, бургеры для гостей жарит робот без участия человека. В Китае масштабируется проект магазинов самообслуживания: в нем нет ни одного сотрудника, посетители оплачивают товары самостоятельно, а компьютерное зрение следит, чтобы никто не унес с собой ничего лишнего.

Юристы – не повара и не охранники на кассе, их работу перепоручить искусственному интеллекту сложнее, но прогресс добирается и сюда. В российском инфополе первая ассоциация с этой темой – выступления Грефа и увольнения в Сбербанке. В мире у движения за автоматизацию нет явного лидера. Международная ассоциация искусственного интеллекта и закона проводит конференции и принимает научные доклады, но крайне далека от практики. Множество мелких стартапов решают небольшие практические задачи, но и им далеко для полноценного робота-юриста.

Самое очевидное и самое безопасное применение AI – чтение. Нейросетка не принимает никаких решений, а только подсказывает человеку. Американский casetext разработал систему умного поиска подходящих судебных прецедентов. Механика проекта очень проста: пользователь загружает в систему документ, AI ищет в базе всё, что ему кажется подходящим к данному делу. Отличие стартапа от «Консультанта Плюс» и его аналогов в интеллектуальности поиска, запрос не разбивается на отдельные ключевые слова, casetext пытается использовать именно смысл прецедента.

Доступ к сервису продается по подписке, базовая цена без скидок составляет $120 в месяц – на самом деле очень дешево, если он хоть пару раз за месяц что-нибудь находить будет, то с учетом стоимости часа американского юриста вложения уже отобьются. Обычный же человек может использовать casetext, по сути, бесплатно – недельный тестовый период есть, а что ещё непрофессионалу может понадобиться? Ради двух разнесенных во времени поисков можно и два раза зарегистрироваться.

Проекту пять лет, но действительно массовым он пока не стал. Инвестиции привлек тоже не очень большие по американским меркам, 20 млн за всё время. Куш при этом впереди огромный: в США 1 300 000 юристов, даже по $20 в месяц с каждого – это очень неплохой рынок.

Стартап Ravel Law читает и анализирует американские судебные прецеденты. От casetext он отличается тем, что берет как входную точку для поиска не документ, а человека. Принятие решения в процессах часто крайне субъективно, и ключевую роль играет личность судьи. Напомню знаменитое исследование, которое популяризовал Канеман в книге «Thinking, Fast and Slow»: в среднем самые мягкие приговоры выносятся в начале дня или после обеда, самые жесткие – перед перерывом, результат статистически значим. Конечно, не требуется никаких стартапов и нейронных сетей, чтобы добиваться выгодного времени слушаний, но субъективизм проявляется не только как реакция на чувство голода.

Ravel Law структурирует все предыдущие процессы судьи и вытаскивает скрытые закономерности его поведения. Какие аргументы он любит, какая стилистика его раздражает, какие прецеденты цитирует в решениях. Знание таких особенностей позволяет адвокату лучше готовиться к делу и апеллировать к правильным струнам в душе судьи.

LawGeex берет на себя больше ответственности и рекламируется как сервис электронного юриста. Робот пока ещё маленький и глупенький и скорее помогает живому человеку, чем его заменяет, но лиха беда начало.

Заявленный функционал – проверка договоров по чек-листу, принятому в данной корпорации. «Мы не подписываем договоров с возможным штрафом больше X», «мы не подписываем договоров, которые не можем разорвать за три месяца» – что-то в таком духе. LawGeex подчеркивает неправильные абзацы и передает дальше человеку на проверку и спор с контрагентом. В суть бизнес-договоренностей AI, конечно, не влезает. Так глубоко, впрочем, и не каждый юрист лезет.

Стартап рекомендует использовать технологию в неважных договорах – при подписании NDA, текущих закупках и тому подобных ситуациях, когда всё ясно и цена ошибки мала. Пиарные презентации обещают сократить время согласования таких документов до часа. Впрочем, активные продажи LawGeex пока не ведет, видимо, качество продукта ещё недостаточно.

Стартап потратил на разработку $9,5 млн инвестиций и привлек в апреле раунд ещё на 12 млн.

После чтения наступает время написания. В идеальном мире AI будет не помогать юристу, а заменит его целиком. Технологиям до этого ещё далеко, то что есть на рынке – автоматизация стандартизованных действий, а не истинная интеллектуальная работа. Откровеннее всех разницу демонстрирует стартап DoNotPay – робот-юрист для простых неприятностей. Предположим, у пользователя случилась типовая городская проблема. Например, пришел штраф за неправильную парковку уже проданного автомобиля. Человек заходит на сайт стартапа, находит свой случай и проходит через последовательность вопросов: «как вас зовут?», «какой номер штрафа», «когда вы продали машину?». Журналисты называют этот процесс «чат-ботом», но явно льстят: в диалоге нет никакой вариативности или понимания смысла, сервис просто по очереди текстовые поля показывает.

Когда квест заканчивается, DoNotPay вставляет полученные ответы в стандартную форму, предлагает её распечатать и с ней идти жаловаться. Юрист не нужен, деньги сэкономлены, клиент доволен, для типового случая ему действительно больше ничего не надо. К AI, разумеется, все это никак не относится, но какая разница, что сидит внутри у механического турка. DoNotPay максимально прост и почти анекдотичен, но завтра по той же модели будут работать и более серьезные проекты. Прогресс отрасли уже не остановить.

Если участник дела подал документы позже срока, установленного судьей, – это не всегда значит, что он опоздал, следует из решения АС Московского округа по делу о банкротстве банка «Народный Кредит» (дело № А40-171160/2014). Агентство по страхованию вкладов пыталось привлечь трех контролирующих лиц к ответственности на 18 млрд руб. и доказывало, что они выдавали заведомо невозвратные кредиты.

Арбитражный суд города Москвы отложил рассмотрение дела. Он предложил представить отзывы и дополнительные бумаги до 26 февраля 2018 года. Судья предупредил, что в случае опоздания не будет принимать документы и рассмотрит дело по имеющимся доказательствам. Так и случилось, потому что АСВ передало копии договоров и других бумаг 2 марта. Суд не стал приобщать эти доказательства к делу и на заседании 5 апреля решил отказать в иске. Такого же мнения оказалась и апелляция.

АС Московского округа, наоборот, встал на сторону АСВ. «Он сдал дополнительные доказательства в суд 2 марта к заседанию, назначенному на 5 апреля, то есть более чем за месяц», – написано в постановлении. Таким образом, документы по делу были раскрыты заранее. АСВ имеет право ссылаться на доказательства, с которыми другие участники дела были ознакомлены заблаговременно, указала кассация на п. 5 ст. 65 АПК. Спор она указала пересмотреть.

Наказать директора за недостачу

Станет ли бывший директор «ГВСУ Монолит» Николай Харламов отвечать за недостачу товарно-материальных ценностей (ТМЦ) на 25,2 млн руб., решали суды в деле № А40-124820/2017. Первоначальная недостача была почти в два раза больше: инвентаризация в конце 2015 года недосчиталась имущества на 47,9 млн руб. Служебная проверка, которую провели уже после увольнения Харламова в 2016-м, сократила эту сумму вполовину.

Единственный акционер компании, АО ХК «ГВСУ «Центр», решил взыскивать убытки с гендиректора. Дело в том, что работники, которые отвечали за движение ТМЦ, не подписывали договоров о полной материальной ответственности. Поэтому акционер обвинил в недосмотре Харламова. Но бывший директор не признал претензий и напомнил, что в компании работала инспектор по кадрам – она и должна была заключать договоры с сотрудниками.

Первая инстанция удовлетворила иск и согласилась, что Харламов не обеспечил сохранность имущества. Апелляция, наоборот, решила, что требования не доказаны. 9-й ААС напомнил, что служебная проверка, которая установила итоговый размер убытков, проводилась уже после увольнения Харламова и без его участия. В «ГВСУ-Монолите» действительно работала инспектор отдела кадров, и в ее трудовые обязанности входило заключение договоров о полной материальной ответственности. Директор делегировал ей эти полномочия, объяснила апелляция. Кроме того, она выяснила, что большинство работников, отвечавших за недостачу, были уволены с апреля по ноябрь 2016 года, когда Харламов не работал в «ГВСУ-Монолите» и не мог привлечь их к материальной ответственности.

АО ХК «ГВСУ «Центр» пожаловалось в АС Московского округа. Правда, в ходе заседания его представитель не смог ответить на вопросы судей о конкретных причинах недостачи – было ли это хищение или неправильное оформление документов. Юрист истца объяснил, почему сумма снизилась почти наполовину: в ходе проверки появлялись новые документы, которые объясняли отсутствие имущества.

Харламов возражал, что на него несправедливо возлагать ответственность, ведь акционер выявил конкретных сотрудников, которые виноваты в недостачах. К тому же два суда отказались назначать бухгалтерскую экспертизу, так что сумма не проверена.

АС МО отправил дело на пересмотр, потому что нижестоящие инстанции не установили причин исчезновения ТМЦ. Это нужно было сделать, ведь проверка в два раза снизила сумму ущерба и установила, кто был причастен к недостаче. Кроме того, суды не ответили, повлияют ли их решения на этих причастных или на инспектора по кадрам. Иными словами, суды не установили круг лиц, участвующих в деле. АС МО предписал разобраться в этом при новом рассмотрении дела, а также решить, нужна ли бухгалтерская экспертиза.

Как правильно заключить договор после аукциона

В деле № А40-240384/17 суды решали, справедливо ли включать «Индастриал Модуль» в реестр недобросовестных поставщиков. Компания одержала победу в аукционе на поставку комплектующих для ООО «Транснефть-Дальний Восток», но заключила договор с опозданием. За это ФАС включила ее в «черный список», а компания оспорила это в суде. Две инстанции согласились, что вина поставщика не доказана. Это покупатель вовремя не передал договор: он сделал это по электронной почте, хотя стороны не достигли договоренности заключать сделки по e-mail. Закупочная документация тоже не содержала информации о способах подписания договора. Кроме того, «Транснефть-Дальний Восток» не предоставила доверенность на лицо, которое подписало договор от ее имени.

АС МО отменил акты нижестоящих инстанций и решил, что они не уделили внимания доводам ответчика. По его мнению, договор вполне можно было заключить по e-mail даже без упоминания об этом в тексте соглашения. П. 2 ст. 434 ГК позволяет заключить договор в письменной форме не только в виде одного документа, но и с помощью электронных документов, если каналы связи позволяют установить адресанта. Кроме того, добросовестный поставщик, который сомневается в полномочиях представителя контрагента, должен потребовать от него доверенность, а не отказываться от подписания договора. Кассация обратила внимание на эти доводы и предписала пересмотреть дело.

Претензионный порядок и исковая давность

Как правильно считать срок исковой давности, напомнила кассация в деле № А40-187969/2017. В нем ООО «Градди» взыскивало пени с ООО «Гевит» за просрочку поставки в размере 4,7 млн руб. Истец должен был получить оборудование, оплаченное в лизинг, по двум спецификациям. По первой товар был поставлен в сентябре 2014 года вместо июля, по второй – 26 сентября, а не 9 сентября 2014 года. «Градди» решило получить деньги за просрочку и отправило исковое заявление 27 сентября 2017 года. Истец приложил к иску претензию, которая была направлена 8 сентября 2017 года. По мнению «Градди», обязательная досудебная стадия прерывала срок течения исковой давности. Но две инстанции решили, что компания опоздала. Она должна была узнать о нарушении своих прав в первый день просрочки по каждой из поставок.

Истец пожаловался в АС Московского округа, который разделил его точку зрения, что обязательный претензионный порядок прерывает течение срока исковой давности. Это предусмотрено п. 3 ст. 202 ГК. А если стороны в договоре предусмотрели претензионный порядок, но не согласовали срок рассмотрения претензий – срок исковой давности прерывается на 30 дней (ч. 5 ст. 4 АПК). С этими и другими комментариями дело направилось на пересмотр в Арбитражный суд города Москвы.

Апелляционная коллегия рассмотрит 21 дело. Два из них судейские:

– Летом этого года авиакомпания «Победа» обратилась в Верховный суд с требованием признать незаконным пункт правил перевозки ручной клади, который обязывает перевозчика принимать на борт вещи сверх нормы в 5 кг – рюкзаки, дамские сумки, букеты и костюмы в портпледе. Всё, за исключением «социально значимых предметов» – лекарств, детского питания, переноски и медоборудования, не должно перевозиться бесплатно, посчитали представители лоукостера группы «Аэрофлот». На заседании в ВС представители авиакомпании настаивали, что спорную норму приняли без учета технических характеристик самолетов, а вещи в салоне просто некуда класть (см. «Победа» проиграла: суд не позволил перевозчику сократить бесплатную ручную кладь»). Ответчиками по этому делу выступили Минюст и Минтранс. Представители этих ведомств уверяли, что спорная норма является законной и из всех авиакомпаний вызывает претензии только у «Победы». Судья Юрий Иваненко отказался удовлетворять иск, теперь перевозчик постарается убедить в своей правоте апелляцию ВС.

– Мировой судья из Краснодарского края Виктор Воробьев в 2016 году возмутился системой распределения дел в регионе между ним и его коллегами. После этого в отношении судьи назначили две проверки. Обе выявили ряд нарушений в работе судьи: от недочетов в делопроизводстве до ошибок в подсудности. Краевая ККС в начале 2017 года лишила судью полномочий, сославшись на неудовлетворительные результаты проверочных мероприятий и прогулы курсов повышения квалификации. Тогда тот попытался вернуть себе мантию в дисциплинарной коллегии Верховного суда, но неудачно (см. «Верховный суд не вернул мантию судье-«путешественнику»). А в начале этого года СКР попросил у региональной ККС согласия на возбуждение уголовного дела в отношении Воробьева, инкриминировав экс-судье «мошенничество» (ст. 159 УК). По версии следствия, мировой судья получил 200 447 руб. за дни, в которые фактически отсутствовал на работе. ККС признала доводы следствия обоснованными и «выдала» бывшего судью сотрудникам СКР. ВККС оставила такое решение без изменений. Тогда Воробьев обжаловал акт Высшей квалифколлегии в ВС, но тоже безуспешно. На следующей неделе это дело изучит апелляция.

– Весной этого года ВККС разрешила заключить под стражу экс-судью АСГМ Ирину Баранову. Ее судейский статус приостановили после того, как против нее возбудили дело о подстрекательстве к даче взятки и крупном мошенничестве (ч. 4 ст. 33 и ст. 291 и ч. 4 ст. 159 УК). Суд определил заключить ее под стражу на два месяца с момента ее фактического задержания. По версии следствия, Баранова помогла бизнесменам Михаилу Чернову и Михаилу Балакиреву, которые пытались провести рейдерский захват части особняка в центре Москвы. Здание на Гоголевском бульваре, д. 3 принадлежало компании «Эквисман». Как утверждают представители следствия, за €100 000 и $4000 судья пообещала, что уговорит свою коллегу Юлию Беспалову (Кухаренко) вынести «нужное» решение – о признании права собственности на особняк площадью 920 кв. м и стоимостью $50 млн за компанией «Аквамарин Лимитед» (дело № А40-139953/2010). Заключенный в декабре 2007 года договор купли-продажи между «Аквамарином» и другим офшором – «Эквисман холдингс лимитед» – тогда признали недействительным, а через несколько месяцев «Эквисман» признали потерпевшим по этому уголовному делу. Чернов и Балакирев были впоследствии осуждены за мошенничество на семь и девять лет. А сама судья в 2013 году уехала в США и не возвращалась. Адвокат Барановой попытается отменить решение Высшей квалифколлегии в апелляции ВС.

В административной коллегии назначено 66 дел. В их числе:

– Весной этого года по приказу главы Кемеровского областного суда Алексея Кирюшина в отношении судей городских судов Кемеровской области провели проверочные мероприятия. По их итогам выяснилось, что судья Беловского городского суда Андрей Шпирнов допускал с 2016 по 2018 год в своей работе систематические нарушения: не извещал надлежащим образом стороны разбирательств и выносил решения без их участия, не привлекал к спорам заинтересованных лиц и т. д. По представлению Кирюшина региональная ККС вынесла Шпирнову предупреждение. Тот не согласился с этим решением и обжаловал его в Кемеровском облсуде. Он уверял, что спорные нарушения являются разовыми судебными ошибками, за которые его не нужно «предупреждать». Однако суд доводы заявителя признал необоснованными (дело № 3а-396/2018). Теперь судья будет доказывать свою правоту в ВС. Четыре года назад Шпирнова уже пытались лишить мантии за подобные нарушения: рассмотрение дел без должных доказательств и вызова заинтересованных лиц. Но дисциплинарное судебное присутствие тогда вернуло ему судейские полномочия.

– В феврале этого года Верховный суд Республики Татарстан вынес обвинительный приговор членам группировки «Казаевские»: Дмитрию Бикбулатову и Альберту Кошкину дали 24,5 года лишения свободы, Алексею Тарасову – 24 года, Александру Бикбулатову – 18 лет, Сергею Бикбулатову – 17 лет, а Андрей Морозов отправится за решетку на 14 лет. По версии следствия, с начала 90-х годов эта банда, входившая в ОПГ «Юдино», держала под криминальным контролем ряд магазинов и кафе в поселке Юдине. Преступники долгое время оставались безнаказанными, запугивая свидетелей и избавляясь от улик. Всего на счету обвиняемых 14 эпизодов преступной деятельности, в том числе пять убийств, установили сотрудники правоохранительных органов. Членов группировки удалось задержать лишь в 2013 году, но свою вину они так и не признали. Следствие и судебное разбирательство длились пять лет. Адвокаты осужденных из-за этого обратились в ВС с требованием взыскать в пользу своих доверителей компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок.

В гражданской коллегии должно состояться 32 дела. Среди них:

– Антон Семичкин* в 2013 году получил заём в микрофинансовой организации «Домашние деньги», но эти средства фирме так и не вернул. Компания наняла коллекторские агентства «ЮСБ» и «Кредитэкспресс Финанс», чтобы те помогли вернуть долг. Коллекторы сумели узнать номер Анны Семичкиной*, матери заемщика, и стали звонить ей, сообщая о задолженности сына. Кроме того, агентства послали Семичкиной несколько писем с предложением выплатить долг за своего близкого родственника. Мать должника возмутило такое поведение коллекторов, и она обратилась в суд с требованием признать действия «ЮСБ» и «Кредитэкспресс Финанса» незаконными и взыскать с этих фирм компенсацию морального вреда за частые звонки и письма. Две инстанции отказали в иске, сославшись на то, что ответчики никаких незаконных действий не совершали и моральный вред не наносили (дело № 02-1525/2016). Суды указали на то, что коллекторы не принуждали Семичкину платить по долгам сына. Истец не согласилась с решениями нижестоящих инстанций и обжаловала их в ВС.

– Олег Зайкин* приобрел в магазине «Медиа-Маркт» телевизор Sony за 253 000 руб. Но через полгода после покупки монитор сломался и просто перестал включаться. Зайкин повез телевизор в гарантийный сервисный центр «Владон», который был указан в договоре купли-продажи монитора. В этом соглашении, кроме всего прочего, указано, что ремонт товара должен длиться не дольше двух недель. Но потребитель получил обратно свою покупку лишь через четыре месяца. После этого недовольный покупатель решил расторгнуть соглашение купли-продажи телевизора и получить обратно свои деньги с компенсацией морального вреда. Первая инстанция отказала в иске заявителю, а апелляция его требования удовлетворила (дело № 33-38/2018). Теперь в спорной ситуации разберется ВС.

В экономколлегии состоится 16 споров. Среди них:

– Агентство по страхованию вкладов оспорило сделки Национального банка развития бизнеса, у которого весной 2014 года отозвали лицензию. Речь идет о продаже нежилой недвижимости в Москве бизнесмену Магомеду Заглиеву за 82 млн руб. и цепочке операций, которыми кредитная организация, по мнению агентства, прикрыла первую сделку. Банк купил векселя у ООО «Лексис Гарант», которое перечислило деньги ООО «Агросервис», а то перевело средства Заглиеву. Их предприниматель получил в виде займа, после чего и заплатил по договору банку. Перечисленные сделки успели провести всего за один день. В АСВ уверены, что реальная цель этих операций – прикрыть передачу недвижимости физлицу без предоставления встречного исполнения, а деньги, уплаченные покупателем, на самом деле принадлежали кредитной организации. Три инстанции не согласились с трактовкой ситуации агентством (дело № А40-76551/2014). Суды указали, что Заглиев оплатил покупку нежилых помещений, а другие спорные операции в этой истории не затрагивают права и интересы банка как должника. Кроме того, суды заметили, что АСВ в своем иске сослалось на оспоримость подозрительных сделок должника (ст. 61.2 закона о банкротстве), но пропустило годичный срок исковой давности. Агентство должно было узнать об основаниях для оспаривания этих сделок еще летом 2014 года, а требования заявило лишь в ноябре 2015 года. АСВ не согласилось с мнениями нижестоящих инстанций и обжаловало их в ВС. В своей жалобе заявитель предложил считать цепочку спорных сделок притворными, для которых срок исковой давности составляет три года. Экономколлегия отменила все акты по этому делу и отправила его на новое рассмотрение в первую инстанцию, попросив АСГМ внимательнее изучить спорные операции и проверить ликвидность векселей. Второй круг завершился снова не в пользу конкурсного управляющего должника, и спор опять дошел до ВС.

– Сотрудники МИФНС № 14 по Республике Татарстан проверили деятельность индивидуального предпринимателя Наиля Гаязова за 2011–2013 годы. По итогам этих мероприятий инспекция доначислила бизнесмену 7,8 млн руб. НДФЛ, штраф и пени – в общей сложности еще 4,7 млн руб. На счетах коммерсанта таких денег не оказалось, поэтому налоговики стали взыскивать долг за счет имущества должника в судебном порядке. Две инстанции признали такой подход инспекции обоснованным (дело № А65-26432/2016). Но первая кассация отменила выводы нижестоящих судов. Окружной суд указал на возможность применить в спорной ситуации налоговую амнистию (Федеральный закон № 436-ФЗ от 28 декабря 2017 года) по отношению к Гаязову. В п. 2 ст. 12 этого закона поясняется, что можно списать недоимку, которая образовалась на 1 января 2015 года и числилась за предпринимателем на дату принятия решения о списании. Новелла вступила в силу уже после принятия решения апелляцией в этом деле. Но кассация решила, что нововведение должно иметь обратную силу, так как улучшает положение налогоплательщика. Налоговики не согласились с такой логикой ВС и обратились в ВС. По мнению инспекции, подход окружного суда противоречит буквальному содержанию п. 2 ст. 12 закона № 436-ФЗ. Эта норма разрешает списать лишь те долги, о которых инспекция знала, а не выявила в ходе проверки, утверждают заявители жалобы.

Коллегия по уголовным делам изучит 27 жалоб.

Самая резонансная из них – по делу банды петербургских националистов «Невоград-2». В группировку входили 18 молодых людей, половина из которых еще даже не достигла совершеннолетнего возраста. Их главарём являлся работник «Водоканала» Андрей Колесников. Следователи установили, что злоумышленники несколько лет совершали в Санкт-Петербурге нападения на выходцев из Средней Азии. Самым громким эпизодом стало убийство 50-летнего приезжего из Узбекистана в 2013 году, после которого преступников и удалось задержать. Расследование этого дела длилось три года, а судебные слушания заняли еще два. Весной этого года Санкт-Петербургский городской суд приговорил Колесникова к 16 годам лишения свободы в колонии строгого режима. Другие члены банды получили от 4,5 до 9 лет, а один и вовсе отделался условным сроком. Теперь обоснованность такого решения изучит ВС.

Президиум рассмотрит 11 дел, а коллегия по делам военнослужащих – семь.

* – имена и фамилии действующих лиц изменены.