Статья ук рф мтс

07.03.2019 Выкл. Автор admin

Статья ук рф мтс

Убедительно настаиваю на срочном рассмотрении моей претензии и возврате денег в сумме 5785рублей а именно за отправку 65 SMS на короткий номер 1272 на сайте www.mamba.ru (деньги были сняты с номера 79185175037 за период с 18.12.2011 по 28.12.2011гг.
В противном случае я собираюсь обратиться с жалобой в прокуратуру, так как данное действие попадает под статью
«мошенничество» и может быть квалифицировано как завладение чужим имуществом (деньгами) путем введения в заблуждение. УК РФ: Статья 159. Мошенничество.
Так же за сознательное укрывательство данного мошенничества к Вам применима и статья 34 УК РФ. Ответственность соучастников преступления.

С уважением, абонент МТС Любовь» // Любовь

Фраза из заголовка была актуальна лет эдак 15 назад. Потом ситуация вроде как исправилась, по крайней мере, у меня к озвученой компании претензий не было. До сегодняшнего дня.

Сервис «Легкий платеж» оказался тяжеловатым. Я понимаю, что перевод денег со счета телефона МТС на счет конкурирующего провайдера — как ножом по сердцу, но должны же быть какие-то рамки.

Форма платежа «Перевод на Билайн». Ввод номера получателя, вид оплаты (картой или со счета). Выбираю «Со счета». Сумма комиссии — 10 рублей за операцию (см. рис. 1).

Так о чем это я… Знаете, а масштабы в МТС уже не те. Воровством то, что со мной произошло, не назовешь. Так, мелкое жульничество в надежде, что перепутают 10 рублей и 10% или не прочитают до конца СМС. В общем, перевелись на Руси Соловьи-разбойники . Одни мышки-воришки остались…

Настоящую публикацию прошу считать официальным открытым обращением в ОАО МТС.

Статья ук рф мтс

Хочу предупредить сразу, необходимо верить во все, что написано в данной статье, но выводы делать — очень осторожно. Сам я никаких выводов постараюсь не делать, а просто изложу часть своих наблюдений из серии «Работа сотовых сетей».

Вас когда-нибудь посещали мысли о том, то что со счета вашего мобильного телефона снимают больше средств, чем вы расходуете их на самом деле?

Если это так, значит вы — абонент сотовой сети МТС.

Мне многие говорили о том, что МТС ворует, что надо переходить к другому провайдеру мобильной связи. Но я не переходил. Почему? Потому, что нет в Москве другого провайдера, который предоставлял бы услуги мобильной связи лучше, чем делает это МТС. И, честно говоря, я считал все домыслы о воровстве денег — обычной мнительность граждан.

Каюсь, с недавнего времени я поменял свое отношение к подобным заявлениям.

А началось все еще год назад, когда моя знакомая начала жаловаться на безумную скорость расходования средств со своего счета в МТС, в те периоды, когда она находилась за границей.

И вот, неделю назад я начал получать звонки от этой же самой девушки, будем называть ее Ольгой, с просьбой пополнить счет, который таял прямо на глазах. Она в это время отдыхала в Анталии и по телефону не разговаривала вообще, но держала его включенным, чтобы получать СМС (короткие текстовые сообщения) от своих родных.

Решив разобраться в происходящем, я взял все реквизиты телефона и углубился в изучение вопроса.

А начал я с системы ИССА (доступ к лицевому счету и настройкам услуг через Интернет).

Для начала, я заказал детализацию счета за время пребывания Ольги в Турции.

Получив детализацию, я увидел, что Ольга дважды разговаривала с Москвой, и довольно продолжительно, за что с нее списали порядка $15.

Казалось бы, ерунда — $15. Но это для тех, кто постоянно разговаривает по мобильному телефону. А для тех, кто пользуется им аккуратно — $15 хватает на месяц, а может и больше.

Я удивился претензиям Ольги, и при следующем ее звонке (а звонила она не по мобильному телефону, боясь растерять все средства, а из телефона-автомата), я поинтересовался, кто это ей звонил. Тут-то и выяснилось, что звонила ей сестра, только разговоров по пять минут не было. Более того, из всех звонков она ответила только на один и крайне коротко, а об остальных узнала из меню телефона — «звонки без ответа».

Вот тут мне стало уже интересно.

Я позвонил в финансовую службу МТС и поинтересовался комментариями к происходящему.

Интересное наблюдение. После того, как я назвал реквизиты телефона, со мной начали беседовать. Но как только я описал проблему, мне заявили, что разговаривать будут только с владелицей телефона. Причем, наличие у меня всех данных по лицевому счету и полный доступ ко всей информации через службу ИССА не подтверждало моих прав как владельца, девушка ссылалась на то, что я — мужчина. И даже представившись супругом Ольги, мне не удалось изменить ситуации. Пришлось долго и с напором требовать объяснения данного факта не по конкретному телефону, а о возможности таких случаев вообще.

Милая девушка мне объяснила, (ВНИМАНИЕ!) что если телефон определил номер, то факт установки связи с аппаратом зафиксирован и дальше идет обыкновенная тарификация времени разговора, со всеми вытекающими.

Вот тут мне чуть не стало плохо. Я попросил объяснить, с какой такой радости человек должен платить за разговор, которого не было. Ответ был кратким, как все гениальное, что-то вроде: «А кто за это должен платить?». Вероятно, имелось в виду, что установленное соединение (но не с абонентом, а с аппаратом вызываемого абонента) все равно оплачивается по расценкам роуминга и МТС не собирается относить эти затраты на свой счет, а возлагает их на несчастного абонента.

«Что же это такое», — возмущался я, — «получается, что я могу оставить телефон в доме, уйти на улицу, а какой-нибудь знакомый нагреет меня на месячную зарплату, названивая без остановки? «.

Девушка очень долго пыталась подобрать хоть сколько-нибудь весомый аргумент в пользу своего утверждения, но все ее рассуждения разбивались о камни моей логики, которая заключалась в двух простых тезисах.

1. Если ее утверждение верно, то почему я не плачу за несостоявшиеся разговоры, находясь в Москве.

2. Если ее утверждение имеет силу только по отношению к звонкам по роумингу, то где сие прописано.

Мне так и не удалось получить от представителя финансового контроля ссылки на внутренний документ МТС или какое-либо федеральное правило, диктующее, что определение номера в сотовой сети — является началом разговора с вызывающим абонентом.

Закончился мой разговор с девушкой тем, что меня косвенно назвали ненормальным, заявив, что любой нормальный человек знает — определение номера — есть начало разговора. И предложением для Ольги: написать претензию в финансовую службу. Претензию, разумеется, будут рассматривать и удовлетворят, если финансовая служба МТС сочтет ее обоснованной.

Ну как же финансовая служба может счесть ее обоснованной, когда эта же финансовая служба минуту назад с уверенностью бронетранспортера уверяла меня в том, что это подобное списывание средства — нормальное явление.

А тот факт, что девушка постоянно с кем-то советовалась, окончательно убедил меня в том, что говорила она не «по своему скромному мнению», а выражала официальное мнение МТС.

Более того, меня попросили сопроводить претензию распечаткой детализации, но после моего звонка в МТС, мне перестали удовлетворять доставку детализации счетов Ольги по e-mail. То есть заявки системой принимались, но не удовлетворялись. Что, ошибки в работе электронной почты? Возможно. Но я в это не верю. Придется ехать за распечаткой ножками.

После разговора с «финансовым контролем» я обратился к службе технической поддержки МТС, которой задал простой вопрос: «Может ли срабатывание услуги «определение номера» считаться началом разговора в родительской тарифной зоне или по роумингу, и существуют ли хоть какие-нибудь условия, при которых несостоявшийся разговор может быть тарифицирован?».

На что мне категорически заявили, что звонок тарифицируется только с момента нажатия на кнопку телефона «ответ». Т.е. с момента начала разговора, а не с момента поступления вызова. И никакие дополнительные условия не могут влиять на данное правило.

Я попросил Ольгу вообще не делать никаких звонков с мобильного и не принимать никаких звонков, кроме моих.

На следующий день Ольгин счет совсем опустел и задолженность составляла уже -20.

Делайте выводы сами. Дайте своим друзьям ссылку на эту статью, что они вам скажут?

Внимательнее изучайте детализацию ваших разговоров. И да прибудет с вами сотовая связь с честной тарификацией!

А претензию я обязательно в финансовую службу МТС направлю, о результатах доложу.

За взлом сети сотрудник «МТС» оштрафован на 105 тысяч рублей

Бывший менеджер по продажам компании «МТС» Ярослав Франк признан виновным в нарушении тайны телефонных переговоров. Кировский районный суд Екатеринбурга приговорил его к штрафу в размере 105 тысяч рублей, передает «УралБизнесКонсалтинг».

Следствие установило, что Франк, имея доступ в систему, в которой хранится информация об абонентах, узнал кодовое слово «третьего лица», что позволило ему в последствии перечислять с чужого лицевого счета небольшие суммы на свой счет и счет своего друга. По данному факту было возбуждено уголовное дело согласно части 2 статьи 138 («Нарушение тайны переписки и телефонных переговоров») и части 2 статьи 272 («Неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации») УК РФ.

Суд постановил, что своими действиями Франк нарушил действие статей 23 и 24 Конституции РФ, а также федеральные законы «О связи» и «О персональных данных», гарантирующих гражданам тайну телефонных переговоров. В ходе оглашения приговора обвиняемый полностью признал свою вину.

Россельхозбанк выдал кредит компании ОАО «Консервщик» (позже – АО «Купинский молочный комбинат»). Фирме представили 46,3 млн руб. под 16,8% годовых. Долг надо было возвращать двумя платежами: 25 января 2017 года – 20 млн руб., а месяц спустя – 26, 3 млн руб. Поручителем по договору выступил Перт Хасубов*, договор предусматривал солидарную ответственность поручителя и заёмщика.

Когда первая выплата не поступила в срок, банк направил поручителю требование погасить долг и досрочно вернуть все деньги, но делать этого Хасубов не стал. Тогда банк отправился в суд. В иске он попросил взыскать с поручителя задолженность – 44,9 млн руб., а также судрасходы и госпошлину.

Параллельно банк подал иск в Арбитражный суд Новосибирской области о взыскании солидарной задолженности по тому же кредитному договору и обращении взыскания на имущество. Хасубова привлекли к делу в качестве третьего лица. АС утвердил мировое соглашение между банком и должником. По его условиям компания возвращала задолженность по основному долгу до 25 июня 2020 года согласно графику, а также соглашалась вернуть пени и проценты. При этом обязательства по договорам поручительства не прекращались.

Что касается гражданского иска к поручителю, то первая инстанция частично удовлетворила требования. Суд исходил из того, что заемщик не вернул кредит, а значит, наступила солидарная ответственность поручителей. С учетом частичного погашения задолженности компанией на момент рассмотрения спора с Хасубова постановили взыскать 41 млн руб. Решение устояло в апелляции. Там отметили, что мировое соглашение, изменяющее сроки и порядок расчётов по договору, не означает изменения способа исполнения обязательства и не является новацией, не прекращает обязанности заёмщика и поручителя.

Однако в ВС не согласились с таким подходом нижестоящих судов (дело № 58-КГ18-23). Коллегия по гражданским спорам отметила: если установлено, что должник выполняет свои обязанности перед кредитором, то нет оснований для взыскания задолженности с поручителя.

Мировое соглашение было гражданско-правовой сделкой, изменяющей условия кредитного договора и по срокам исполнения обязательств. Новые условия договора должник исполняет, а значит, нет оснований взыскивать деньги с поручителя, указал Верховный суд.

Нижестоящие инстанции проигнорировали такой довод поручителя. В итоге ВС отправил дело на новое рассмотрение в апелляцию, отменив апелляционное определение (на момент подготовки материала еще не рассмотрено – ред.)

Позиция ВС верна: при ином подходе игнорировался бы акцессорный характер поручительства, замечает Надежда Попова, юрист Павлова и партнеры. По её словам, по подобным делам позиция Верховного суда уже сформирована. Примером служит определение ВС от 24.09.2014 по делу № А40-28131/2013. «Дело сначала рассматривалось в ВАС, судьи которого верно заметили, что «при ином истолковании норм права о поручительстве кредитор получал бы неосновательное обогащение как за счет удовлетворения его требований по основному обязательству, так и одновременно за счет поручителя». А уже после упразднения ВАС дело было рассмотрено Верховным судом», – привела пример Попова.

* – имена и фамилии участников процесса изменены редакцией.

Если потребитель судится с продавцом о неисправном гарантийном товаре, по общему правилу именно продавец должен доказывать, что не виноват в поломке, напомнил Верховный суд в одном из недавних дел. В нем Павел Петриченко* требовал у дилера «Фаворит Технолоджи» 222 895 руб., потраченных на ремонт Opel Astra GTC. Машина 2013 года сломалась в сентябре 2015-го, когда еще была на гарантии. Двигатель неравномерно работал на всех оборотах, постоянно мигал индикатор ESP Service и лампочка «Проверьте двигатель». Поэтому владелец попросил продавца заняться ремонтом. Их переписка растянулась на несколько месяцев.

24 и 26 сентября 2015 Петриченко направил заявку на ремонт, где указал поломки.2 ноября «Фаворит Технолоджи» направил ответ, в котором написал, что не может сказать, готов ли принять автомобиль на гарантийный ремонт, потому что «не имеет подтвержденной информации о характере и причине неисправности». Чтобы это определить, компания пригласила доставить автомобиль на бесплатную диагностику.11 ноября Петриченко снова направил претензию с требованием незамедлительно принять автомобиль на гарантийный ремонт.23 ноября «Фаворит Технолоджи» сообщил, что готов принять машину в ремонт.23 ноября Петриченко отправил телеграмму, в которой потребовал в течение 10 дней доставить автомобиль на ремонт за счет «Фаворит Технолоджи». Иначе Петриченко пригрозил отремонтировать машину самостоятельно, а расходы взыскать с дилера. Телеграмма не была доставлена из-за отсутствия организации по адресу.

Следом Петриченко сам организовал диагностику и ремонт. Эксперт подтвердил, что на автомобиле в таком состоянии ездить опасно, нужно заменить цилиндры и поршни. Это обошлось в 222 895 руб. Петриченко выставил такой счет дилеру, но тот отказался платить, поэтому владелец отправился в суд. К сумме ремонта он прибавил 690 000 руб. неустойки за неисполнение гарантийного обязательства, 93 616 руб. неустойки за отказ возместить расходы на ремонт и 10 000 руб. в счет возмещения морального вреда.

За чей счет доставка

Районный суд удовлетворил требования частично, снизив неустойку (итоговая сумма из акта вымарана). Это решение отменил Тверской областной суд. Он прислушался к доводам юристов «Фаворит Технолоджи», что дилер не отказывался принять «Опель» на ремонт. По словам представителей компании, они пообещали Петриченко оплатить расходы на эвакуацию, если диагностика подтвердит производственный характер поломки. Однако владелец его не доставил и, по мнению организации, «злоупотребил правом».

Областной суд не нашел вины в поведении дилера, ведь он не отказывался от своих обязательств. Истец не мог требовать незамедлительно отремонтировать машину по гарантии без диагностики. Доставку должен был обеспечить сам клиент, а компания возместила бы ему расходы, рассудила апелляция со ссылкой на п. 7 ст. 18 Закона о защите прав потребителей. Кроме того, облсуд решил, что наряд-заказ и письменная консультация Петриченко не подтверждают производственный характер недостатков.

С этим не согласился Верховный суд, который сослался на другое правило из п. 7 ст. 18 закона о том, что доставку крупногабаритного груза для ремонта оплачивает уполномоченная организация. «В своих письмах она не предложила забрать автомобиль к месту ремонта и ничего не сделала для выполнения своей обязанности», — указывается в определении № 35-КГ18-7. Апелляция также проигнорировала мнение эксперта, что на автомобиле было опасно ездить, а значит, нельзя было доставить его в ремонт своим ходом.

ВС напомнил, что продавец или иное уполномоченное лицо отвечает за поломки гарантийного товара, если не докажет, что они возникли после его передачи по вине покупателя или третьих лиц (п. 6 ст. 18 Закона о защите прав потребителей). Областной суд не учел, что именно «Фаворит Технолоджи» должно было доказать вину владельца машины, чтобы победить в судебном споре. Компания этого не сделала, поэтому гражданская коллегия отправила дело заново в апелляцию.

Логика, закон и бремя доказывания

По словам старшего партнера АБ Яблоков и партнеры Ярослава Самородова, апелляция исходила больше из логики, чем из закона: ответчик не отказался принять автомобиль, вот только покупатель его не предоставил. Только не учла, что закон дает покупателю возможность отремонтировать машину на стороне, а потом выставить счет.

Продавец вел себя недобросовестно, потому что не организовал приемку и доставку машины к месту диагностики, говорит старший юрист Athaus Legal Сусана Киракосян.

В суде некоторые продавцы ошибочно полагают, что «кто идет в суд – тот и доказывает», говорит Яблоков. Но часто они могут выбирать такую позицию намеренно, чтобы затягивать процесс и показывать, что с них так легко денег не получить. В то же время, бремя доказывания может распределяться по-другому, замечает Киракосян. Если товар без гарантии или недостаток возник после гарантийного срока – доказывать причину должен покупатель.

* — Имя изменено редакцией.

Сэр Луи Жак Блом-Купер (Sir Louis Jacques Blom-Cooper) – королевский адвокат, барристер Миддл Темпла (одной из четырех юридических корпораций в Лондоне), специализировался на публичном и административном праве. Он окончил сразу несколько учебных заведений: школу Порт-Реджис, Сифорд колледж, Колумбийский университет, Королевский колледж Лондона, Амстердамский университет и колледж в Кембридже. С 1962 по 1984 год преподавал юриспруденцию в Лондонском университете, с 1988 года работал судьей апелляционного суда, а с 1992 по 1996 год – заместителем судьи Высокого суда. В 1992 году был посвящен в рыцари. Автор множества юридических статей. Скончался 19 сентября 2018 года в Лондоне в возрасте 92 лет.

На счету сэра Блом-Купера десятки громких дел. В 1983 году он представлял заключенного Стивена Рэймонда и смог добиться для него и других осужденных права на доступ к судам для подачи иска без предварительного разрешения тюремных властей. В 1985 году королевский адвокат установил роль социальных служб в смерти четырехлетней Жасмин Бекфорд, что спровоцировало их трансформацию: с тех пор специалисты по охране детства начали искать детей, которым угрожает опасность. В 1991 году он руководил расследованием жестокого обращения с пациентами и заключенными психиатрической больницы Эшворт в Мерсисайде, что заставило врачей изменить режим с практически тюремного на терапевтический.

Блом-Купер – известный правозащитник, который в 1961 году создал организацию «Международная амнистия» (Amnesty International), поддержав призыв амнистировать политзаключенных. Именно он в 1965 году выступил против смертной казни и добивался ее отмены на протяжении всей жизни. Сэр Купер с 1973 по 1984 год был председателем Лиги Говарда (The Howard League) по реформе пенитенциарной системы. С 1989 по 1990 год барристер занимал должность председателя Совета по печати (предшественник Комиссии по рассмотрению жалоб на прессу), основал MediaWise, который работал для политически корректного освещения средствами массовой информации тем беженцев и расизма. В 1992 году этот юрист стал первым Независимым комиссаром по делам центров содержания под стражей, что позволило ему выступить за внедрение практики видео- и аудиозаписи полицейских допросов и бесед. Он также возглавлял Комиссию по закону о психическом здоровье и выступал за то, чтобы с пациентами консультировались по вопросам их лечения. Блом-Купер был покровителем благотворительной организации, которая поддерживает британцев, отбывающих наказание за рубежом.

О работе юристом

«Я католик, я всю жизнь протестовал против власти» (см. «Sir Louis Blom-Cooper: Campaigning lawyer had strong links with Northern Ireland»).

[Отвечая на вопрос, как он оказался в апелляционном суде. – Ред.] «Я каждое воскресенье обедал с начальником судебных архивов» (см. «Sir Louis Blom-Cooper QC dies at 92»).

«Вы [молодые российские юристы. – Ред.] несете профессиональную и личную ответственность за соблюдение принципов верховенства права» (см. «Sir Louis Blom-Cooper QC»).

О правах заключенных

«Если заключенному говорят, что у него пожизненный приговор, он может повернуться и ответить: «Ну, раз я здесь навсегда, почему я должен сдерживаться?». Важно не лишать последней надежды» (см. «Joan Bakewell: the Heart of the Matter: A Memoir, 1996»).

«Баланс между интересами заключенного и общественными интересами будет достигнут теми, кто объективен, независим и не подвержен влиянию политической ситуации» (см. «Joan Bakewell: the Heart of the Matter: A Memoir, 1996»).

О свободе прессы

«Что нужно общественности, так это знать, что ее пресса делает от ее имени, а также чего она не делает. Например, деятельность правительства в Ираке, о которой мы почти полностью остались в неведении, потому что газеты не сообщали о ней» (см. «Louis Blom-Cooper: Leveson Inquiry «a golden opportunity»).

«Я думаю, нам нужно избавиться от слова «регулирование». Слово «регулирование» подразумевает для некоторых людей какую-то форму исполнительной власти. Нам нужен независимый орган, который осуществлял бы независимый мониторинг прессы. Любая форма государственного вмешательства для создания такого органа потребует принятия нового законодательства. Совершенно не хочется, чтобы надзор осуществлялся самим правительством» (см. «Louis Blom-Cooper: Leveson Inquiry «a golden opportunity»).

«Я рассматриваю свободу прессы как проявление нашей индивидуальной свободы; то есть мы даем прессе право выражать наше коллективное мнение, которым мы все обладаем в соответствии со ст. 10 Европейской конвенции о правах человека. Свобода слова принадлежит всем нам, она в равной степени принадлежит и тем, кто работает в СМИ, и тем, кто этого не делает» (см. «Louis Blom-Cooper: Leveson Inquiry «a golden opportunity»).

«Если посмотреть на нынешнюю цензуру, будь то самоцензура или цензура со стороны государства, поражаешься ее вторжению в образовательные и другие сферы жизни человека. Есть о чем беспокоиться. Свобода слова нуждается в тщательном изучении и защите» (см. «Early Index supporter Louis Blom-Cooper dies aged 92»).

О публичных расследованиях

«Есть несколько основных принципов, которых следует придерживаться при проведении публичных расследований. Я думаю, они должны быть достаточно открытыми. Речь идет не о том, чтобы найти виновного, а о том, чтобы выяснить, что произошло, как это произошло, какие обстоятельства к этому привели и, если хотите, рекомендации относительно того, что должно быть сделано в будущем» (см. «Memoranda submitted by Sir Michael Bichard and Sir Louis Blom-Cooper»).

«Если правительство решает от имени общественности, что должно быть независимое и беспристрастное расследование, то общественность должна быть готова за это заплатить» (см. «BBC BREAKFAST WITH FROST INTERVIEW: SIR LOUIS BLOM-COOPER QC JANUARY 27TH, 2002»).

«Почти во всех расследованиях, которые я проводил, передо мной выступали адвокаты. Я думаю, если меня когда-нибудь снова попросят провести публичное расследование, я не позволю представителю вмешиваться в процесс установления фактов. Все, что делают юристы, увеличивает расходы. По-моему, они не вносят какой-либо вклад в процесс установления фактов. Когда факты уже установлены, можно привлекать юристов – для их интерпретации и критики» (см. «Memoranda submitted by Sir Michael Bichard and Sir Louis Blom-Cooper»).

«Если есть национальный скандал и его расследование смягчит общественное мнение, расследование нужно проводить. Положение закона 1921 года, которое требует парламентской резолюции для проведения расследования, является полезным инструментом и дает парламенту некоторый контроль над министрами» (см. «Memoranda submitted by Sir Michael Bichard and Sir Louis Blom-Cooper»).

«Очень важно, чтобы общественность знала, сколько времени займет расследование и когда они получат отчет» (см. «Memoranda submitted by Sir Michael Bichard and Sir Louis Blom-Cooper»).

«Публичное расследование должно проводиться публично, при условии, конечно, что председатель имеет возможность закрыть зал комитета, если это необходимо по конкретному вопросу. Люди более откровенны наедине, чем на публике» (см. «Memoranda submitted by Sir Michael Bichard and Sir Louis Blom-Cooper»).

Фотография сэра Луи Блом-Купера предоставлена организацией Index on Censorship.

По закону у арендодателя есть возможность отказаться от договора аренды, который заключен на неопределенный срок, рассказывает Никита Роженцов, старший консультант департамента юрпрактики Alliance Legal CG: «Поэтому нельзя такую волю арендодателя расценивать как злоупотребление правом». Но на практике подобные ситуации не всегда получается оценить так однозначно.

Новая ставка для адвокатов

В 2008 году «Краснодарская краевая коллегия адвокатов АП Краснодарского края» арендовала у Департамента муниципальной собственности и городских земель Краснодара несколько помещений под свой офис. Плата за недвижимость составляла 51 409 руб. в месяц. Соглашение было рассчитано на пять лет, и стороны договорились, что арендатор его зарегистрирует, но тот этого так и не сделал.

Когда пятилетний срок аренды недвижимости подошел к концу, местные власти стали предлагать адвокатам заключить новое соглашение с ежемесячной платой 73 060 руб. Коллегия на такие условия не соглашалась и стала вести переговоры с арендодателем, которые затянулись на несколько месяцев, но не помогли сторонам достигнуть компромисса. Более того, в 2014 году адвокаты получили письмо, в котором чиновники потребовали платить за те же помещения 104 800 руб. в месяц, да еще и провести там ремонт. Все это время коллегия продолжала занимать спорные площади и платила арендодателю по первоначальной ставке – 51 409 руб. ежемесячно.

Лишь летом 2015 года департамент направил арендатору письмо с требованием освободить помещения в течение трех месяцев. Коллегия, этого так и не сделала, тогда городские власти обратились в суд. Они потребовали не только выселить адвокатов, но еще и взыскать с них в качестве убытков недоплаченные арендные платежи по новым ставкам – 826 519 руб.

Два круга: три мнения

Спор растянулся на несколько кругов. На первом из них Арбитражный суд Краснодарского края постановил взыскать с адвокатов 719 000 руб. и освободить недвижимость, так как срок арендного соглашения закончился (дело № А32-8/2016). Апелляция пришла к иному выводу: если местные власти сразу после окончания аренды в 2013 году не попросили вернуть помещения, значит, первоначальный арендный договор продлился на неопределенное время. Таким образом, никакие убытки ответчик платить не должен. Окружной суд согласился с таким выводом апелляции, но отменил выводы нижестоящих инстанций по вопросу выселения коллегии и попросил первую инстанцию снова рассмотреть этот спор.

На втором круге первая инстанция вновь постановила выселить адвокатов, сославшись на прекращение арендных отношений у сторон еще в 2013 году. А апелляция и окружной суд отказали чиновникам в иске. Две инстанции указали на то, что в спорной ситуации имеет место злоупотребление правом со стороны департамента. Суды пояснили, что поведение властей направлено не на выселение адвокатов, а на попытку заставить коллегию платить за недвижимость по высоким арендным ставкам.

«Нормальная плата» или право собственника

Чиновники не согласились с такими выводами и оспорили их в Верховном суде. В своей жалобе заявитель пояснял, что собственник вправе распоряжаться своим имуществом как угодно, если это не противоречит закону и не нарушает права третьих лиц (ст. 209 ГК). Вот и в спорной ситуации департамент отказался дальше сдавать свои помещения в аренду адвокатам. По мнению властей, первоначальное арендное соглашение нельзя считать продленным на неопределенный срок, так как этот документ не прошел государственную регистрацию. Заявитель не согласен и с тем, что в спорной ситуации речь идет о злоупотреблении правом. Чиновники считают, что подобная квалификация этого случая «ставит арендатора в преимущественное положение по отношению к собственнику имущества» и ограничивает его право распоряжаться своими активами.

На заседании ВС присутствовал лишь представитель ответчика, адвокат Аллий Шумен. Он просил оставить акты апелляции и окружного суда без изменений. По его словам, коллегии просто хочется «платить нормальную арендную плату». Юрист сообщил, что спорные помещения в плохом состоянии и построены еще в 1918 году. Шумен подчеркнул, что деятельность коллегии направлена на юридическую помощь гражданам, а не на извлечение прибыли. А закон об адвокатуре предусматривает, что таким защитникам государство при необходимости выделяет служебные помещения, отметил ответчик.

– Сколько у вашей коллегии еще помещений в этом районе, где расположено спорное здание? – поинтересовалась председательствующая судья Ирина Грачева.

– Кроме этого, ни одного. Мы вообще сидим по четыре человека за одним столом. Так что если нас выселят, мы останемся на улице, – заметил Шумен.

Выслушав все доводы, судьи удалились в совещательную комнату и спустя несколько минут огласили резолютивную часть решения: отменить все акты нижестоящих инстанций по этому делу, а спор направить на новое рассмотрение в АС Краснодарского края. Спор уходит на третий круг.

Эксперты «Право.ru»: «Арендодатель может направить адвокатам новый отказ»

Односторонний отказ арендодателя от договора аренды, заключенного на неопределенный срок, может квалифицироваться как злоупотребление правом, уверен Мерген Дораев, партнер АБ ЕМПП. По его словам, с учетом того что право на такой отказ предоставлено арендодателю законом без обязанности мотивировать принятое решение, арендатору очень сложно доказать факт допущенного злоупотребления.

В рассматриваемом деле истец решил прекратить аренду, чтобы разрешить длительный спор с ответчиком о размере платы за помещения, констатирует юрист. По его словам, «пикантность» ситуации придает тот факт, что арендатором выступает адвокатское образование: «Развивая тезисы нижестоящих инстанций, можно квалифицировать действия департамента как нарушающие конституционные права граждан на бесплатную юридическую помощь».

На месте ВС я бы признал, что в этом деле злоупотребление можно считать доказанным и конкретно это требование о выселении не может быть удовлетворено, говорит Дмитрий Некрестьянов, партнер Качкин и партнеры. Но это не лишает арендодателя в любое время направить новый отказ от бессрочной аренды, подчеркивает юрист: «Департаменту нужно будет подтвердить, что такой отказ – это не борьба с арендатором, а действия рачительного хозяина по наиболее эффективному использованию своего имущества».

И в любом случае само по себе право на подобный отказ не стоит считать чем-то необоснованным, говорит Владислав Варшавский, управляющий партнёр ЮК Варшавский и Партнеры. По его словам, в таких случаях каждая из сторон может получить как выгоду, так и столкнуться с потерями.

Приведу две случайные новости последних месяцев, но список можно продолжать бесконечно. В Калифорнии открылось кафе с кухней-автоматом, бургеры для гостей жарит робот без участия человека. В Китае масштабируется проект магазинов самообслуживания: в нем нет ни одного сотрудника, посетители оплачивают товары самостоятельно, а компьютерное зрение следит, чтобы никто не унес с собой ничего лишнего.

Юристы – не повара и не охранники на кассе, их работу перепоручить искусственному интеллекту сложнее, но прогресс добирается и сюда. В российском инфополе первая ассоциация с этой темой – выступления Грефа и увольнения в Сбербанке. В мире у движения за автоматизацию нет явного лидера. Международная ассоциация искусственного интеллекта и закона проводит конференции и принимает научные доклады, но крайне далека от практики. Множество мелких стартапов решают небольшие практические задачи, но и им далеко для полноценного робота-юриста.

Самое очевидное и самое безопасное применение AI – чтение. Нейросетка не принимает никаких решений, а только подсказывает человеку. Американский casetext разработал систему умного поиска подходящих судебных прецедентов. Механика проекта очень проста: пользователь загружает в систему документ, AI ищет в базе всё, что ему кажется подходящим к данному делу. Отличие стартапа от «Консультанта Плюс» и его аналогов в интеллектуальности поиска, запрос не разбивается на отдельные ключевые слова, casetext пытается использовать именно смысл прецедента.

Доступ к сервису продается по подписке, базовая цена без скидок составляет $120 в месяц – на самом деле очень дешево, если он хоть пару раз за месяц что-нибудь находить будет, то с учетом стоимости часа американского юриста вложения уже отобьются. Обычный же человек может использовать casetext, по сути, бесплатно – недельный тестовый период есть, а что ещё непрофессионалу может понадобиться? Ради двух разнесенных во времени поисков можно и два раза зарегистрироваться.

Проекту пять лет, но действительно массовым он пока не стал. Инвестиции привлек тоже не очень большие по американским меркам, 20 млн за всё время. Куш при этом впереди огромный: в США 1 300 000 юристов, даже по $20 в месяц с каждого – это очень неплохой рынок.

Стартап Ravel Law читает и анализирует американские судебные прецеденты. От casetext он отличается тем, что берет как входную точку для поиска не документ, а человека. Принятие решения в процессах часто крайне субъективно, и ключевую роль играет личность судьи. Напомню знаменитое исследование, которое популяризовал Канеман в книге «Thinking, Fast and Slow»: в среднем самые мягкие приговоры выносятся в начале дня или после обеда, самые жесткие – перед перерывом, результат статистически значим. Конечно, не требуется никаких стартапов и нейронных сетей, чтобы добиваться выгодного времени слушаний, но субъективизм проявляется не только как реакция на чувство голода.

Ravel Law структурирует все предыдущие процессы судьи и вытаскивает скрытые закономерности его поведения. Какие аргументы он любит, какая стилистика его раздражает, какие прецеденты цитирует в решениях. Знание таких особенностей позволяет адвокату лучше готовиться к делу и апеллировать к правильным струнам в душе судьи.

LawGeex берет на себя больше ответственности и рекламируется как сервис электронного юриста. Робот пока ещё маленький и глупенький и скорее помогает живому человеку, чем его заменяет, но лиха беда начало.

Заявленный функционал – проверка договоров по чек-листу, принятому в данной корпорации. «Мы не подписываем договоров с возможным штрафом больше X», «мы не подписываем договоров, которые не можем разорвать за три месяца» – что-то в таком духе. LawGeex подчеркивает неправильные абзацы и передает дальше человеку на проверку и спор с контрагентом. В суть бизнес-договоренностей AI, конечно, не влезает. Так глубоко, впрочем, и не каждый юрист лезет.

Стартап рекомендует использовать технологию в неважных договорах – при подписании NDA, текущих закупках и тому подобных ситуациях, когда всё ясно и цена ошибки мала. Пиарные презентации обещают сократить время согласования таких документов до часа. Впрочем, активные продажи LawGeex пока не ведет, видимо, качество продукта ещё недостаточно.

Стартап потратил на разработку $9,5 млн инвестиций и привлек в апреле раунд ещё на 12 млн.

После чтения наступает время написания. В идеальном мире AI будет не помогать юристу, а заменит его целиком. Технологиям до этого ещё далеко, то что есть на рынке – автоматизация стандартизованных действий, а не истинная интеллектуальная работа. Откровеннее всех разницу демонстрирует стартап DoNotPay – робот-юрист для простых неприятностей. Предположим, у пользователя случилась типовая городская проблема. Например, пришел штраф за неправильную парковку уже проданного автомобиля. Человек заходит на сайт стартапа, находит свой случай и проходит через последовательность вопросов: «как вас зовут?», «какой номер штрафа», «когда вы продали машину?». Журналисты называют этот процесс «чат-ботом», но явно льстят: в диалоге нет никакой вариативности или понимания смысла, сервис просто по очереди текстовые поля показывает.

Когда квест заканчивается, DoNotPay вставляет полученные ответы в стандартную форму, предлагает её распечатать и с ней идти жаловаться. Юрист не нужен, деньги сэкономлены, клиент доволен, для типового случая ему действительно больше ничего не надо. К AI, разумеется, все это никак не относится, но какая разница, что сидит внутри у механического турка. DoNotPay максимально прост и почти анекдотичен, но завтра по той же модели будут работать и более серьезные проекты. Прогресс отрасли уже не остановить.

Статья ук рф мтс

Сотрудник сотового оператора получил условный срок за разглашение коммерческой тайны. Кроме того, у него конфисковали «Айфон», который признали орудием преступления. Об этом сообщают в прокуратуре Новосибирской области.

По версии следствия, специалист компании «МТС» Никита Блинков в сентябре прошлого года передал данные о 34 абонентах компании «неустановленному лицу». За это Блинков получил 15 тыс. руб.

Калининский районный суд признал Блинкова виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.183 УК РФ (незаконное разглашение сведений, составляющих коммерческую тайну, без согласия их владельцев).

Юношу приговорили к полутора годам лишения свободы условно.

В пресс-службе компании МТС корреспонденту РБК Новосибирск сообщили, что сотрудник компании был уволен сразу же после выявления инцидента в рамках внутреннего расследования и передачи данных в полицию. «Для выявления и пресечения подобных нарушений в МТС внедрен масштабный комплекс мер для защиты персональных данных абонентов, в том числе организационных мер и программного обеспечения. — сообщила Татьяна Зубко​, руководитель отдела по связям с общественностью «МТС Сибирь». — При выявлении несанкционированных запросов, компания проводит оперативные комплексные мероприятия совместно с правоохранительными органами»

В декабре РБК Новосибирск писал, что такое наказание за подобные преступления — наиболее распространенная практика. И по 183 и по 137 статье выносят в основном «условные» приговоры. По статье 137 максимальная ответственность за разглашение персональных данных — лишение свободы в 5 лет. По словам юриста ЮК «ФИНПРАВ» Евгения Смородникова, в практике такой срок за совершение подобных преступлений встречается очень редко.

В начале года, в таких делах фигурировали экс-сотрудники «Хоум Кредит энд Финанс Банка», «Выспелкома» и ГИБДД.

По словам Смородникова, закон не предусматривает прямой обязанности уведомления человека в случае неправомерного разглашения его данных. Оператор (компания) в таком случае обязан обработку данных прекратить. «Если обеспечить правомерность обработки невозможно, оператор за 10 рабочих дней обязан данные уничтожить и уведомить их субъекта, Автоматической, так скажем, компенсации за факт разглашения для их субъекта не предусмотрено. Человек может требовать у виновной стороны компенсации морального вреда и возмещения убытков», →— комментирует Смородников.

Управляющая ЮК «Туров и Побойкина — Сибирь» Наталья Побойкина отмечает, что иск в случае «слива» данных сотрудником нужно предъявлять к компании-оператору, потому что именно она несёт ответственность за своих работников: «Если компания проиграет иск, то она может в порядке регресса переложить ответственность на работника, — говорит Побойкина. — За разглашение данных оператор несёт гражданскую ответственность, а если будет предъявлен соответствующий иск, то и административную — штраф до 10 000 рублей».