Ст 308 гк рф

05.11.2018 Выкл. Автор admin

Статья 308 ГК РФ. Стороны обязательства (действующая редакция)

1. В обязательстве в качестве каждой из его сторон — кредитора или должника — могут участвовать одно или одновременно несколько лиц.

Недействительность требований кредитора к одному из лиц, участвующих в обязательстве на стороне должника, равно как и истечение срока исковой давности по требованию к такому лицу, сами по себе не затрагивают его требований к остальным этим лицам.

2. Если каждая из сторон по договору несет обязанность в пользу другой стороны, она считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать.

3. Обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства.

  • URL
  • HTML
  • BB-код
  • Текст

Комментарий к ст. 308 ГК РФ

1. В комментируемой статье определена структура обязательственного правоотношения. Наряду с простой — одному должнику противостоит один кредитор — возможно использование и сложной структуры, при которой на одной стороне обязательства участвуют несколько лиц. Возможны следующие ситуации. Первая — два и более должников при одном кредиторе — возникает, в частности, если вред потерпевшему причинен одновременно несколькими лицами (например, при грабеже квартиры группой злоумышленников), на всех лежит обязанность возместить потерпевшему вред. Вторая — два или более кредиторов при одном должнике, а третья имеет место, когда нескольким кредиторам противостоят одновременно несколько должников. При одновременном участии нескольких кредиторов или (и) нескольких должников в одном обязательстве налицо множественность лиц в обязательстве.

Для договоров характерно наличие взаимных прав и обязанностей. В этом случае каждая из сторон выступает в одном отношении должником, в другом — кредитором (п. 2 комментируемой статьи).

Наличие множественности лиц в обязательстве не делает его абсолютно неделимым в юридическом смысле. Пункт 1 комментируемой статьи предусматривает, что недействительность требований кредитора к одному из лиц, участвующих в обязательстве на стороне должника, равно как и истечение срока исковой давности по требованию к такому лицу, сами по себе не затрагивают его требований к остальным этим лицам.

2. По общему правилу, закрепленному в п. 3 комментируемой статьи, обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства. Под законами в данном контексте имеются в виду ГК РФ и принятые в соответствии с ним федеральные законы, регулирующие гражданско-правовые отношения, а под иными правовыми актами — указы Президента РФ, постановления Правительства РФ и иные нормативные правовые акты органов государственной власти и органов местного самоуправления.

Комментируемая норма подразумевает, что гражданские права осуществляются субъектами своей волей и в своем интересе. Опираясь на указанное правило, можно прийти к выводу, что условия обязательства, направленные на создание обязанностей у третьих лиц, являются недействительными.

3. Судебная практика

— Постановление Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 N 42;

— Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 21.01.2008 по делу N А43-621/2007-10-15;

— Постановление ФАС Поволжского округа от 25.02.2010 по делу N А49-1636/2009;

— Определение ВАС РФ от 28.10.2013 N ВАС-14437/13 по делу N А56-47430/2012;

— Определение ВАС РФ от 18.07.2013 N ВАС-8464/13 по делу N А56-41912/2011;

— Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.03.2013 по делу N А08-4968/2012.

Законодательная база Российской Федерации

Бесплатная консультация
Федеральное законодательство

  • Главная
  • «ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (ЧАСТЬ ПЕРВАЯ)» от 30.11.94 N 51-ФЗ (ред. от 02.11.2013 с изменениями, вступившими в силу с 14.11.2013)
  • В данном виде документ опубликован не был
  • (в ред. от 30.11.94 — «Российская газета», N 238-239, 08.12.94;
  • «Собрание законодательства РФ», 1994, N 32, ст. 3301,
  • «Финансовая газета» N 5, 31.01.2000)

Статья 308. Стороны обязательства

1. В обязательстве в качестве каждой из его сторон — кредитора или должника — могут участвовать одно или одновременно несколько лиц.

Недействительность требований кредитора к одному из лиц, участвующих в обязательстве на стороне должника, равно как и истечение срока исковой давности по требованию к такому лицу, сами по себе не затрагивают его требований к остальным этим лицам.

2. Если каждая из сторон по договору несет обязанность в пользу другой стороны, она считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать.

3. Обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства.

П. 3 ст. 308 ГК РФ — новый подход к фигуре третьего лица в обязательстве

Принцип «обязательство не создает обязанностей для третьих лиц» воспринимается сегодня нашим правом как аксиоматичный. Данный принцип, как постоянно подчеркивается, лежит в основе относительной природы обязательственных отношений.

В комментарии серии Глосса принцип также не подвергнут никаким сомнениям и телеологическим корректировкам. В комментарии и к п. 3 ст. 308 ГК РФ и к ст. 414 ГК РФ цитируется и нисколько не критикуется старое разъяснение ВАС (Информационное письмо 2005 г. №103) по поводу влияния новации на существование обеспечений:

«Условие соглашения о новации, в котором предусмотрено сохранение связанных с первоначальным обязательством дополнительных обязательств залогодателя, не являющегося должником, ничтожно»

Идейная основа данного разъяснения – п. 3 ст. 308 ГК РФ. Новация является способом прекращения обязательства. Сохранение по соглашению о новации обязательств 3-их лиц (залогодателя, не являющегося должником, поручителя) будет означать создание для них обязательств без их согласия и по этой причине противоречить п. 3 ст. 308 ГК РФ.

Но не заслуживает ли такой формальный подход к прочтению п. 3 ст. 308 ГК РФ критики?

Практика ВАС давно выработала позицию, что поручительство не должно прекращаться, если стороны обеспечиваемого обязательства решили его изменить. По старой редакции ст. 367 ГК РФ изменение основного обязательства, влекущее увеличение ответственности, вело к прекращению поручительства. Однако ВАС в Постановлении № 42 посчитал, что это создает необоснованные преимущества для поручителя. Ведь поручитель при изменении обеспечиваемого обязательства может отвечать на прежних условиях.

Почему же не сделать еще шаг вперед? Почему нельзя применить правило об ответственности поручителя на первоначальных условиях и при новации? Чем отличается ситуация новации кроме того, что здесь формально происходит прекращение обязательства и возникновение нового?

Вряд ли фобия нарушения принципа «обязательство не создает обязанностей для 3-их лиц» должна привести к тому, чтобы здравый смысл уступил место формализму.

Ведь как влияет новация на поручителя или залогодателя, не являющегося должником? В сущности – никак. Предположим, обязательство по оплате товара было новировано в заемное обязательство. Или в обязательство по передаче вещи. Обязательство поручителя все равно останется денежным. А принцип ответственности поручителя на первоначальных условиях при любых изменениях в основном обязательстве приведет к полному балансу интересов сторон.

На это можно возразить следующее – поручитель, зная, что основное обязательство прекратилось, будет считать и поручительство прекратившимся (принцип акцессорности) и теперь он свободен в перераспределении своих активов без оглядки на договор поручительства. Но вряд ли этот аргумент может стать препятствием к пересмотру подхода. Все правовые ожидания и расчеты связаны со знанием закона и подходов судебной практики на те или иные правовые явления. Если судебная практика выработает подход о возможности сохранения поручительства при новации, то и поручитель, зная об этом подходе, будет к этому готов. Если практика выработает подход об автоматическом сохранении обеспечений – никакой правовой неопределенности у поручителя не будет. Если практика разрешит сторонам сохранять поручительство и залог третьего лица в силу соглашения о новации, то ничего не мешает также выработать требование о необходимости предупреждения об этом соответствующих третьих лиц.

Стоит, однако, отметить, что такой подход можно также объяснить тенденцией к ослаблению принципа акцессорности. В практики ВАС и уже в законе примеров отступления от этого принципа в отношении обеспечительных обязательств достаточно много:

  1. Сохранения поручительства в случае ликвидации должника (и как следствие прекращения основного обязательства), если кредитор успел предъявить иск к поручителю (п. 21 Постановления №42 и п. 1 ст. 367 ГК РФ)
  2. Сохранения поручительства при расторжении договора и обеспечение им обязательств из расторжения (п. 15 Постановления № 42)

Второй пример иллюстрирует также очень важную проблему, относящуюся к данному вопросу. Проблема прекращения обеспечений в случае расторжения договора (и прекращения обязательства) привела к необходимости и актуальности разработки теории ликвидационной стадии обязательства. Согласно этой теории обязательство в случае расторжения не прекращается, а переходит в ликвидационную стадию. Такой подход позволяет применять к отношениям, связанным с расторжением, многие положения договора, а также сохраняет обеспечения.

Но не легче ли пересмотреть подход к правовым последствиям некоторых способов прекращения обязательства и снизить строгость принципа «обязательство не создает обязанностей для третьих лиц»?

О каких «некоторых» способах прекращения идет речь? О тех, которые не предполагают окончательного завершения хода обязательственных отношений между кредитором и должником. К таким можно отнести, например, расторжение, новацию. Такие способы прекращения можно назвать «квази способы прекращения».

Вполне справедливо сохранять обеспечения, если ход обязательственных отношений между кредитором и должником еще не закончился. Тот факт, что в этот ход вмешались расторжение или новация, которые формально прекращают обязательство, не должен создавать необоснованных преимуществ для 3-их лиц, причастных к их обязательственным отношениям.

Либерализация принципа «обязательство не создает обязанностей для третьих лиц» также позволит решить еще одну насущную проблему – возможность возврата должником исполненного в депозит нотариуса. Появление в п. 3 ст. 327 ГК РФ права должника в любой момент забрать исполненное из депозита нотариуса породило проблему «стряхивания обеспечений». В юридической среде озвучивались опасения, что должник будет исполнять в депозит, чтобы обязательство прекратилось вместе с обеспечениями. А после возврата денег из депозита никаких обеспечений уже не будет.

Однако почему здесь нельзя говорить о некоем «возрождении обеспечений»? Существование п. 3 ст. 327 ГК РФ предполагает, что отношения между кредитором и должником на исполнении долга в депозит могут и не закончиться, поскольку у должника есть право забрать деньги из депозита. Исполнение долга в депозит нотариуса можно назвать одним из «квази способов прекращения».

Если говорить здесь о правовых гарантиях третьих лиц (поручителя и залогодателя – третьего лица), то особого вреда правам при таком подходе не наблюдается. Знание об особенностях правового эффекта «квази способов прекращения», а именно сохранение или возможность сохранения динамики обязательственных отношений между кредитором и должником, приводит к невозможности «соскочить» при вторжении в эту динамику таких обстоятельств как новация, расторжение или исполнение долга в депозит. Вечной подвешенности третьих лиц при таком подходе также не будет, так как соответствующие обязательства можно ограничить сроками.

Странно, почему п. 3 ст. 308 ГК РФ до сих пор воспринимается настолько аксиоматично.

Подход к либерализации принципа «обязательство не создает обязанностей для третьих лиц» вполне сочетается с тенденцией телеологического прочтения закона и отступления от строгого формализма, который ступорит оборот.

Приведенные рассуждения детально не проработаны и являются только приглашением к дискуссии.

Статья 308. «Гражданский кодекс РФ (часть первая)» от 30.11.1994 N 51-ФЗ (ред. от 03.08.2018) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2018)

Статья 308 ГК РФ ч.1 . Стороны обязательства

Статья 308. Стороны обязательства

1. В обязательстве в качестве каждой из его сторон — кредитора или должника — могут участвовать одно или одновременно несколько лиц.

Недействительность требований кредитора к одному из лиц, участвующих в обязательстве на стороне должника, равно как и истечение срока исковой давности по требованию к такому лицу, сами по себе не затрагивают его требований к остальным этим лицам.

2. Если каждая из сторон по договору несет обязанность в пользу другой стороны, она считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать.

3. Обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства.

Комментарий к статье 308 ГК РФ

1. Множественность лиц в обязательстве может быть на стороне кредитора (активная множественность) и на стороне должника (пассивная множественность). Бывает и смешанная множественность: в обязательстве несколько кредиторов (множественность на стороне кредитора) и несколько должников (множественность на стороне должника).

При множественности лиц обязательство может быть долевым или солидарным.

2. В обязательстве помимо должника и кредитора могут участвовать и иные субъекты — третьи лица. Так, по общему правилу должник может возложить исполнение обязательства на третье лицо, и кредитор обязан принять такое исполнение (п. 1 ст. 313 ГК). Существуют обязательства в пользу третьих лиц (например, банковский вклад в пользу третьего лица — ст. 842 ГК). Обязательство по общему правилу не может создавать обязанности для третьих лиц.

(C) 2017 База «Нормативно-правовых Актов»
телефон техподдержки: (916) 675-61-09

Статья 308 ГК РФ. Стороны обязательства

1. В обязательстве в качестве каждой из его сторон — кредитора или должника — могут участвовать одно или одновременно несколько лиц.

Недействительность требований кредитора к одному из лиц, участвующих в обязательстве на стороне должника, равно как и истечение срока исковой давности по требованию к такому лицу, сами по себе не затрагивают его требований к остальным этим лицам.

2. Если каждая из сторон по договору несет обязанность в пользу другой стороны, она считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать.

3. Обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства.

Комментарии к ст. 308 ГК РФ

1. В статье определена прежде всего структура обязательственного правоотношения. Наряду с простой — одному должнику противостоит один кредитор — возможно использование и сложной структуры, при которой на одной стороне обязательства участвуют несколько лиц. Возможны в принципе три ситуации. Первая — два и более должников при одном кредиторе — возникает, в частности, если вред потерпевшему причинен одновременно несколькими лицами (например, при грабеже квартиры группой злоумышленников), на всех лежит обязанность возместить потерпевшему вред. Вторая — два или более кредиторов при одном должнике, — когда, например, несколько банков принимают на себя гарантию своевременного возврата лицом полученного кредита. Наконец, третья имеет место, когда нескольким кредиторам противостоят одновременно несколько должников (в частности, в случаях, когда совместно выступающие заказчики заключили договор подряда с двумя или более строительными фирмами).

При одновременном участии нескольких кредиторов или (и) нескольких должников в одном обязательстве налицо «множественность лиц в обязательстве». Отношения между сокредиторами и содолжниками зависят при этом варианте от природы обязательства.

2. Действие абз. 2 п. 1 комментируемой статьи можно проиллюстрировать на таких примерах. Если три страховые фирмы приняли на себя совместно поручительство перед банком, притом оказалось, что со стороны одной из фирм обязательство было подписано лицом, заведомо для банка не обладающим необходимыми полномочиями (см. ст. 174 ГК и коммент. к ней), это обстоятельство не лишает банка права предъявить вытекающее из договора поручительства требование остальным сопоручителям. Точно так же, если при рассмотрении спора ответчики-содолжники заявят о пропуске истцом срока исковой давности, но при этом будет установлено, что одному из содолжников иск уже был до того заявлен и, следовательно, в силу ст. 203 ГК (см. коммент. к ней) произошел перерыв исковой давности, то применительно к этому должнику требование не подлежит удовлетворению.

3. Пункт 2 комментируемой статьи имеет в виду прежде всего двусторонние договоры, при которых оба контрагента наделены и правами, и обязанностями. Такой договор представляет собой сумму двух обязательств, в которых каждая из его сторон занимает разное положение. Примером может служить договор купли-продажи. Он состоит из обязательства передать вещь в собственность другой стороне, где должником выступает продавец, а кредитором — покупатель, и встречного обязательства — принять товар и уплатить за него определенную цену, где должником является покупатель, а кредитором — продавец.

В отличие от этого односторонние договоры исчерпываются единым обязательством. В них одна из сторон занимает позицию исключительно кредитора, а другая — должника. Примером может служить договор займа (заимодавец — только кредитор, а заемщик — только должник).

4. Содержащееся в абз. 1 п. 3 комментируемой статьи запрещение создавать обязанности для лиц, не участвующих в договоре, непосредственно связано с закрепленными в ст. 1 ГК (см. коммент. к этой статье) основными началами гражданского законодательства и прежде всего с предоставленной гражданам и юридическим лицам возможностью приобретать и осуществлять гражданские права «своей волей и в своем интересе». Включенная в абз. 1 п. 3 норма является достаточным основанием для признания недействительными условий, направленных на создание обязанностей у третьих лиц.

5. Абз. 2 п. 3 комментируемой статьи имеет в виду, что в охватываемых им ситуациях третье лицо хотя и приобретает право действиями сторон в обязательстве, в котором оно непосредственно не участвует, но осуществление этого права все равно зависит от воли самого третьего лица.

6. Комментируемой статье не противоречит обязательство, которое порождает у третьего лица, одновременно с правами, и обязанности, имея в виду, что последние возникают только после выражения третьим лицом согласия принять выговоренное в его пользу право. Так, договор перевозки, заключаемый между грузоотправителем и транспортной организацией, предусматривает право третьей стороны (грузополучателя) потребовать выдачи груза. Это не исключает обязанности грузополучателя произвести при необходимости окончательный расчет с транспортной организацией, что вытекает из ст. 164 УЖД. Точно так же п. 2 ст. 939 ГК (см. коммент.), посвященной договору страхования в пользу выгодоприобретателя, предоставляет страховщику право требовать от выгодоприобретателя выполнения определенных обязанностей по договору.