Приговоры по уголовным делам не подлежали апелляции

05.11.2018 Выкл. Автор admin

Содержание:

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ АПЕЛЛЯЦИОННОГО ОБЖАЛОВАНИЯ
ПРОКУРОРОМ ПРИГОВОРОВ, ПОСТАНОВЛЕННЫХ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ
В СУДЕ С УЧАСТИЕМ ПРИСЯЖНЫХ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ

Федеральный закон от 29 декабря 2010 г. № 433-ФЗ, дополнивший Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (УПК РФ) главой 451 «Производство в суде апелляционной инстанции», в полном объеме вступил в силу с 1 января 2013 г. Положения гл. 451 УПК РФ касаются порядка обжалования решений суда. В соответствии с ч. 1 ст. 3892 УПК РФ решения суда первой инстанции (в том числе приговоры, постановленные на основании вердикта коллегии присяжных заседателей), не вступившие в законную силу, могут быть обжалованы сторонами в апелляционном порядке.

Введение нового порядка обжалования решений суда первой инстанции вызвало многочисленные суждения о недопустимости применения данного института к приговорам суда присяжных. Высказывались мнения о невозможности проверки таких приговоров в силу того, что они не мотивируются, а также о недопустимости контролирования решений присяжных профессиональными судьями(1).

Между тем, как показывает судебная практика, несмотря на спорный характер ряда положений, закрепленных указанным Федеральным законом, стороны активно используют свое право на апелляционное обжалование приговоров, постановленных на основании вердикта коллегии присяжных заседателей.

Часть 1 ст. 3891 УПК РФ предусматривает право прокурора на внесение апелляционного представления на решение суда первой инстанции. Данное право прокурора исходя из принципа состязательности сторон является равным аналогичному праву иных участников уголовного судопроизводства.

В то же время в силу особенностей деятельности прокуратуры, а также в силу того, что поддержание государственного обвинения относится к основным ее функциям, своевременное принесение апелляционного представления на незаконные, необоснованные и несправедливые судебные решения является не только правом государственного обвинителя, предусмотренным соответствующими положениями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, но и его обязанностью(2).

Согласно положениям гл. 451 УПК РФ обжалование и проверка судебных решений, вынесенных при производстве в суде с участием присяжных заседателей, осуществляются по общим правилам, установленным указанной главой, но с учетом определенных ограничений, связанных с правовой природой суда присяжных и

механизмом принятия им процессуальных решений.

В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 30 УПК РФ суды с участием присяжных заседателей рассматривают уголовные дела, за некоторыми исключениями, подсудные верховному суду республики, краевому или областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области, суду автономного округа, окружному (флотскому) военному суду. Следовательно, приговор или иное итоговое решение, вынесенные судом присяжных, согласно правилам ст. 3893 УПК РФ могут быть обжалованы в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации либо Военную коллегию Верховного Суда Российской Федерации через суд, вынесший соответствующее решение, в течение десяти суток со дня его вынесения.

Предметом апелляционного обжалования являются решения суда первой инстанции, не вступившие в законную силу (ч. 1 ст. 3892 УПК РФ). Анализ норм УПК РФ позволяет сделать вывод, что к таким решениям применительно к рассмотрению дел судом с участием присяжных заседателей относятся: приговоры, постановленные на основании вердикта коллегии присяжных заседателей (как обвинительные, так и оправдательные); постановления суда о возвращении уголовного дела прокурору; постановления суда о прекращении уголовного дела, вынесенные в ходе судебного разбирательства; решения, принимаемые судьей по результатам предварительного слушания (ч. 1 ст. 236 УПК РФ).

При этом согласно ч. 5 ст. 348 УПК РФ постановление о роспуске коллегии присяжных заседателей и направлении уголовного дела на новое рассмотрение иным составом суда со стадии предварительного слушания обжалованию в апелляционном порядке не подлежит. Вероятно, законодатель занял такую позицию, руководствуясь тем, что указанным постановлением не заканчивается производство по уголовному делу. Уголовное дело направляется на новое рассмотрение, по результатам которого при необходимости стороны смогут реализовать свое право на обжалование судебного решения.

Вместе с тем специальный порядок обжалования УПК РФ предусматривает лишь для итоговых судебных решений, которые выносятся с участием присяжных заседателей. Промежуточные решения, принятые председательствующим единолично, подлежат обжалованию в общем порядке.

Как уже упоминалось, решение законодателя о распространении апелляции на приговоры, постановленные по результатам рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей, вызвало опасение, что при этой форме пересмотра неизбежно произойдет вмешательство профессиональных судей в деятельность присяжных заседателей, что лишит смысла саму суть этого института. Однако, на наш взгляд, такие опасения беспочвенны в связи с нижеследующим.

Решения суда, подлежащие обжалованию, подразделяются на два вида: итоговые и промежуточные (ст. 3892 УПК РФ). Эти понятия раскрываются в пп. 53.2, 53.3 ст. 5 УПК РФ. Так, приговор и иные решения суда, вынесенные в ходе судебного разбирательства, которыми уголовное дело разрешается по существу, относятся к итоговым судебным решениям, а все остальные определения и постановления суда — к промежуточным.

Законодателем строго разделены функции председательствующего и коллегии присяжных заседателей. Присяжные, в компетенцию которых входит разрешение вопросов о доказанности события преступления, причастности к нему подсудимого и его вины, выносят свое решение в форме вердикта.

Вердикт присяжных заседателей — это решение о виновности или невиновности подсудимого, вынесенное коллегией присяжных заседателей (п. 5 ст. 5 УПК РФ). Вынесением вердикта дело не разрешается по существу, УПК РФ предусмотрен еще ряд этапов рассмотрения уголовного дела, без прохождения которых не может быть постановлен приговор. Поэтому вердикт,

исходя из понятия, закрепленного в п. 53.2 ст. 5 УПК РФ, не может быть отнесен к итоговым судебным решениям.

В УПК РФ не приводится перечень промежуточных решений, в чч. 2, 3 ст. 3892 УПК РФ лишь перечисляются некоторые виды таких решений (например, постановления о возвращении уголовного дела прокурору, о приостановлении уголовного дела и др.). То есть, по сути, промежуточными законодатель называет те решения, которые выносятся в рамках производства по делу до итогового решения и которыми дело не разрешается по существу. Следуя данной логике, к этому виду судебных решений вердикт коллегии присяжных заседателей также отнести нельзя.

Таким образом, вердикт коллегии присяжных заседателей представляет собой особую форму решения, не относящуюся ни к итоговым решениям, ни к промежуточным, в связи с чем самостоятельно сторонами обжаловаться не может.

Соответственно, решение присяжных заседателей в отрыве от приговора, постановленного на его основе, проверке, даже в рамках апелляционного производства, не подлежит, что вполне отвечает сущности судопроизводства с участием присяжных.

Еще одним важным обстоятельством является ограничение перечня оснований, по которым приговор, постановленный судом присяжных, может быть изменен или отменен. Так, в качестве основания для отмены или изменения приговора, вынесенного на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, ст. 38927 УПК РФ не предусматривает такое основание, как несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. Это связано с тем, что разрешение вопроса о доказанности обстоятельств преступления и вины подсудимого находится в непосредственной компетенции присяжных заседателей, вердикт которых не мотивируется, обязателен для председательствующего (ст. 348 УПК РФ) и, соответственно, сторонами ставиться под сомнение не может. О запрете проверки приговора, постановленного на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, по фактическим основаниям неоднократно говорилось и в решениях Конституционного Суда Российской Федерации(1).

Таким образом, как верно отмечается некоторыми авторами, апелляционный пересмотр судебных решений, вынесенных с участием присяжных заседателей, носит «неполный» и «ограниченный» характер(2). И эта «неполнота» направлена непосредственно на ограничение вмешательства в компетенцию коллегии присяжных заседателей в условиях апелляционного пересмотра судебных решений.

В соответствии с правилами, установленными ст. 38927 УПК РФ, апелляционное представление на приговор, постановленный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, можно внести только в случаях: существенного нарушения уголовно-процессуального закона (ст. 38917 УПК РФ); неправильного применения уголовного закона; несправедливости приговора (ст. 38918 УПК РФ).

Анализ решений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации(3) показывает, что именно нарушение уголовно-процес-суального законодательства является наиболее распространенным основанием для внесения прокурорами апелляционных представлений на приговоры, постановленные судом на основании вердикта коллегии присяжных заседателей.

Государственными обвинителями чаще всего указывались такие нарушения, как вынесение вердикта незаконным составом коллегии присяжных заседателей (например, сокрытие присяжными заседателями

сведений о себе); ограничение права прокурора на представление доказательств в ходе судебного следствия (отказ в удовлетворении ходатайств); нарушение стороной защиты пределов судебного разбирательства с участием присяжных; разрешение ходатайств без удаления присяжных из зала судебного заседания; нарушение положений УПК РФ при постановке вопросов присяжным заседателям.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в ряде случаев признавала доводы прокуроров необоснованными в связи с тем, что они не подтверждались в ходе изучения протоколов судебных заседаний.

Примером может служить апелляционное представление прокурора на приговор Верховного суда Республики Ингушетия с участием присяжных заседателей от 11 апреля 2013 г. Государственный обвинитель полагал, что в ходе формирования коллегии присяжных заседателей имелись существенные нарушения уголовно-процессуального закона, выразившиеся в том, что ряд кандидатов в присяжные заседатели при отборе скрыли информацию о себе, которая в результате могла повлиять на решение по делу и лишила права стороны на мотивированный или немотивированный отвод. Так, прокурор указал, что на его вопрос, имеются ли среди кандидатов инвалиды, ряд из них не сообщили правдивых сведений о том, что являются инвалидами 2-й группы. Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации данный довод был признан безосновательным, так как из протокола судебного разбирательства следовало, что кандидатам был задан вопрос: «Есть ли среди Вас лица, неспособные в силу своих психических или физических недостатков, инвалидности иной заболеваемости успешно исполнять обязанности присяжного заседателя?». То есть фактически вопрос был задан не о наличии инвалидности, а о физической возможности исполнять обязанности присяжного заседателя, и указанные кандидаты в присяжные заседатели полагали, что справятся с обязанностями, и подтвердили это, так как никому из них медицинская помощь не потребовалась(1).

Такие неточности в апелляционных представлениях не являются редкостью, и почти во всех случаях они служат основанием для оставления представления без удовлетворения. Чтобы избежать подобных ошибок, государственным обвинителям необходимо использовать право на ознакомление с протоколом судебного заседания с целью своевременной подачи на него замечаний, а при обжаловании приговора обращать внимание на то, чтобы доводы, содержащиеся в представлении, не расходились со сведениями, содержащимися в протоколе судебного заседания, и были подтверждены материалами рассматриваемого дела.

Кроме того, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации, признавая доводы апелляционного представления необоснованными, обращала внимание на то, что государственными обвинителями в ходе судебного разбирательства не всегда в полной мере используются процессуальные полномочия.

Так, судом апелляционной инстанции чаще всего не признавались обоснованными доводы о нарушении председательствующим принципов объективности и беспристрастности при произнесении напутственного слова в случае, если стороны после его произнесения не воспользовались своим правом, предусмотренным п. 6 ст. 340 УПК РФ, и не заявили возражения(2).

Таким образом, в судебном разбирательстве с участием присяжных прокурору необходимо своевременно реагировать на все случаи нарушения порядка судопроизводства, обращая на них внимание председательствующего.

Помимо перечисленных общих оснований отмены решений суда УПК РФ предусмотрены и особые основания, по которым может быть отменен приговор, вынесенный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей.

В соответствии с ч. 1 ст. 348 УПК РФ оправдательный вердикт обязателен для председательствующего и по общему правилу служит основанием для постановления оправдательного приговора. Вместе с тем УПК РФ, допуская возможность апелляционного пересмотра и отмены оправдательного приговора, постановленного на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, строго ограничивает условия отмены. Так, в соответствии с ч. 1 ст. 38925 УПК РФ отмена оправдательного приговора, постановленного на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, возможна только в случае допущения таких существенных нарушений уголовно-процес-суального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов.

Кроме того, ч. 2 ст. 38925 УПК РФ содержит безусловное основание к отмене оправдательного приговора, постановленного на основании вердикта коллегии присяжных заседателей: если вышестоящим судом будет установлено, что при неясном и противоречивом вердикте председательствующий не указал присяжным заседателям на неясность и противоречивость вердикта и не предложил им вернуться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист.

Практика отмены оправдательных приговоров суда присяжных с направлением дела на новое рассмотрение достаточно распространена.

Нередки ситуации, когда стороной защиты нарушаются пределы судебного разбирательства, что выражается, как правило, в доведении до присяжных информации об обстоятельствах, разрешение которых не находится в их компетенции(1). Конечно, такие нарушения не должны оставаться без соответствующей реакции председательствующего и при вынесении присяжными оправдательного вердикта могут являться основанием для принесения прокурором апелляционного представления.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в ряде случаев находила доводы прокурора о том, что неоднократные грубые нарушения, допускаемые стороной защиты, могли повлиять на содержание данных присяжными заседателями ответов, обоснованными и приходила к выводу о необходимости отмены оправдательного приговора в соответствии с ч. 1 ст. 38925 УПК РФ.

Приговор, постановленный судом присяжных, называют комплексным актом правосудия или «симбиозом вердикта коллегии присяжных заседателей и приговора, постановленного председательствующим на основании вердикта»(2). Соответственно, приговор, который выносится на основании вердикта, должен в полной мере ему соответствовать. Противоречие приговора вердикту может служить основанием для его обжалования. И если суд апелляционной инстанции убедится в том, что требования, предусмотренные ст. 38925 УПК РФ, соблюдены, он вправе самостоятельно привести в соответствие с вердиктом коллегии присяжных заседателей приговор, противоречащий вердикту, не прибегая к отмене приговора, как этого требовал кассационный порядок.

Таким образом, апелляционный порядок обжалования приговоров, постановленных на основании вердикта коллегии

присяжных заседателей, во многом схож с соответствующей процедурой кассационного судопроизводства, действовавшей до 1 января 2013 г.

Вместе с тем при внесении апелляционных представлений на приговоры, постановленные судом присяжных, государственным обвинителям необходимо строго соблюдать пределы, установленные законодателем для обжалования этого вида решений.

Так, необходимо учитывать, что в апелляционном представлении не могут быть поставлены под сомнение вопросы, разрешение которых непосредственно относится к компетенции присяжных заседателей, а именно вопросы достоверности и достаточности доказательств, исследованных с участием присяжных заседателей, мотивированность принятого ими решения. Кроме того, в апелляционном представлении не может ставиться вопрос о повторном исследовании доказательств, которые были рассмотрены с участием присяжных заседателей.

При подготовке апелляционного представления прокурору необходимо убедиться, что все доводы, которые им приведены, подтверждаются материалами дела и протоколом судебного заседания. В ходе рассмотрения уголовного дела государственному обвинителю важно своевременно реагировать на допускаемые нарушения, при необходимости заявлять возражения и ходатайства.

Соблюдение перечисленных и иных правил, а также учет складывающейся судебной практики повысит качество и эффективность апелляционных представлений прокурора и окажет положительное влияние на рассмотрение их судом апелляционной инстанции.

26. Изменения в судебной системе. «Устав уголовного судопроизводства» 1864 г.

26. Изменения в судебной системе. «Устав уголовного судопроизводства» 1864 г.

Судебная реформа была проведена путем издания четырех основных законов: Учреждения судебных установлений, Уставов гражданского и уголовного судопроизводства и Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. Судьи объявлялись несменяемыми, частично вводилась выборность.

Судебная система включала местные суды и общие судебные установления. Местные суды состояли из мировых и волостных судов. Судебный округ делился на несколько участков, каждый имел мирового судью и почетного мирового судью (работал на общественных началах, без казенного жалованья). Мировые судьи рассматривали дела единолично и избирались сроком на 3 года. К ведению мировых судей относились мелкие уголовные и гражданские дела. Волостные суды были сословными судами по крестьянским делам.

Окружной суд функционировал в составе коронного суда либо коронного суда с присяжными заседателями. Земские и городские управы составляли списки присяжных, которые согласовывались с губернатором или градоначальником. Окружной суд рассматривал уголовные дела в составе коронного суда, состоящего из 3 членов и 12 присяжных. При рассмотрении уголовных дел присяжные решали вопрос о виновности подсудимого, после чего коронный суд определял конкретную меру наказания. Приговоры по уголовным делам, рассмотренные окружными судами с участием присяжных, не подлежали апелляции.

Изменилась организация предварительного следствия: была учреждена должность судебного следователя, назначаемого министром юстиции.

Устав уголовного судопроизводства 1864 г. заимствовал континентальную систему судопроизводства, при этом за основу был взят Уголовно-процессуальный кодекс Франции 1808 г. Устав различал производство в мировых судебных установлениях, когда не было предварительного расследования, и производство в общих судебных местах, когда производство предварительного расследования являлось обязательным. По Уставу предварительное следствие не могло быть начато судебным следователем без законного к тому повода и достаточного основания, при этом определение достаточного основания отсутствовало.

Подробно регламентировался в законодательстве порядок рассмотрения уголовных дел окружными судами с участием присяжных.

Устав провозгласил принципы гласности, состязательности, непосредственности судебного разбирательства, право обвиняемого на защиту. Провозглашалась презумпция невиновности: лицо считалось невиновным до тех пор, пока его виновность не будет установлена приговором суда. Отменялась система формальных доказательств, устанавливалась свободная оценка доказательств по внутреннему убеждению судей.

О некоторых проблемах апелляционного пересмотра промежуточных судебных решений по уголовным делам Текст научной статьи по специальности «Государство и право. Юридические науки»

Аннотация научной статьи по государству и праву, юридическим наукам, автор научной работы — Шумилина Нина Юрьевна

Рассматриваются проблемы правоприменения норм уголовно-процессуального закона, регламентирующих апелляционный пересмотр промежуточных судебных решений по уголовным делам. Освещается ряд проблем, связанных с определением субъекта обжалования судебных решений. Вырабатываются критерии разграничения промежуточных решений на подлежащие самостоятельному обжалованию и на подлежащие обжалованию только с итоговым решением. Анализируется глава 45.1 УПК РФ. Основные положения работы иллюстрируются примерами из практики Иркутского областного суда. Высказываются суждения по обеспечению прав обвиняемых (подсудимых) на обязательное участие в суде апелляционной инстанции

Похожие темы научных работ по государству и праву, юридическим наукам , автор научной работы — Шумилина Нина Юрьевна,

Some Problems in the Intermediate Appellate Review of Court Decisions in Criminal Cases

The problems of enforcement of criminal-procedural Law governing the intermediate appellate review of court decisions in criminal matters. Highlights a number of issues related to the definition of the subject of the appeal court decisions. Criteria of differentiation produced intermediate solutions to be independent appeal and subject to appeal only to the final decision. Analyzed chapter 45.1 of the Code. The main provisions of the illustrated examples from the Irkutsk Regional Court. Make judgments to ensure the rights of the accused (defendant) to mandatory participation in the court of appeal.

Текст научной работы на тему «О некоторых проблемах апелляционного пересмотра промежуточных судебных решений по уголовным делам»

О НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМАХ АПЕЛЛЯЦИОННОГО ПЕРЕСМОТРА ПРОМЕЖУТОЧНЫХ СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ

© Шумилина Н. Ю., 2013

Рассматриваются проблемы правоприменения норм уголовно-процессуального закона, регламентирующих апелляционный пересмотр промежуточных судебных решений по уголовным делам. Освещается ряд проблем, связанных с определением субъекта обжалования судебных решений. Вырабатываются критерии разграничения промежуточных решений на подлежащие самостоятельному обжалованию и на подлежащие обжалованию только с итоговым решением. Анализируется глава 45.1 УПК РФ. Основные положения работы иллюстрируются примерами из практики Иркутского областного суда. Высказываются суждения по обеспечению прав обвиняемых (подсудимых) на обязательное участие в суде апелляционной инстанции.

Ключевые слова: промежуточные судебные решения; самостоятельность обжалования; разрешение ходатайств; прекращение апелляционного производства; обязательность участия обвиняемых (подсудимых) в апелляционной инстанции.

По смыслу ст. 46 Конституции Российской Федерации (далее — Конституция РФ) и корреспондирующих ей положений ст. 8 и 29 Всеобщей декларации прав человека, п. 2 и подп. «а» п. 3 ст. 2 и 6 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, а также ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод государство обязано обеспечить полное осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной и эффективной [1].

Конституция РФ (ч. 3 ст. 50) гарантирует осужденному за преступление право на пересмотр приговора. Этот основополагающий принцип уголовного судопроизводства закреплен в ст. 19 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) в качестве права участников процесса обжаловать процессуальные действия и решения суда, прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя, включая право осужденного на пересмотр приговора (иного судебного решения) вышестоящим судом.

Отличительной особенностью современного этапа судебной реформы является коренное переустройство проверочных судебных инстанций — апелляции и кассации, а также перераспределение функций

между различными звеньями судебной системы. Соответствующий закон уже принят — Федеральный закон от 29 декабря

2010 г. № 433-Ф3 «О внесении изменений в УПК РФ и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» (далее — Закон № 433-Ф3).

Введение его в действие предусмотрено с 2013 г. Вместе с тем отдельные положения, касающиеся порядка апелляционного обжалования промежуточных судебных решений судов областного уровня, вступили в действие уже с 1 мая 2011 г.

Эти законодательные новеллы для судей представляют большой практический интерес. В соответствии с ними жалобы на такие решения будут рассматриваться не Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации (далее — Верховный Суд РФ), как это было предусмотрено ранее, а судебными коллегиями судов того же уровня.

С введением в действие Закона № 433-ФЗ принцип инстанционности пересмотра судебных решений судом второй инстанции приобретает новое содержание. В рамках действующего закона он означает, что судебное решение, не вступившее в законную силу, может быть пересмотрено только одной следующей вышестоящей судебной инстанцией.

Новым законом вводится самостоятельное функционирование двух апелляционных инстанций по отношению к решениям одного и того же (областного и равного ему) суда первой инстанции. Сохраняется правило о том, что часть решений суда этого уровня, прежде всего итоговые судебные решения, подлежат обжалованию в вышестоящий суд — в Судебную коллегию Верховного Суда РФ. Промежуточные же судебные решения этих судов подлежат апелляционному обжалованию в судебные коллегии по уголовным делам соответствующих судов того же уровня (п. 3 ч. 2 ст. 389.3 УПК РФ).

В связи с этим чрезвычайно важным является разделение выносимых областными судами по первой инстанции судебных решений с точки зрения определения судебной инстанции, в которую они могут быть обжалованы. Ответ на этот вопрос зависит, прежде всего, от отнесения того или иного решения к категории итогового или промежуточного. В Законе № 433-Ф3 впервые даны их понятия.

Итоговое судебное решение — это приговор, иное решение суда, принимаемое в ходе судебного разбирательства, которым уголовное дело разрешается по существу (п. 53.2 ст. 5 УПК РФ).

Вместе с тем следует отметить, что итоговым является решение суда, принимаемое не «в ходе», а «по результатам» судебного разбирательства. Это решения о виновности лица, о квалификации его действий, о назначении наказания либо освобождении от уголовной ответственности или наказания. К итоговым судебным решениям следует отнести приговор, решения суда о прекращении уголовного дела, о применении принудительных мер медицинского либо воспитательного характера.

Все эти итоговые судебные решения, если они постановлены областными и равными им судами, подлежат обжалованию, как и прежде, в Судебную коллегию Верховного Суда РФ.

В соответствии с п. 53.3 ст. 5 УПК РФ к промежуточным судебным решениям отнесены все определения и постановления суда, за исключением итогового судебного решения.

До этого уголовно-процессуальный закон не упоминал понятия «промежуточное судебное решение», хотя оно использовалось и ранее и определялось как промежу-

точные решения, принимаемые по ходу производства в пределах одной стадии. Эти решения касались главным образом признания определенного процессуального статуса лица или вопроса о мере пресечения, производстве процессуальных действий. Промежуточные судебные решения упоминаются во многих решениях Конституционного Суда Российской Федерации (далее — Конституционный Суд РФ); используется это понятие и в практике судов общей юрисдикции.

К ним относятся, в частности, судебные постановления (определения), выносимые в ходе судебного разбирательства, в которых не содержится выводов суда о достаточности доказательств, о виновности лица, о назначении ему наказания либо об освобождении от него. Промежуточные судебные решения имеют целью создать необходимые условия для реализации участниками процесса их прав и законных интересов, для разрешения уголовного дела без неоправданной задержки.

В связи с вступлением в силу с 1 мая

2011 г. Закона № 433-Ф3 в части пересмотра в апелляционном порядке не вступивших в законную силу промежуточных судебных решений Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении № 7 от 28 апреля

2011 г. указал, что по смыслу п. 53.3 ст. 5 УПК РФ все иные определения и постановления суда, вынесенные в ходе досудебного производства по уголовному делу или при производстве по уголовному делу в верховном суде республики, краевом, областном суде, суде города федерального значения, суде автономной области, суде автономного округа, окружном (флотском) военном суде в качестве суда первой инстанции, которыми уголовное дело не разрешается по существу и не завершается производство по уголовному делу, являются промежуточными судебными решениями [2].

Виды промежуточных судебных решений, подлежащих самостоятельному обжалованию либо подлежащих обжалованию только с итоговым судебным решением, перечислены в ст. 389.2 УПК РФ.

По общему правилу, установленному ч. 2 ст. 389.2 УПК РФ, судебные решения, вынесенные в ходе судебного разбирательства, обжалуются в апелляционном порядке одновременно с обжалованием итогового судебного решения по делу за исключением судебных решений, указанных в части 3

настоящей статьи. Именно эти виды судебных решений, не являющихся итоговыми, но подлежащих самостоятельному обжалованию, представляют для нас большой интерес в рамках настоящего обсуждения.

Вопрос о праве на кассационное обжалование определений и постановлений, вынесенных судом первой инстанции при подготовке к судебному заседанию, а также в ходе судебного разбирательства, был неоднократно предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ. Сформулированные правовые позиции могут быть полностью экстраполированы на апелляционное производство.

Так, в Постановлении от 3 мая 1995 г. № 4-П Конституционный Суд РФ сформулировал правовую позицию, согласно которой личность в ее взаимоотношениях с государством рассматривается как равноправный субъект, который может защищать свои права всеми не запрещенными законом способами и спорить с государством в лице любых его органов, в том числе судебных; лишение же гражданина возможности прибегнуть к судебной защите для отстаивания своих прав и свобод противоречит принципу охраны достоинства личности (ст. 21 Конституции РФ) [3].

Основываясь на изложенной правовой позиции, Конституционный Суд РФ в Постановлении от 2 июля 1998 г. № 20-П признал не соответствующими Конституции те положения уголовно-процессуального закона, которые исключали возможность безотлагательного обжалования заинтересованными участниками судопроизводства судебных решений, ограничивающих их конституционные права и свободы, до завершения производства в суде первой инстанции, и отметил, что проверка таких судебных решений лишь одновременно с рассмотрением кассационной жалобы на приговор не может признаваться эффективным средством защиты нарушенных прав [4].

Тем самым Конституционный Суд РФ признал необходимым обеспечивать заинтересованным участникам уголовного судопроизводства право на обжалование судебных решений, затрагивающих их конституционные права и свободы, непосредственно после вынесения таких решений еще до завершения судебного разбирательства по уголовному делу.

Приведенная правовая позиция была прямо распространена Конституционным

Судом РФ на случаи, когда принимаемыми судом первой инстанции решениями ограничивается право гражданина на доступ к правосудию и судебную защиту. Поскольку право каждого на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом (ч. 1 ст. 47 Конституции РФ), является важнейшей составной частью права на судебную защиту, принимаемые судами решения по вопросам, связанным с определением подсудности уголовного дела и передачей уголовного дела из одного суда в другой, во всяком случае подлежат обжалованию и пересмотру в кассационном, а, следовательно, и апелляционном порядке безотлагательно, еще до завершения производства в суде первой инстанции.

Постановление Конституционного Суда РФ от 2 июля 1998 г. № 20-П сохраняет свою силу, а выявленный в нем конституционно-правовой смысл норм уголовно-процессуального закона, регламентирующих порядок обжалования и пересмотра не вступивших в законную силу судебных решений, является обязательным для всех правоприменителей, что исключает возможность такого истолкования этих норм, которое бы, в частности, допускало применение положений ч. 7 ст. 236 УПК в качестве основания для отказа в апелляционном обжаловании и пересмотре вынесенного судом первой инстанции решения о направлении уголовного дела по подсудности в другой суд.

Несмотря на то, что в решениях Конституционного Суда РФ сформулированы принципиальные правовые позиции по вопросу о возможности самостоятельного обжалования судебных решений, в судебной практике еще имеются трудности в определении того, какие судебные решения подлежат самостоятельному обжалованию, а какие — нет.

Установить исчерпывающий перечень промежуточных судебных решений, не подлежащих самостоятельному обжалованию, невозможно ввиду множественности их видов. А потому при решении вопроса о возможности самостоятельной проверки промежуточных судебных решений следует исходить не из их названия, а из существа принятых решений.

До вынесения итогового решения самостоятельному апелляционному обжалованию в судебную коллегию по уголовным

делам суда субъекта Российской Федерации (далее — субъекта РФ) подлежат постановления (определения) районных (городских) судов, а также постановления (определения) самого суда субъекта РФ, вынесенные по правилам суда первой инстанции, право обжалования которых предусмотрено:

1) положениями ч. 3 ст. 389.2 УПК РФ;

2) другими нормами УПК РФ;

3) вытекает из правовых позиций Конституционного Суда РФ, из решений Европейского суда по правам человека, из судебной практики судов общей юрисдикции.

Так, в соответствии с ч. 3 ст. 389.2 УПК РФ самостоятельному обжалованию подлежат судебные решения:

• об избрании меры пресечения или о продлении сроков ее действия;

• о помещении лица в медицинский или психиатрический стационар для производства судебной экспертизы;

• о приостановлении уголовного дела;

• о передаче уголовного дела по подсудности или об изменении подсудности уголовного дела;

• о возвращении уголовного дела прокурору;

• другие судебные решения, затрагивающие права граждан на доступ к правосудию и на рассмотрение дела в разумные сроки и препятствующие дальнейшему движению, а также частные определения или постановления.

Самостоятельность обжалования промежуточных судебных решений предусмотрена другими нормами УПК РФ:

• наложение денежного взыскания в случаях неисполнения участниками уголовного судопроизводства процессуальных обязанностей, предусмотренных УПК РФ, а также нарушения ими порядка в судебном заседании (ст. 117, 118, 258, ч. 5 ст. 355 УПК РФ);

• решение о назначении судебного заседания в части разрешения вопросов, указанных в п. 2 ст. 231 УПК РФ, о рассмотрении уголовного дела судьей единолично или судом коллегиально, в том числе судом с участием присяжных заседателей;

• отложение и приостановление судебного разбирательства в связи с розыском подсудимого (ст. 253 УПК РФ).

К примеру, судебной коллегией по уголовным делам Иркутского областного суда рассмотрена апелляционная жалоба адвоката Т. на постановление Иркутского област-

ного суда от 8 февраля 2012 г., которым производство по уголовному делу в отношении подсудимого Т., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 131, ч. 132, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, до его розыска приостановлено. Подсудимый объявлен в розыск, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу.

Поскольку постановлением о приостановлении судебного разбирательства и объявлении розыска подсудимого было принято решение и об изменении ему меры пресечения на заключение под стражу, что затрагивает его конституционные права на личную свободу, то судебная коллегия по уголовным делам признала данное постановление подлежащим самостоятельному обжалованию. Апелляционным определением от 27 марта 2012 г. данное постановление оставлено без изменения [5].

При отнесении промежуточных решений к другим решениям, подлежащим самостоятельному обжалованию, Иркутский областной суд руководствуется правовыми положениями, сформулированными Конституционным Судом РФ в Постановлении от 2 июля 1998 г. № 20-П, согласно которым самостоятельному обжалованию подлежат промежуточные судебные решения, которые могут в свою очередь повлечь нарушение других конституционных прав граждан, включая право на свободу и личную неприкосновенность и право на доступ к правосудию.

Конституционным Судом РФ фактически признаны противоречащими Конституции РФ положения, предусмотренные п. 3 ч. 5 ст. 355 УПК РФ, о том, что не подлежат обжалованию постановления о мерах обеспечения порядка в зале судебного заседания. Рассматривая жалобы граждан на эти положения закона, касающиеся судебных решений об удалении подсудимого из зала судебного заседания, он указал, что, если подсудимый полагает, что его удаление из зала судебного заседания произведено без достаточных к тому оснований, он вправе оспорить такое решение в вышестоящий суд как одновременно с обжалованием приговора, так и самостоятельно [6].

Судебная практика восприняла эти правовые позиции.

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда признала решение Иркутского областного суда по пер-

вой инстанции об удалении подсудимого Н. подлежащим самостоятельному обжалованию. Определением от 29 сентября 2011 г. постановление Иркутского областного суда от 30 мая 2011 г. в отношении Н. в части удаления оставлено без изменения [7].

По мнению ряда судей Верховного Суда РФ, подлежат самостоятельному обжалованию и судебные решения, которыми разрешены ходатайства об изменении меры пресечения [8].

Этот вывод основан на правовых позициях, сформулированных Европейским судом по правам человека по делу «Моисеев против Российской Федерации» [9].

Разрешение ходатайств об изменении меры пресечения с вынесением решения об их удовлетворении и изменении меры пресечения подлежат самостоятельному обжалованию, поскольку затрагивают конституционные права на личную свободу, на доступ к справедливому суду. Но подлежат ли самостоятельному обжалованию судебные решения об отказе в удовлетворении ходатайств об изменении меры пресечения? Судебная практика в этом вопросе неоднозначна.

Так, в 2011 г. Иркутским областным судом в апелляционном порядке были рассмотрены материалы в отношении пяти лиц на постановления об отказе в удовлетворении ходатайств подсудимых об изменении меры пресечения. При этом в отношении четырех лиц были приняты решения об оставлении обжалуемых постановлений без изменения, а в отношении одного лица апелляционное производство было прекращено по тому основанию, что подобные решения не подлежат самостоятельному обжалованию.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Иркутского областного суда от 29 сентября 2011 г. апелляционное производство было прекращено в части обжалования подсудимым Н. постановления об отказе в удовлетворении ходатайства об изменении меры пресечения [10].

Проанализируем упомянутое Постановление ЕСПЧ «Дело «Моисеев против Российской Федерации». Предметом анализа Европейским судом по правам человека было российское национальное законодательство в период 2000—2001 гг., которое применялось национальными судами по делу в отношении Моисеева, не предусматривающее обязанности суда на вынесение судебных решений о продлении срока

содержания под стражей. В соответствии со ст. 260 УПК РСФСР во время судебного разбирательства суд вправе был избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого. Не существовало нормы закона, регламентирующей полномочия суда по продлению срока содержания под стражей. И только с 14 июня 2001 г. вступившая в силу статья 239-1 УПК РСФСР ограничила срок содержания под стражей лица, дело которого находилось в производстве суда, 6 месяцами со дня поступления уголовного дела в суд. Продление срока содержания под стражей допускалось в случае, если освобождение подсудимого из-под стражи могло существенно затруднить всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела [11].

Полагаем, что отсутствие законодательного закрепления обязанности суда разрешать вопрос о сроке действия избранной меры пресечения в виде заключения под стражу обязывало суд, в таком случае, разрешать ходатайство подсудимого об изменении ему меры пресечения, что должно было быть предметом самостоятельного обжалования в вышестоящий суд. Но оправданно ли самостоятельное обжалование таковых решений в период действия настоящего уголовно-процессуального законодательства? Нормы уголовно-процессуального закона, регламентирующие движение уголовного дела от одного этапа уголовного судопроизводства к другому при разрешении вопросов по поступившему уголовному делу, при отложении судебного разбирательства, при приостановлении производства по уголовному делу, даже при вынесении приговора, обязывают суд каждый раз разрешать вопрос о мере пресечения (ч. 2 ст. 228, п. 6 ч. 2 ст. 231, ч. 6 ст. 236, ч. 3 ст. 237, ч. 2 ст. 238, ст. 255, п. 10 ч. 1 ст. 308 УПК РФ).

Возможность самостоятельного обжалования таких судебных решений была предметом обсуждения Конституционного Суда РФ, который прекратил производство по жалобе в этой ее части, указав, что судебная проверка законности и обоснованности подобных решений может осуществляться и после постановления приговора. Кроме того, при выявлении обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для отмены меры пресечения, заинтересованные лица вправе повторно заявить соответствующее ходатайство [12].

Полагаем, что правильность разрешения ходатайства об изменении меры пресечения должна проверяться только вместе с решением о сохранении меры пресечения либо продлении срока ее действия. Поэтому находим неоправданной складывающуюся судебную практику по самостоятельной проверке законности и обоснованности постановлений (определений), которыми отказано в удовлетворении ходатайств об изменении меры пресечения, заявленных в ходе судебного разбирательства.

Наряду с вышеприведенным перечнем конкретных промежуточных судебных решений, которые могут быть обжалованы в апелляционном порядке, можно указать на ряд других судебных решений, вынесенных в ходе судебного разбирательства, определяя их как решения, затрагивающие права граждан на доступ к правосудию и на рассмотрение дела в разумные сроки и препятствующие дальнейшему движению дела, а также частные постановления.

Например, постановления о назначении судебного заседания, в том числе по итогам предварительного слушания, по общему правилу самостоятельному обжалованию не подлежат. Однако в некоторых случаях без их пересмотра обойтись никак нельзя.

Судебной коллегией по уголовным делам Иркутского областного суда от 24 февраля

2012 г. рассмотрено апелляционное представление государственного обвинителя на постановление Иркутского областного суда от 31 января 2012 г., которым назначено открытое судебное заседание по уголовному делу в отношении А., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «ж», «з» ч. 2 ст. 105, п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

Уголовное дело в отношении А. поступило в Иркутский областной суд для рассмотрения по существу 19 января 2012 г. Постановлением Иркутского областного суда от 31 января 2012 г. по данному делу назначено открытое судебное заседание.

Апелляционным определением Иркутского областного суда от 24 февраля 2012 г. постановление Иркутского областного суда от 31 января 2012 г. в части назначения судебного заседания по уголовному делу в отношении А. отменено, уголовное дело направлено в тот же суд на новое рассмотрение.

Так, назначая судебное заседание, суд первой инстанции не усмотрел оснований для проведения предварительного слушания. При этом не учел, что согласно ч. 1

ст. 229, п. 5 ч. 2 ст. 229 УПК РФ при наличии ходатайства стороны или по собственной инициативе суд проводит предварительное слушание для решения вопроса о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей. Как следовало из протокола судебного заседания от 31 января 2012 г., обвиняемый А. до назначения судебного заседания заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей [13].

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 229 УПК РФ для решения вопроса о рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей проведение предварительного слушания является обязательным.

При таких обстоятельствах выводы суда о назначении судебного заседания без проведения предварительного слушания являлись несостоятельными.

В последнее время количество дел, рассмотренных Иркутским областным судом по жалобам на промежуточные судебные решения, стремительно растет.

Так, за период с мая по декабрь 2011 г. в апелляционной инстанции было рассмотрено 58 дел и материалов в отношении 83 лиц, из них: в отношении 59 лиц на постановления о продлении срока содержания под стражей в порядке ст. 109, 255 УПК РФ; в отношении 12 лиц на постановления о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ; в отношении пяти лиц на постановления об отказе в удовлетворении ходатайства подсудимого об изменении меры пресечения; в отношении семи лиц на прочие постановления (о наложении ареста на имущество, об удалении подсудимого из зала судебного заседания, о восстановлении срока на апелляционное обжалование, об отказе в возвращении уголовного дела прокурору); на частное постановление.

За период с 1 января по 30 сентября

2012 г. судебной коллегией по уголовным делам Иркутского областного суда в апелляционной инстанции было рассмотрено уже 70 уголовных дел и материалов судебно-контрольного производства в отношении 83 обвиняемых (подсудимых), из них: в отношении 67 лиц на судебные решения о продлении меры пресечения; в отношении семи лиц на постановления о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ; в отношении девяти лиц на иные судебные решения.

Отдельному анализу подлежат промежуточные судебные решения, выносимые председателями областных и равных им судов. Законом к компетенции председателя суда или его заместителя отнесено рассмотрение вопроса об изменении территориальной подсудности уголовного дела (ч. 3 ст. 35 УПК РФ), а к исключительной компетенции председателя суда — об ускорении рассмотрения уголовного дела (ч. 6 ст. 6.1 УПК РФ).

Постановление об изменении подсудности уголовного дела подлежит обжалованию по указанию закона (ч. 3 ст. 389.2 УПК). Постановление об ускорении рассмотрения уголовного дела, по всей видимости, также подлежит самостоятельному апелляционному обжалованию, поскольку затрагивает право граждан на доступ к правосудию и на рассмотрение дела в разумные сроки.

Уголовно-процессуальный закон не содержит указания на то, в каком порядке и каким судом они могут быть обжалованы, в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам этого же суда или в апелляционную инстанцию Верховного Суда РФ. По существу, они являются промежуточными судебными решениями, поскольку не оканчивают производство по уголовному делу.

По смыслу закона в п. 3 ч. 2 ст. 389.3 УПК предусмотрена процедура подачи апелляционной жалобы на промежуточное решение суда, вынесенное в ходе судебного разбирательства.

Промежуточные судебные решения, вынесенные в результате судебного разбирательства одновременно с итоговым решением или отдельно от него либо в ходе подготовки дела к его апелляционному (по действующему закону — кассационному) рассмотрению после вынесения областным судом итогового решения, на наш взгляд, подлежат обжалованию в вышестоящий суд, а не в судебную коллегию того же суда. К такого рода судебным решениям можно отнести, например, постановление о взыскании судебных издержек, об отказе в восстановлении срока на обжалование, об отклонении замечаний на протокол судебного заседания.

Однако если подобные постановления вынесены в ходе подготовки апелляционного (кассационного) рассмотрения жалоб на промежуточные судебные решения, они

подлежат обжалованию в ту же коллегию областного суда. Здесь, очевидно, должен соблюдаться принцип, заключающийся в том, что жалобы на постановления, вынесенные в ходе подготовки дела к направлению в суд второй инстанции, подлежат рассмотрению той судебной коллегией, которой подлежит пересмотру основное (как итоговое, так и промежуточное) решение.

Вышеназванный Федеральный закон, принципиально изменивший порядок пересмотра приговоров и иных судебных решений, принимаемых при производстве по уголовным делам, безусловно, требует не только глубокого осмысления, но и разъяснений отдельных его положений, поскольку сравнительный анализ норм закона, регламентирующих порядок и процедуру апелляционного рассмотрения дел, порождает немало вопросов.

Наличие пробелов в законодательном урегулировании апелляционного судопроизводства подтвердила и судебная практика рассмотрения апелляционных жалоб участников уголовного процесса на промежуточные решения.

В целях слаженной четкой работы в указанном направлении уже на переходном этапе к тотальной апелляции хотелось бы обозначить ряд проблем законодательного урегулирования.

Так, в соответствии со ст. 389.1 УПК РФ право апелляционного обжалования судебного решения принадлежит осужденному, оправданному, их защитникам и законным представителям, государственному обвинителю и (или) вышестоящему прокурору, потерпевшему, частному обвинителю, их законным представителям и представителям, а также иным лицам в той части, в которой обжалуемое судебное решение затрагивает их права и законные интересы, а также гражданскому истцу, гражданскому ответчику или их законным представителям и представителям в части, касающейся гражданского иска.

Вместе с тем глава 45.1 УПК РФ регламентирует не только апелляционный порядок проверки итоговых решений, но и промежуточных, принятых в отношении подозреваемых, обвиняемых, подсудимых, лиц, в отношении которых ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера. Являясь полноправными участниками уголовного процесса, указанные лица не наделены законодателем

правом инициировать апелляционный пересмотр судебного акта.

С учетом правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом РФ в определении № 119-О от 22 января 2004 г., в постановлении № 10-П от 21 апреля 2010 г., в Иркутском областном суде сложилась практика признания права на апелляционное обжалование судебных решений, в том числе промежуточных, за всеми участниками уголовного процесса, а также иными лицами, если судебное решение затрагивает их права и законные интересы.

В связи с этим нельзя не задаться и еще одним вопросом — о статусе прокурора, наделенного правом инициировать апелляционный пересмотр судебного акта. Согласно упомянутой норме закона таким правом наделены государственный обвинитель и его вышестоящий прокурор. Вновь обратимся к проверке промежуточных судебных решений. На досудебной стадии уголовного судопроизводства при разрешении ходатайств органов предварительного следствия в порядке оперативного судебного контроля (ч. 3, 7 ст. 109 УПК РФ) нет такого процессуального лица, как государственный обвинитель. Более того, согласно ст. 389.12 УПК РФ в судебном заседании участие принимает государственный обвинитель и (или) прокурор. В соответствии п. 31 ст. 5 УПК РФ под прокурором понимается любое должностное лицо прокуратуры, наделенное соответствующими полномочиями. Следовательно, инициировать апелляционный пересмотр судебного акта может не только государственный обвинитель, его вышестоящий прокурор, но и любой другой прокурор, участвовавший в судебном заседании.

Для полной реализации своих прав участник процесса должен четко представлять, какие судебные акты подлежат самостоятельному апелляционному обжалованию и в какой апелляционный суд. По новым правилам все итоговые решения городских (районных) судов, все промежуточные решения этих же судов, а также промежуточные решения судов субъектов РФ обжалуются в судебную коллегию по уголовным делам соответствующего суда.

Если обоснованность апелляционного обжалования итоговых судебных решений не вызывает сомнений, то с промежуточными решениями, к которым относятся все определения и постановления суда, за

исключением итогового судебного решения по существу, не все так просто.

Кроме того, в соответствии с п. 3 ст. 389.6, п. 2 ст. 389.12 УПК РФ участие лица, в отношении которого ведется апелляционное производство, обеспечивается в апелляционном судопроизводстве только в случае наличия к тому его ходатайства. Следовательно, если ходатайства такого не поступило, то апелляционный суд вправе рассмотреть материалы, в том числе, об избрании и продлении меры пресечения в виде заключения под стражу, как и иные материалы судебно-контрольного производства, в отсутствие обвиняемого (подсудимого).

Вместе с тем производство в суде апелляционной инстанции осуществляется в порядке уголовного производства в суде первой инстанции с изъятиями, предусмотренными главой 45.1 УПК РФ.

Согласно же п. 13 ст. 109, 255 УПК РФ рассмотрение судом ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей в его отсутствие не допускается, за исключением случаев нахождения обвиняемого на стационарной судебно-психиатрической экспертизе и иных обстоятельств, исключающих возможность его доставления в суд, что должно быть подтверждено соответствующими документами. При этом участие защитника обвиняемого в судебном заседании является обязательным.

Как указывалось ранее, по сложившейся судебной практике судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда во всех случаях в целях соблюдения принципа состязательности сторон обеспечивает участие обвиняемого (подсудимого) и их защитников в апелляционной инстанции вне зависимости от наличия либо отсутствия такого ходатайства.

Определенная алогичность усматривается и в том, как новым законом определены апелляционные инстанции для рассмотрения жалоб на промежуточные судебные решения. Если промежуточное решение суда субъекта РФ пересматривается судебной коллегией по уголовным делам этого же суда, то промежуточное решение районного суда будет рассматриваться судебной коллегией по уголовным делам суда субъекта РФ (п. 2, 3 ч. 2 ст. 389.3).

Безусловно, сказанное не исчерпывает всех проблем производства в суде апелляционной инстанции. Надеемся, что обозначенные выше проблемы апелляционного

судопроизводства будут услышаны законодателем и устранены до 1 января 2013 г.

В заключение отметим, что промежуточные судебные постановления, в отличие от итоговых, не содержат решений о виновности либо невиновности лица, правовой оценки его действий, назначения наказания, определения его вида или размера либо освобождение от уголовной ответственности и наказания. Они не являются результатом рассмотрения дела по существу. Такие решения направлены на организацию судебного процесса, обеспечение процессуальных прав участников процесса, на рассмотрение уголовного дела в разумные сроки, без неоправданной задержки.

1. По делу о проверке конституционности части второй статьи 208 Гражданского процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан Г. В. Истомина, А. М. Соколова, И. Т. Султанова, М. М. Хафизова и А. В. Штанина : постановление Конституц. Суда РФ от 25 дек. 2001 г. № 17-П // Вестн. Конституц. Суда РФ. 2002. № 2.

2. О внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 декабря 2008 г. № 28 «О применении норм Уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих производство в судах апелляционной и кассационной инстанций» : постановление № 7 Пленума Верхов. Суда РФ от 28 апр. 2011 г. // Бюл. Верхов. Суда РФ. 2011. № 7.

3. По делу о проверке конституционности статей 220.1 и 220.2 УПК РСФСР в связи с жалобами В. А. Аветяна : постановление Конституц. Суда РФ от 3 мая 1995 г. № 4-П // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

4. По делу о проверке конституционности отдель-

ных положений статей 331 и 464 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами ряда граждан : постановление Конституц. Суда РФ от 2 июля 1998 г. № 20-П // КонсультантПлюс

[Электронный ресурс] : справочная правовая система.

5. Материалы судебно-контрольного производства № 2-10/23-12.

6. Об отказе в принятии жалобы гражданина Щербакова Игоря Николаевича на нарушение его конституционных прав положениями частей первой и третьей статьи 258 и пунктом 3 части пятой статьи 355 Уголовно-процессуального кодекса РФ : определение Конституц Суда РФ от 15 нояб. 2007 г. № 821-О-О //

КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

7. Материалы судебно-контрольного производства № 2-10/36-11.

8. Червоткин А. С. Изменение порядка обжалования промежуточных решений судов областного уровня // Уголовный процесс. 2011. № 3. С. 30.

9. Постановление ЕСПЧ от 09.10.2008 г. «Дело

«Моисеев против Российской Федерации» (жалоба № 62936/00) // КонсультантПлюс [Электронный

ресурс] : справочная правовая система.

10. Материалы судебно-контрольного производства № 2-10/34-11.

11. О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовно-исполнительный кодекс РФ и другие законодательные акты Российской Федерации : федер. закон от 9 марта 2001 г. № 25-ФЗ // Рос. газ. 2001. 14 марта (№ 52).

12. По делу о проверке конституционности ряда положений Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих порядок и срок применения в качестве меры пресечения заключения под стражу на стадиях уголовного судопроизводства, следующих за окончанием предварительного расследования и направления уголовного дела в суд, в связи с жалобами ряда граждан : постановление Конституц. Суда РФ от 22 марта 2005 г. № 4-П // КонсультантПлюс [Электронный ресурс] : справочная правовая система.

13. Материалы судебно-контрольного производства № 2-10/10-12.

Some Problems in the Intermediate Appellate Review of Court Decisions in Criminal Cases

© Shumilina N., 2013

The problems of enforcement of criminal-procedural Law governing the intermediate appellate review of court decisions in criminal matters. Highlights a number of issues related to the definition of the subject of the appeal court decisions. Criteria of differentiation produced intermediate solutions to be independent appeal and subject to appeal only to the final decision. Analyzed chapter 45.1 of the Code. The main provisions of the illustrated examples from the Irkutsk Regional Court. Make judgments to ensure the rights of the accused (defendant) to mandatory participation in the court of appeal.

Key words: intermediate court decisions; independent appeal; permission granted; termination appeal, mandatory participation of the accused (defendants) on appeal.