Состав 1741 ук рф

06.05.2018 Выкл. Автор admin

Содержание:

Легализация (отмывание) денежных средств или имущества, приобретенных преступным путем (ст. 174 и ст. 1741 УК)

Любые студенческие работы — ДОРОГО!

100 р бонус за первый заказ

Обобщенно говоря, под легализацией денежных средств и иного имущества, приобретенных преступным путем, следует понимать различные действия (финансовые операции, другие сделки), осуществляемые с целью скрыть наличие и (или) происхождение имущества, полученного таким способом, с тем, чтобы затем извлекать из него доходы.

В Федеральном Законе сама легализация (отмывание) определена (ст. 3) как придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления, за исключением преступлений, предусмотренных статьями 193, 194, 198, 199, 1991, 199-2 Уголовного кодекса РФ. Доходы, полученные преступным путем, разъяснялись как денежные средства или иное имущество, полученные в результате совершения преступления.

Предметом преступления в той и другой статье названы денежные средства и иное имущество, приобретенные преступным путем.

Денежные средства и иное имущество как предметы легализации (отмывания) могли быть приобретены в России или за рубежом, но способ их приобретения, согласно действующей редакции ст.174 и 1741 УК, обязательно должен быть преступным. Источником их приобретения может быть совершение таких преступлений как хищение чужого имущества, контрабанда, вымогательство, незаконный оборот наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, оружия, ядерных материалов или радиоактивных веществ, незаконные предпринимательство и банковская деятельность, организация занятия проституцией, незаконное распространение порнографических материалов или предметов, торговля людьми, организация незаконной миграции, получение взятки и другие.

Одним из наиболее проблемных вопросов, возникающих при применении уголовного законодательства об ответственности за легализацию (отмывание) преступных доходов, является вопрос о необходимости судебного установленного факта преступного происхождения легализуемого имущества. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 23 от 18 ноября 2004 г. «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» сформулировано следующие положение (п. 21): «При постановлении обвинительного приговора по статье 174 УК РФ или по статье 1741 УК РФ судом должен быть установлен факт получения лицом денежных средств или иного имущества, заведомо добытых преступным путем, либо в результате совершения преступления».

Объективная сторона легализации (отмывание) преступных доходов описана как совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, заведомо приобретенным преступным путем (ст. 174 УК), а в ст. 1741 УК дополнительно к этим действиям указывается еще использование данных средств и имущества для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности.

Пленум разъяснил понятие финансовых операций что « под финансовыми операциями и другими сделками, указанными в статьях 174 и 1741 УК РФ, следует понимать действия с денежными средствами, ценными бумагами и иным имуществом (независимо от формы и способов их осуществления, например, договор займа или кредита, банковский вклад, обращение с деньгами и управление ими в задействованном хозяйственном проекте), направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав или обязанностей. К сделкам с имуществом или денежными средствами может относиться, например, дарение или наследование».

Пленум подчеркнул, что «по смыслу закона ответственность по статье 174 УК РФ или по статье 1741 УК РФ наступает и в тех случаях, когда виновным лицом совершена лишь одна финансовая операция или одна сделка с приобретенными преступным путем денежными средствами или имуществом» (п. 19).

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Для привлечения к ответственности лиц, участвующих в легализации денежных средств и иного имущества, приобретенных преступным путем, необходимо установить и доказать осознание ими того обстоятельства, что финансовая операция или другая сделка с их участием, а равно предпринимательская или иная экономическая деятельность (ст. 1741 УК) осуществляются с денежными средствами или другими имуществом, приобретенными преступным путем, и желание совершить такие действия.

В действующей редакции ст. 174 УК совершенно определенно сказано, что для состава легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем, необходимо, чтобы финансовые операции и другие сделки с этим имуществом совершались «в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом». Уже одно это обстоятельство позволяет утверждать, что данное преступление может быть совершено только с прямым умыслом.

Субъект преступления специальный, им может быть не любое лицо, достигшее 16-летнего возраста, а только тот, кто не участвовал в совершении первичного (предикатного) преступления, в результате которого было приобретено имущество, подлежащее легализации (отмыванию).

Субъектом-исполнителем деяния, предусмотренного ст. 1741 УК, может быть только то лицо (с 16 лет, гражданин России, иностранец или лицо без гражданства), которое в качестве исполнителя или иного соучастника принимало участие в совершении первичного (исходного) преступления, принесшего ему (им) доходы, подлежащие легализации (отмыванию).

Обе статьи (174 и 1741) предусматривают единую систему квалифицирующих признаков.

В ч. 2 ст. 174 и ч. 2 ст. 1741УК установлена ответственность за совершение соответствующих деяний в крупном размере, каковыми являются финансовые операции и другие сделки с денежными средствами или иным имуществом на сумму, превышающую один миллион рублей.

Квалифицирующие признаки, предусмотренные ч. 3 ст. 174 и ч. 3 ст. 1741УК (группой лиц по предварительному сговору; лицом с использованием служебного положения) и ч. 4 ст. 174, ч. 4 ст. 1741УК (организованной группой), относятся только к случаям совершения легализации (отмывания) преступных доходов в крупном размере.

Участниками группы, действующей по предварительному сговору, применительно к данным преступлениям, будут все лица, которые так или иначе непосредственно участвовали в совершении финансовых операций и других сделок с денежными средствами и иным имуществом, приобретенными заведомо преступным путем, либо использовали эти средства для осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности (ст. 1741УК ).

Под лицами, использующими свое служебное положение (п. «б» ч. 3 ст. 174 и п. «б» ч. 3 ст. 1741 УК), следует понимать должностных лиц, служащих, а также лиц, осуществляющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях.

Особо квалифицированными видами легализации преступно полученных доходов в крупном размере является совершение этих действий организованной группой.

Объективные признаки состава легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Емцева Кристина Эдуардовна

В статье рассматриваются вопросы, касающиеся объективных признаков состава легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем. Особое внимание уделяется двум самостоятельным составам преступлений в сфере экономической деятельности: легализации (отмыванию) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем (ст. 174 УК РФ), и легализации (отмыванию) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления (ст. 1741 УК РФ).

Похожие темы научных работ по государству и праву, юридическим наукам , автор научной работы — Емцева Кристина Эдуардовна,

Objective evidence of legalization (laundering) of money or other property acquired by criminal means

The article discusses the objective evidence of the legalization (laundering) of money or other property acquired by criminal means. Particularly its analysis two distinct elements of a crime in the sphere of economic activity: legalization (laundering) of money or other property acquired by other persons by criminal means (art. 174 of the Criminal code of the Russian Federation) and legalization (laundering) of money or other property acquired by a person in the commission of a crime (art. 1741 of the Criminal code of the Russian Federation).

Текст научной работы на тему «Объективные признаки состава легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем»

Емцева Кристина Эдуардовна

соискатель кафедры уголовного права Краснодарского университета МВД России (тел.: +79189996169)

Объективные признаки состава легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем

В статье рассматриваются вопросы, касающиеся объективных признаков состава легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем. Особое внимание уделяется двум самостоятельным составам преступлений в сфере экономической деятельности: легализации (отмыванию) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем (ст. 174 УК РФ), и легализации (отмыванию) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления (ст. 1741 УК РФ).

Ключевые слова: объективные признаки, состав преступления, общественно опасное деяние, совокупность объективных и субъективных признаков, борьба с преступлением.

K.E. Emtseva, Сompetitor of the Chair of Criminal Law of the Krasnodar University of the Ministry of the Interior of Russia; tel.: +79189996169.

Objective evidence of legalization (laundering) of money or other property acquired by criminal means

The article discusses the objective evidence of the legalization (laundering) of money or other property acquired by criminal means. Particularly its analysis two distinct elements of a crime in the sphere of economic activity: legalization (laundering) of money or other property acquired by other persons by criminal means (art. 174 of the Criminal code of the Russian Federation) and legalization (laundering) of money or other property acquired by a person in the commission of a crime (art. 1741 of the Criminal code of the Russian Federation).

Key words: objective evidence, corpus delicti, socially dangerous act, set of objective and subjective evidence, fight against crime.

Составом преступления в науке уголовного права признается совокупность объективных и субъективных признаков, характеризующих определенное общественно опасное деяние как преступление. Важнейшим признаком состава преступления является его объект.

Прежде всего заметим, что целенаправленное осмысление понятия «объект преступления» началось еще в Х!Х в. Так, Н.С. Таганцев полагал, что объектом преступления всегда является юридическая норма в ее реальном бытии. Данный автор делал вывод о том, что, признавая объектом преступления реальные блага и интересы, невозможно разъяснить юридическую природу тех деяний, при которых уничтожение какого-либо блага не считается противозаконным [1, а 175].

В советском уголовном праве под объектом преступления понимались социалистические

общественные отношения [2; 3; 4]. Причем эта позиция определялась как общепризнанная [5, а 13]. Такой подход объяснялся идеологической заданностью общественных наук, в рамках которой ученые-криминалисты не могли свободно высказывать свои мысли, поскольку считалось, что признание общественных отношений объектом преступного посягательства вытекает из марксистско-ленинского учения о сущности и служебной классовой роли уголовного права. На этой научной основе в советском уголовном законодательстве с полной определенностью было закреплено положение о том, что объектом уголовно-правовой охраны являются социалистические общественные отношения [5, а 14]. Подобного рода дефиниции давали также криминалисты европейских социалистических стран [6, а 23; 7, а 30]. Следует заметить, что подобный подход в основном имеет место в современном российском уголовном праве.

Имущество не может быть объектом преступления, поскольку виновный посягает не на имущество и вред преступлением причиняется не имуществу. Даже когда имущество уничтожается или повреждается при совершении преступления, то и тогда социальный вред причиняется не вещи, а ее владельцу. Имущество хотя и тесно связано с понятием собственности, но по своим социальным свойствам общественным отношением не является и не может рассматриваться как явление, тождественное отношениям собственности. Также неправильно включать в объект преступления правовую форму общественных отношений, поскольку правовая форма преступлением не изменяется. Например, право собственности на похищенную вещь хищением не аннулируется. Собственник вправе в любое время истребовать эту вещь от похитителя или недобросовестного приобретателя (ст. 301 ГК РФ), т.е. право собственности всегда сохраняется за собственником. Само по себе право не может быть похищено и по общему правилу неотчуждаемо без воли собственника. Нормы права не могут быть признаны объектом преступления потому, что общественные отношения, урегулированные нормами уголовного права, т.е. уголовные правоотношения , не существуют до момента совершения преступления.

Изложенные позиции показывают, что в признании общественных отношений объектом преступления содержится вывод о том, что всякое преступление посягает на общественные отношения. Поскольку, если правильно то, что все преступления посягают на общественные отношения, правильно и то, что каждое из них в отдельности также посягает на общественные отношения. Без признания общественных отношений объектом преступления невозможно объяснить общественную опасность деяния и остаются без ответа вопросы, почему преступление является общественно опасным и в чем его общественная опасность, чем вызывается необходимость применения мер уголовного наказания. Вместе с тем, утверждение о том, что объектом преступления является общественное отношение, недостаточно уточняет ситуацию и не позволяет в общем определении дифференцировать объект преступления, который в каждом преступлении свой. Также хочется отметить еще, что в современной литературе (как и раньше) распространено суждение о том, что объектом преступления являются общественные отношения, охраняемые уголовным законом, на которые направлено конкретное посягательство и которым преступлением причиняется вред либо создается реальная угроза причинения

вреда [8, с. 70; 9, с. 54; 10, с. 111]. Некоторые авторы указывают, что, помимо общественных отношений, выступающих объектом довольно значительной категории преступлений, в том числе против собственности, в сфере экономической деятельности, объектом преступления следует признать различного рода блага (интересы), на которые посягает преступное деяние и которые охраняются уголовным законом, и непосредственно человека — участника этих отношений [11, с. 56]. Данную позицию разделяют авторы, считающие, что объектом преступления являются те охраняемые уголовным законом блага (интересы) и общественные отношения, которым в результате преступного посягательства причиняется существенный ущерб [12, с. 40-41]. В связи с изложенным нам ближе позиция А.В. Наумова, который под объектом преступления понимает «те блага (интересы), на которые посягает преступное деяние и которые охраняются уголовным законом» [13, с. 159]. Вместе с тем, данное определение требует уточнения, в частности, можно указать на то, что, строго говоря, на интересы (блага) посягает все же не деяние, а деятель (преступник); кроме того, здесь неоправданно смешиваются понятия объекта преступления и объекта уголовно-правовой охраны.

Таким образом, под объектом преступления следует понимать социальные интересы и блага, охраняемые уголовным законом, на которые посягает виновное лицо, причиняя им существенный вред или создавая реальную угрозу причинения такого вреда. Данный вывод основывается на толковании закона с привлечением положений науки уголовного права и смежных с ней областей знаний (философии, теории экономики, социологии, теории государства и права и др.) [14, с. 627]. Кроме того, такой подход все чаще встречается в современной уголовно-правовой литературе [15, с. 40].

Рассматривая вопрос о классификации объектов преступления, отметим, что традиционный подход к делению объектов преступления по так называемой «вертикали» обычно не вызывает возражений. Дискуссионным остается лишь вопрос о количестве выделяемых объектов (от двух до четырех). Наиболее распространено трехчленное деление объектов по «вертикали». Оно строится на базе марксистско-ленинского положения о соотношении общего, особенного и отдельного [16, с. 291]. Аналогично построена и четырехчленная схема объектов [5, с. 70-71]. Новая структура УК РФ 1996 г. с делением Особенной части не только на главы, но и на разделы позволяет говорить о четырехступенчатой, а не традиционной, трехступенчатой классификации объек-

тов преступлений (общий, родовой, видовой и непосредственный).

Составы преступлений, предусмотренные ст. 174 и 1741 УК РФ, расположены в гл. 22 УК РФ «Преступления в сфере экономической деятельности» разд. VIII «Преступления в сфере экономики». Общим объектом всех преступлений, в том числе и рассматриваемых нами, выступает совокупность всех охраняемых уголовным законом общественных отношений, круг которых указан в ч. 1 ст. 2 УК РФ: это общественные отношения, возникающие по поводу обеспечения прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации, мира и безопасности человечества. Исходя из указанной выше классификации, родовым объектом преступлений, предусмотренных в разд. VIII УК РФ, в соответствии с терминологией, принятой в тексте самого уголовного закона, является экономика. Однако нормативного определения данного понятия закон не дает, судебные органы России также воздерживаются от своих разъяснений по этому вопросу [17, с. 27]. Вследствие чего следует признать неуточненность дефиниции экономики, а «из неуточненных понятий также нельзя создать стройную научную систему, как нельзя собрать машину из болванок вместо готовых деталей» [18, с. 6]. Неслучайно в настоящее время в юридической литературе отчетливо прослеживается дискуссия по поводу определения родового объекта составов преступлений, закрепленных в разд. VIII УК РФ «Преступления в сфере экономики». Так, под родовым объектом экономических преступлений понимаются «общественные отношения в сфере реализации принципов осуществления экономической деятельности, т.е. принципов свободы экономической деятельности, ее законности, добросовестной конкуренции, добропорядочности ее субъектов и запрета заведомо криминальных форм их поведения» [19, с. 11-12]. Некоторые авторы пытаются определить родовой объект экономических преступлений через классическую дефиницию объекта преступления. В частности, С.Ф. Мазур полагает, что таковым является «совокупность общественных отношений по поводу производства, обмена, распределения и потребления материальных благ» [20, с. 28]. Сюда же относят отношения собственности на орудия и средства производства, а также отношения, возникающие в связи с управлением народнохозяйственным комплексом, экономикой (хозяйственной деятельностью) предприятий, учреждений и организаций.

Однако нельзя забывать о том, что не все уголовно-правовые нормы об ответственности за преступления в сфере экономики охраняют общественные отношения, уже урегулированные нормами других отраслей права. Л.Д. Га-ухман полагает, что объектом всех составов преступлений обозначенного раздела УК РФ выступают общественные отношения, обеспечивающие законные права и интересы различных субъектов в сфере экономики, и называет этот объект типовым [21, с. 384].

Соответственно, родовым объектом преступлений, включенных в разд. VIII УК РФ, в том числе объектом обоих составов легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем (ст. 174 и 1741 УК РФ), следует считать интересы и блага в сфере экономических отношений, охраняемых уголовным законом, на которые посягает виновное лицо, причиняя им существенный вред или создавая реальную угрозу причинения такого вреда.

Далее рассмотрим видовой объект преступления, который занимает промежуточное положение между родовым и непосредственным и является, таким образом, частью, подсистемой родового объекта, находясь с ним в соотношении «род — вид». Видовой объект можно обозначить как подгруппу близких, сходных социальных благ, входящую в более широкую группу однородных, однопорядковых ценностей. В частности, в литературе указывается, что видовым объектом преступного посягательства являются интересы, на которые посягает преступление, нормы об ответственности за совершение которых располагаются в пределах одной главы [13, с. 153]. Большинство авторов видовым объектом преступлений, предусмотренных гл. 22 УК РФ, предлагают считать общественные отношения, возникающие по поводу осуществления нормальной экономической деятельности по производству, распределению, обмену и потреблению материальных благ и услуг [22, с. 195; 23, с. 143; 24, с. 29]. Представляет интерес следующий подход к определению объекта составов преступлений в сфере экономической деятельности: «экономические отношения, строящиеся на принципах осуществления экономической деятельности, под которыми, в свою очередь, понимаются основные начала, идеи, исходные положения, выработанные практикой общественно-экономической жизни, лежащие в основе любой экономической деятельности» [25, с. 213-214]. Однако обозначенный подход к пониманию объекта составов преступлений, регламентированных гл. 22 УК РФ, неоднократно подвергался критике ввиду чрезмерной

широты определения [26, с. 76]. Многообразие подходов, очевидно, связано, прежде всего, с отсутствием единообразия в понимании экономики, экономической деятельности в современной отечественной экономической теории [27, с. 18-21], относительной новизной гл. 22 УК РФ, а также большим количеством уголовно-правовых запретов, сосредоточенных в соответствующей главе УК РФ, и их регулярным изменением.

Обобщая вышеизложенное, можно определить, что видовым объектом в гл. 22 УК РФ являются общественные отношения в сфере экономической деятельности, регулируемые государством в соответствующих правовых актах. В нашем случае это прежде всего Федеральный закон от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ (в редакции от 21 июля 2014 г.) «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

Далее необходимо определиться с непосредственным объектом. Несмотря на всю важность определения непосредственного объекта легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, еще не сформировалось однозначного понимания его содержания. Согласно одной точке зрения такой объект представляют «общественные отношения, складывающиеся по поводу осуществления основанной на законе предпринимательской деятельности» [28, с. 159]. Подобный подход прослеживается и у ряда других авторов [29, с. 14]. Согласно другой позиции непосредственным объектом рассматриваемых преступлений являются «общественные отношения, обеспечивающие законный порядок осуществления предпринимательской деятельности» [30, с. 363].

По мнению группы авторов, объект легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, следует определять как «общественные отношения, обеспечивающие законный имущественный оборот в целом и денежное обращение в частности, а также частное предпринимательство» [31, с. 487]. А.И. Рарог, В.П. Сте-палин и О.Ф. Шишов полагают, что объектом рассматриваемых преступлений являются «общественные отношения, обеспечивающие использование в экономическом обороте исключительно легально полученных доходов» [32, с. 153]. По мнению Е.А. Бондарь, объект легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, представляет собой общественные отношения, складывающиеся в рамках установленного законом порядка осуществления

экономической деятельности [33, с. 49]. Данное определение слишком общее. Равным образом это касается дефиниции в виде «общественных отношений в экономической сфере» [34, с. 216], «установленной законом экономической деятельности в РФ» [35, с. 199]. Представляет интерес точка зрения А.А. Аслаханова, который полагает, что непосредственный объект легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, — это «отношения в сфере обмена» [36, с. 163]. По мнению С.А. Дробота, это «правильное функционирование экономической системы страны» [37, с. 99], О.В. Са-баниной — «нормальное функционирование рыночной экономики, равенство возможностей участников рынка и законного оборота денежных средств или иного имущества» [38, с. 69].

Как видно, разных точек зрения достаточно много. С учетом изложенного под непосредственным объектом преступлений, предусмотренных ст. 174 и 1741 УК РФ, следует понимать урегулированные законодательством общественные отношения в сфере экономической деятельности, обеспечивающие установленный законодательством порядок совершения финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, законный имущественный оборот, законный порядок осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности, а также использование в экономическом обороте исключительно легально полученных доходов. Именно такое определение наиболее полно отражает специфику рассматриваемых составов преступлений.

Что касается предмета легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, то здесь разногласий значительно меньше, хотя значимость данного вопроса не уменьшается, поскольку, будучи обозначенным в ст. 174, 1741 УК РФ, он подлежит доказыванию по уголовному делу. Большинство авторов называют предметом рассматриваемых составов денежные средства (валюта России или иностранная валюта), имущество (движимое или недвижимое), ценные бумаги, а также валютные ценности, вещи и права на них [26, с. 107; 39, с. 103; 40, с. 179; 41, с. 116].

Денежные средства и иное имущество, которое выступает в качестве предмета рассматриваемого преступления, в результате совершения финансовых операций и иных сделок сохраняют свою ценность, они никуда не улетучиваются, не исчезают, не растворяются, а трансформируются в иные, уже законные формы хранения, позволяющие виновному в дальнейшем пользоваться ими уже как законными.

Иными словами, указанные в ст. 174 и 1741 УК РФ финансовые операции и иные сделки направляются не на потребительские цели (расходы на транспорт, аренду, проживание, питание, бытовые товары и т.д.), а на сохранение «грязных» денег путем их «очищения» посредством сделок в легальных финансовых и иных учреждениях, совершающих и оформляющих соответствующие сделки.

В науке уголовного права высказывается предложение об исключении из диспозиции рассматриваемых нами составов преступлений терминов «денежные средства» и «иное имущество» и объединении их термином «имущество», который, согласно международно-правовым документам, а также ГК РФ, охватывает собой движимое и недвижимое имущество, имущественные, авторские и другие права [42, с. 4]. С целью более точного использования принятой в российском законодательстве терминологии целесообразно скорректировать диспозиции ст. 174 и 1741 УК РФ, а именно: словосочетание «денежными средствами или иным имуществом» заменить словом «имуществом», учитывая, что согласно ст. 130 ГК РФ деньги относятся к разновидности имущества, а в ст. 158 УК РФ уже используется предлагаемый подход, т.к. в понятие имущества включены и денежные средства. Такое единообразное законодательное толкование предмета рассматриваемых составов преступлений будет способствовать повышению эффективности действий субъектов их квалификации.

Объективная сторона преступления, как справедливо отмечается в литературе, представляет собой процесс, развивающийся во времени и в пространстве, в котором проявляются разнообразные социальные, механические, физические и другие закономерности, которые распространяются вообще на все процессы и явления природы и имеют объективный характер [43, с. 35]. Эти закономерности находят свое отражение в признаках конкретных составов преступления. Следует согла-

1. Таганцев Н.С. Курс русского уголовного права. Часть Общая. Кн. 1: Учение о преступлении. СПб., 1874.

2. Загородников Н.В. Понятие объекта преступления в советском уголовном праве // Тр. ВЮА. М, 1951. Вып. 23.

3. Кудрявцев В.Н. К вопросу о соотношении объекта и предмета преступления // Сов. государство и право. 1951. № 8.

4. Федоров М.И. Понятие объекта преступления по советскому уголовному праву //Учен. зап. Пермского ун-та. Т. XI, кн. 2. Пермь, 1957. Вып. 4.

ситься с тем, что объективная сторона преступления в реальности разрушает не модели общественных отношений, отрегулированных нормами права , а материальное выражение этих отношений, т.е. модель правоотношений как таковая остается без изменения. Вместе с тем, она терпит определенный ущерб, причиняемый конкретными лицами. В этом смысле, действительно, сложившаяся система экономической деятельности, несмотря на совершение рассматриваемых преступлений, остается дееспособной. Но преступники причиняют ей некоторый вред, который совершается вполне определенными действиями, указанными, если иметь в виду предмет нашего исследования, в диспозициях ст. 174 и 1741 УК РФ.

Подводя итог, родовым объектом преступлений, включенных в разд. VIII УК РФ, в том числе обоих составов легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, следует считать интересы и блага в сфере экономических отношений, охраняемых уголовным законом, на которые посягает виновное лицо, причиняя им существенный вред или создавая реальную угрозу причинения такого вреда. Видовым объектом в гл. 22 УК РФ являются общественные отношения в сфере экономической деятельности, регулируемые государством в соответствующих правовых актах. Под непосредственным объектом преступлений, предусмотренных ст. 174 и 1741 УК РФ, следует понимать урегулированные законодательством общественные отношения в сфере экономической деятельности, обеспечивающие установленный законодательством порядок совершения финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, законный имущественный оборот, законный порядок осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности, а также использование в экономическом обороте исключительно легально полученных доходов.

1. Tagantsev N.S. Course of the Russian criminal law. General part. B. 1: The doctrine about a crime. St. Petersburg, 1874.

2. Zagorodnikov N. V. The concept of object of crime in the Soviet criminal law//Proc. of VLA. Moscow, 1951. Iss. 23.

3. Kudryavtsev V.N. To a question of a ratio of object and a subject of a crime // Soviet state and law. 1951. № 8.

4. Fedorov M.I. The concept of object of crime on the Soviet criminal law// Sci. notes of Perm university. Vol. XI, b. 2. Perm, 1957. Iss. 4.

5. Коржанский Н.И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны. М., 1980.

6. Шуберт Л. Об общественной опасности преступного деяния. М., 1960.

7. Реннеберг И. Объективная сторона преступления. М., 1956.

8. Уголовное право России. Общая часть / под ред. А.И. Рарога. М., 2009.

9. Смирнова Н.Н. Уголовное право. СПб., 2008.

10. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть / под ред. Б. В. Здравомыс-лова. М., 2009.

11. Российское уголовное право. Общая и Особенная части / под ред. М.П. Журавлева и С. И. Никулина. М., 2007.

12. Уголовное право России. Практический курс /под общ. ред. Р. А. Адельханяна. М., 2010.

13. Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. М., 2008.

14. Российская юридическая энциклопедия / гл. ред. А.Я. Сухарев. М., 2005.

15. Расторопов С. В. Понятие объекта преступления: история, состояние, перспектива // Уголовное право. 2002. № 1.

16. Курс советского уголовного права. Часть общая / под ред. Н.А. Беляева и М.Д. Шар-городского. Л., 1968. Т. 1.

17. Агафонов А.В. Несколько слов о родовом объекте преступлений, предусмотренных разделом VIII УК РФ // Сибир. юрид. вестн. 2009. № 3.

18. Сагатовский В.Н. Основы систематизации всеобщих категорий. Томск, 1999.

19. Лопашенко Н.А. Вопросы квалификации преступлений в сфере экономической деятельности. М., 1997.

20. Мазур С.Ф. Уголовно-правовая охрана экономической деятельности. М., 1998.

21. Уголовное право. Часть Общая. Часть Особенная / под ред. Л.Д. Гаухмана, Л.М. Ко-лодкина и С. В. Максимова. М., 1999.

22. Уголовное право. Особенная часть / под ред. Б. В. Здравомыслова.

23. Уголовное право. Особенная часть / под ред. А.И. Рарога. М, 1996.

24. Минская В. Уголовно-правовое обеспечение применения норм об ответственности за преступления в сфере экономической деятельности // Уголовное право. 2006. № 3.

25. Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономики: авторский комментарий к уголовному закону (раздел VIII УК РФ). М., 2006.

26. Волженкин Б. В. Преступления в сфере экономической деятельности по уголовному праву России. СПб., 2007.

27. Шишко И.В. Экономические правонарушения: вопросы юридической оценки и ответственности. СПб., 2004.

5. Korzhansky N.I. Object and subject of criminal law protection. Moscow, 1980.

6. Schubert L. On the social danger of the criminal act. Moscow, 1960.

7. Renneberg I. Objective party of a crime. Moscow, 1956.

8. Criminal law of Russia. General part / ed. by A.I. Rarog. Moscow, 2009.

9. Smirnova N.N. Criminal law. St. Petersburg, 2008.

10. Criminal law of the Russian Federation. General part / ed. by B.V. Zdravomyslov. Moscow, 2009.

11. Russian criminal law. General and Special parts / ed. by M.P. Zhuravlev and S.I. Nikulin. Moscow, 2007.

12. Criminal law of Russia. Practical course / gen. ed. by R.A. Adelkhanyan. Moscow, 2010.

13. Naumov A. V. Russian criminal law. General part. Moscow, 2008.

14. The Russian legal encyclopedia / chief ed. A.Ya. Sukharev. Moscow, 2005.

15. Rastoropov S.V. The concept of the object of crime: history, status and perspective // Criminal law. 2002. № 1.

16. Course of the Soviet criminal law. General part / ed. by N.A. Belyaev and M.D. Shargorodsky. Leningrad, 1968. Vol. 1.

17. Agafonov A.V. A few words about the generic object of the crime provided for section VIII of the Criminal code of the Russian Federation // Siberian legal bull. 2009. № 3.

18. Sagatovsky V.N. Bases of systematizing general categories. Tomsk, 1999.

19. Lopashenko N.A. Issues of qualification of crimes in the sphere of economic activity. Moscow, 1997.

20. Mazur S.F. Criminal legal protection of economic activity. Moscow, 1998.

21. Criminal law. Part General. Part Special / ed. by L.D. Gaukhman, L.M. Kolodkin and S.V. Maximov. Moscow, 1999.

22. Criminal law. Special part/ed. by B.V. Zdravomyslov.

23. Criminal law. Special part / ed. by A.I. Rarog. Moscow, 1996.

24. Minskaya V. Criminal legal support application of the rules on liability for crimes in the sphere of economic activity //Criminal law. 2006. № 3.

25. Lopashenko N.A. Crimes in the sphere of economics: the author’s commentary to the criminal law (section VIII of the Criminal code of the Russian Federation). Moscow, 2006.

26. Volzhenkin B.V. Crimes in the sphere of economic activity in the criminal law of Russia. St. Petersburg, 2007.

27. Shishko I.V. Economic offenses: questions of legal assessment and responsibility. St. Petersburg, 2004.

28. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть /под ред. А.И. Рарога. М., 2009.

29. Верин В. П. Преступления в сфере экономики. М., 1999.

30. Уголовное право. Особенная часть / отв. ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамова, Г.П. Новоселов. М., 2007.

31. Уголовное право. Часть Общая. Часть Особенная / под ред. Л.Д. Гаухмана, Л.М. Ко-лодкина, С. В. Максимова. М., 2006.

32. Рарог А.И., Степалин В.П., Шишов О.Ф. Уголовное право. Особенная часть в вопросах и ответах /под ред. А. И. Рарога. М., 2000.

33. Бондарь Е.А. Уголовно-правовая характеристика мошенничества и связанных с ним преступлений в сфере финансовой деятельности // Финансовое право. 2005. № 11.

34. Постатейный комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под ред. Н.А. Громова. М., 2007.

35. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / под ред. А.А. Чекалина, В.Т. Томина, В.В. Сверчко-ва. М, 2006.

36. Аслаханов А. А. Проблемы борьбы с преступностью в сфере экономики (криминологический и уголовно-правовой аспекты): дис. . д-ра юрид. наук. М., 1997.

37. Дробот С.А. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика приобретения или сбыта имущества, заведомо добытого преступным путем: дис. . канд. юрид. наук. М., 2000.

38. Сабанина О. В. Уголовная ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем: дис. . канд. юрид. наук. Тольятти, 2004.

39. Наумов А. В. Практика применения Уголовного кодекса Российской Федерации: комментарий судебной практики и доктриналь-ное толкование / под ред. Г.М. Резника. М., 2005.

40. Ветров Н.И. Уголовное право. Особенная часть. М., 2008.

41. Уголовное право РФ. Особенная часть / под ред. Л. В. Иногамовой-Хегай. М., 2008.

42. Юсупов Н.В. Уголовная ответственность за легализацию (отмывание) имущества, полученного от преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов: автореф. дис. . канд. юрид. наук. М., 2011.

43. Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления // Избр. произведения: в 3 т. М., 2002. Т. 1.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 ноября 2004 г. N 23 г. Москва О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем

Комментарии Российской Газеты

В целях обеспечения правильного применения законодательства об уголовной ответственности за преступления в сфере экономической деятельности, предусмотренные статьями 171, 174 и 1741 УК РФ, и в связи с возникшими в судебной практике вопросами Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет дать судам следующие разъяснения:

1. В соответствии с частью 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ, судам следует выяснять, соответствуют ли эти действия указанным в пункте 1 статьи 2 ГК РФ признакам предпринимательской деятельности, направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, которая осуществляется самостоятельно на свой риск лицом, зарегистрированным в установленном законом порядке в качестве индивидуального предпринимателя.

В соответствии со статьей 23 ГК РФ гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя, а глава крестьянского (фермерского) хозяйства — с момента государственной регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства. Юридическое лицо подлежит государственной регистрации (статьи 49 и 51 ГК РФ).

Судам следует иметь в виду, что отсутствует состав указанного преступления в тех случаях, когда лицо, зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя, осуществляет не запрещенную законом предпринимательскую деятельность, имея специальное разрешение (лицензию) на осуществление конкретного вида деятельности, если для этого требуется получение лицензии, и соблюдает лицензионные требования и условия.

2. В тех случаях, когда не зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя лицо приобрело для личных нужд жилое помещение или иное недвижимое имущество либо получило его по наследству или по договору дарения, но в связи с отсутствием необходимости в использовании этого имущества временно сдало его в аренду или внаем и в результате такой гражданско-правовой сделки получило доход (в том числе в крупном или особо крупном размере), содеянное им не влечет уголовной ответственности за незаконное предпринимательство. Если указанное лицо уклоняется от уплаты налогов или сборов с полученного дохода, в его действиях при наличии к тому оснований содержатся признаки состава преступления, предусмотренного статьей 198 УК РФ.

3. Осуществление предпринимательской деятельности без регистрации будет иметь место лишь в тех случаях, когда в едином государственном реестре для юридических лиц и едином государственном реестре для индивидуальных предпринимателей отсутствует запись о создании такого юридического лица или приобретении физическим лицом статуса индивидуального предпринимателя либо содержится запись о ликвидации юридического лица или прекращении деятельности физического лица в качестве индивидуального предпринимателя.

Под осуществлением предпринимательской деятельности с нарушением правил регистрации следует понимать ведение такой деятельности субъектом предпринимательства, которому заведомо было известно, что при регистрации были допущены нарушения, дающие основания для признания регистрации недействительной (например, не были представлены в полном объеме документы, а также данные или иные сведения, необходимые для регистрации, либо она была произведена вопреки имеющимся запретам).

Под представлением в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, документов, содержащих заведомо ложные сведения, следует понимать представление документов, содержащих такую заведомо ложную либо искаженную информацию, которая повлекла за собой необоснованную регистрацию субъекта предпринимательской деятельности.

4. При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков осуществления предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение обязательно, судам следует исходить из того, что отдельные виды деятельности, перечень которых определяется федеральным законом, могут осуществляться только на основании специального разрешения (лицензии). Право осуществлять деятельность, на занятие которой необходимо получение специального разрешения (лицензии), возникает с момента получения разрешения (лицензии) или в указанный в нем срок и прекращается по истечении срока его действия (если не предусмотрено иное), а также в случаях приостановления или аннулирования разрешения (лицензии) (пункт 3 статьи 49 ГК РФ).

В соответствии со статьей 2 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности» под осуществлением предпринимательской деятельности с нарушением лицензионных требований и условий следует понимать занятие определенным видом предпринимательской деятельности на основании специального разрешения (лицензии) лицом, не выполняющим лицензионные требования и условия, выполнение которых лицензиатом обязательно при осуществлении лицензируемого вида деятельности.

5. Действия лица, занимающегося частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью без соответствующего специального разрешения (лицензии), если они повлекли по неосторожности причинение вреда здоровью или смерть человека, надлежит квалифицировать по соответствующей части статьи 235 УК РФ.

В том случае, когда осуществление частной медицинской практики или частной фармацевтической деятельности без соответствующего специального разрешения (лицензии) не повлекло последствий, указанных в статье 235 УК РФ, но при этом был причинен крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо извлечен доход в крупном размере или в особо крупном размере, действия лица следует квалифицировать по соответствующей части статьи 171 УК РФ.

6. Если юридическое лицо, имеющее специальную правоспособность для осуществления лишь определенных видов деятельности (например, банковской, страховой, аудиторской), занимается также иными видами деятельности, которыми оно в соответствии с учредительными документами и имеющейся лицензией заниматься не вправе, то такие действия, сопряженные с неправомерным осуществлением иных видов деятельности, должны рассматриваться как незаконная предпринимательская деятельность без регистрации либо незаконная предпринимательская деятельность без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение обязательно.

7. Согласно статье 2 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности» лицензирующими органами являются федеральные органы исполнительной власти, органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

Лицензирующими органами могут также выступать органы местного самоуправления, например в случаях выдачи лицензии на право ведения образовательной деятельности, розничной продажи алкогольной продукции (пункт 7 статьи 33 Федерального закона «Об образовании», статья 18 Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции»).

8. Судам следует иметь в виду, что в тех случаях, когда субъект Российской Федерации принял нормативный правовой акт по вопросам, вытекающим из отношений, связанных с лицензированием отдельных видов деятельности, в нарушение своей компетенции либо с нарушением федерального закона или когда такое правовое регулирование относится к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации (статья 76 Конституции Российской Федерации), применяется федеральный закон.

9. Если федеральным законом разрешено заниматься предпринимательской деятельностью только при наличии специального разрешения (лицензии), но порядок и условия не были установлены, а лицо стало осуществлять такую деятельность в отсутствие специального разрешения (лицензии), то действия этого лица, сопряженные с извлечением дохода в крупном или особо крупном размере либо с причинением крупного ущерба гражданам, организациям или государству, следует квалифицировать как осуществление незаконной предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии).

10. По смыслу закона субъектом преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ, может быть как лицо, имеющее статус индивидуального предпринимателя, так и лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность без государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

При осуществлении организацией (независимо от формы собственности) незаконной предпринимательской деятельности ответственности по статье 171 УК РФ подлежит лицо, на которое в силу его служебного положения постоянно, временно или по специальному полномочию были непосредственно возложены обязанности по руководству организацией (например, руководитель исполнительного органа юридического лица либо иное лицо, имеющее право без доверенности действовать от имени этого юридического лица), а также лицо, фактически выполняющее обязанности или функции руководителя организации.

11. Если лицо (за исключением руководителя организации или лица, на которое постоянно, временно или по специальному полномочию непосредственно возложены обязанности по руководству организацией) находится в трудовых отношениях с организацией или индивидуальным предпринимателем, которые осуществляют свою деятельность без регистрации, с нарушением правил регистрации, без специального разрешения (лицензии) либо с нарушением лицензионных требований и условий или с предоставлением заведомо подложных документов, то выполнение этим лицом обязанностей, вытекающих из трудового договора, не содержит состава преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ.

12. Под доходом в статье 171 УК РФ следует понимать выручку от реализации товаров (работ, услуг) за период осуществления незаконной предпринимательской деятельности без вычета произведенных лицом расходов, связанных с осуществлением незаконной предпринимательской деятельности.

13. При исчислении размера дохода, полученного организованной группой лиц, судам следует исходить из общей суммы дохода, извлеченного всеми ее участниками.

В том случае, когда незаконная предпринимательская деятельность, осуществленная организованной группой лиц, была сопряжена с извлечением дохода в особо крупном размере, действия этих лиц подлежат квалификации по пунктам «а» и «б» части 2 статьи 171 УК РФ с приведением в описательно-мотивировочной части приговора мотивов принятого решения.

14. Если при занятии незаконной предпринимательской деятельностью лицо незаконно использует чужой товарный знак, знак обслуживания, наименование места происхождения товара или сходные с ними обозначения для однородных товаров и при наличии иных признаков преступления, предусмотренного статьей 180 УК РФ, содеянное им надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных статьями 171 и 180 УК РФ.

15. Если в процессе незаконной предпринимательской деятельности осуществляются производство, приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта или сбыт немаркированных товаров и продукции, подлежащих обязательной маркировке марками акцизного сбора, специальными марками или знаками соответствия, защищенными от подделок, совершенные в крупном или особо крупном размере, действия лица надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных статьями 171 и 1711 УК РФ.

В тех случаях, когда незаконная предпринимательская деятельность была связана с производством, хранением или перевозкой в целях сбыта либо сбытом товаров и продукции, выполнением работ или оказанием услуг, не отвечающими требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, содеянное образует совокупность преступлений, предусмотренных соответствующими частями статьи 171 и статьи 238 УК РФ.

Если незаконная предпринимательская деятельность сопряжена с несанкционированными изготовлением, сбытом или использованием, а равно подделкой государственного пробирного клейма, действия лица надлежит квалифицировать по совокупности преступлений: по статье 171 УК РФ, а также по статье 181 УК РФ как совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности.

16. Действия лица, признанного виновным в занятии незаконной предпринимательской деятельностью и не уплачивающего налоги и (или) сборы с доходов, полученных в результате такой деятельности, полностью охватываются составом преступления, предусмотренного статьей 171 УК РФ. При этом имущество, деньги и иные ценности, полученные в результате совершения этого преступления, в соответствии с пунктами 2 и 21 части 1 статьи 81 УПК РФ признаются вещественными доказательствами и в силу пункта 4 части 3 статьи 81 УПК РФ подлежат обращению в доход государства с приведением в приговоре обоснования принятого решения.

17. Если федеральным законодательством из перечня видов деятельности, осуществление которых разрешено только на основании специального разрешения (лицензии), исключен соответствующий вид деятельности, в действиях лица, которое занималось таким видом предпринимательской деятельности, отсутствует состав преступления, предусмотренный статьей 171 УК РФ.

18. В тех случаях, когда лицо, имея целью извлечение дохода, занимается незаконной деятельностью, ответственность за которую предусмотрена иными статьями Уголовного кодекса Российской Федерации (например, незаконным изготовлением огнестрельного оружия, боеприпасов, сбытом наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов), содеянное им дополнительной квалификации по статье 171 УК РФ не требует.

19. Судам следует иметь в виду, что под финансовыми операциями и другими сделками, указанными в статьях 174 и 1741 УК РФ, следует понимать действия с денежными средствами, ценными бумагами и иным имуществом (независимо от формы и способов их осуществления, например, договор займа или кредита, банковский вклад, обращение с деньгами и управление ими в задействованном хозяйственном проекте), направленные на установление, изменение или прекращение связанных с ними гражданских прав или обязанностей. К сделкам с имуществом или денежными средствами может относиться, например, дарение или наследование.

При этом по смыслу закона ответственность по статье 174 УК РФ или по статье 1741 УК РФ наступает и в тех случаях, когда виновным лицом совершена лишь одна финансовая операция или одна сделка с приобретенными преступным путем денежными средствами или имуществом.

20. Для решения вопроса о наличии состава преступления, предусмотренного статьей 174 УК РФ, необходимо установить, что лицо совершило указанные финансовые операции и другие сделки с денежными средствами или иным имуществом в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом.

При решении вопроса о наличии в действиях лица признаков состава преступления, предусмотренного статьей 174 УК РФ, судам следует выяснять, имеются ли в деле доказательства, свидетельствующие о том, что лицу, совершившему финансовые операции и другие сделки, было достоверно известно, что денежные средства или иное имущество приобретены другими лицами преступным путем.

21. При постановлении обвинительного приговора по статье 174 УК РФ или по статье 1741 УК РФ судом должен быть установлен факт получения лицом денежных средств или иного имущества, заведомо добытых преступным путем либо в результате совершения преступления.

22. В тех случаях, когда лицо приобрело денежные средства или иное имущество в результате совершения преступления и использовало эти денежные средства или иное имущество для совершения финансовых операций и других сделок, содеянное этим лицом подлежит квалификации по совокупности преступлений (например, как получение взятки, кража, мошенничество и как легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества).

23. Под лицами, использующими свое служебное положение (пункт «б» части 3 статьи 174 и пункт «б» части 3 статьи 1741 У К РФ), следует понимать должностных лиц, служащих, а также лиц, осуществляющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях.

24. Использование нотариусом своих служебных полномочий для удостоверения сделки, заведомо для него направленной на легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, квалифицируется как пособничество по части 5 статьи 33 УК РФ и соответственно по статье 174 или статье 1741 УК РФ и при наличии к тому оснований — по статье 202 УК РФ.

25. Сбыт имущества, которое было получено в результате совершения преступления (например, хищения) иными лицами, не образует состава легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества (статья 174 УК РФ), если такому имуществу не придается видимость правомерно приобретенного. В зависимости от конкретных обстоятельств дела указанные действия могут содержать признаки состава преступления, предусматривающего ответственность за хищение (в форме пособничества) либо состава преступления, предусмотренного статьей 175 УК РФ.

26. Если лицом был заключен договор купли-продажи в целях легализации имущества, полученного им в результате преступления, и покупатель, осознавая указанное обстоятельство, приобрел это имущество для придания правомерного вида владению, пользованию или распоряжению им, то действия покупателя надлежит квалифицировать по соответствующей части статьи 174 УК РФ, а действия продавца — по соответствующей части статьи 1741 УК РФ.

27. Если при рассмотрении уголовного дела по обвинению лица в совершении преступления, предусмотренного статьей 174 или статьей 1741 УК РФ, будет установлено, что имущество, деньги и иные ценности получены в результате преступных действий либо нажиты преступным путем, они в соответствии с пунктами 2 и 21 части 1 статьи 81 УПК РФ признаются вещественными доказательствами и на основании пункта 4 части 3 указанной статьи подлежат возвращению законному владельцу либо обращению в доход государства с приведением в приговоре обоснования принятого решения.

Председатель Верховного Суда
Российской Федерации
В. Лебедев

Секретарь Пленума,
судья Верховного Суда
Российской Федерации
В. Демидов