Денежное довольствие военнослужащих годы вов

06.05.2018 Выкл. Автор admin

Денежное довольствие военнослужащих годы вов

В германской армии периода Второй мировой войны к вопросам снабжения относились весьма обстоятельно. Это касалось в том числе и денежного довольствия. Вплоть до 1944 года военнослужащие вермахта исправно получали положенные им деньги.

Безопасность важнее

О доходах немецких солдат в годы Второй мировой войны мы узнаем из разных источников, в частности, из воспоминаний военнослужащих. Так, ветеран вермахта Армин Шейдербауэр, попавший на фронт после военного училища в 1943 году в возрасте 18 лет, отмечал, что ему сразу дали звание лейтенанта и зарплату в 220 рейхсмарок (РМ), которую перечисляли на сберегательный счет банка Штоккерау.

Даже без фронтовой надбавки это была значительная сумма, особенно для вчерашнего курсанта. Помимо денежного довольствия Шейдербауэр получил единовременное пошивочное пособие – 750 РМ, на которое можно было приобрести очень приличное обмундирование.

В начале 1944 года ежемесячный оклад Шейдербауэра, по-прежнему находившегося в звании лейтенанта, составлял уже 300 РМ. К этому времени на его сберегательном счете накопились 4000 РМ, так как в период постоянных боевых действий он не имел возможности тратить деньги. Но офицер в любой момент мог обратиться в одно из отделений банка и снять необходимую сумму.

К концу войны лейтенант попал в плен, а после освобождения узнал, что его банк лопнул, а вместе с ним пропали и все его средства, на которые он собирался с невестой строить новую жизнь. Впрочем, по словам Шейдербауэра, его тогда больше волновали не деньги, а собственная безопасность.

Прежде всего соратники

Предсказуемо, что лучше всего в финансовом отношении обстояли дела у германского генералитета. Для своих ближайших сподвижников Гитлер средств не жалел. По некоторой информации, лучше всех жил рейхсмаршал Герман Геринг, чей совокупный месячный доход достигал 30 тысяч РМ. Недаром его называли втором человеком после фюрера.

Весьма щедро Гитлер одаривал высшие армейские чины на их очередной юбилей. Так, весной 1941 года гросс-адмиралу Эриху Редеру на 65-летие выплатили премию в размере 250 тысяч РМ. Столько же год спустя на свое 65-летие получил и фельдмаршал Вильгельм фон Лееб. Внушительные суммы были выписаны также к юбилеям фон Рундштедта, В. Кейтеля и фон Клюге, а фон Клейсту и Г. Гудериану фюрер пожаловал обширные поместья.

Что касается постоянных ежемесячных доходов высшего командного состава германской армии – фельдмаршалов и гросс-адмиралов, то они колебались в районе 4 тысяч РМ, при этом их денежное довольствие даже в предвоенное время лишь частично облагалось налогами. В течение своей службы немецкий генералитет мог скопить достаточно денег, что обеспечить себе сытую и беспечную старость.

Каждому свое

В период Второй мировой войны все военнослужащие вермахта могли рассчитывать на оклад, свободный от уплаты налогов (wehrsold, его еще называли фронтовым окладом). Правда, для значительной части военных wehrsold замораживался на весь период их нахождения в плену.

Жалование выплачивалось либо авансом раз в месяц, либо через равные промежутки времени, например, каждые 10 дней. Если в семье военного имелись иждивенцы, то его родные могли претендовать на пособие от гражданских властей, причем независимо от того, находился он в действующей части или в плену.

Профессиональные военные помимо wehrsold получали еще и freidensbesoldung — регулярное жалование, положенное в мирное время (в ходе войны оно выдавалось в том числе за период, проведенный в плену). Это жалование состояло из основной части, квартальных премий и пособия на каждого ребенка.

Свое жалование военнослужащий мог получить в виде чека в комендатуре по месту пребывания, наличные при этом переводились в один из немецких банков. До 1945 года freidensbesoldung обычно выплачивали за два месяца вперед, в заключительный период войны – только за один месяц.

Некадровые военные начиная со звания обер-ефрейтора имели возможность попросить freidensbesoldung в комендатуре при условии, что откажутся от пособия на иждивенцев. Однако бывали случаи, когда сумма выплат на иждивение превышала регулярный оклад, и тогда подобный обмен становился бессмысленным.

Финансовое обеспечение солдат вермахта также предполагало дополнительные выплаты за участие в боевых действиях (frontzulage) – 0.50 РМ в день независимо от звания. Каждый германский военный помимо денежного довольствия мог рассчитывать на бесплатное трехразовое питание, жилье и обмундирование. Талоны на питание можно было обменивать на его денежный эквивалент – до 3 РМ в день.

Ниже приведены оклады некоторых категорий военнослужащих вермахта в переводе на современные доллары США без учета налогов (1 доллар США или 0,40 рейхсмарки 1945 года примерно соответствует 17 американским долларам 2018 года). Первая цифра означает регулярное жалование freidensbesoldung, вторая – фронтовую надбавку wehrsold:

Генерал-фельдмаршал — 19 040$ + 2 040$
Генерал-полковник — 13 107$ + 1 836$
Генерал — 11 985$ + 1 632$
Генерал-лейтенант — 9 520$ + 1 428$
Генерал-майор — 7 939$ + 1 224$
Полковник — 6 324$ + 1 020$
Майор — 4 029$ + 731$
Лейтенант — 1 360$ + 476$
Фельдфебель — 1 088$ + 357$
Унтер-офицер — 952$ + 272$
Солдат — 204$ (только wehrsold)

В воинских формированиях вермахта оклады получали также легионеры. Для рядового наемника вплоть до 1945 года это сумма равнялась 30 РМ. По воспоминаниям поляка, воевавшего в 352-м артиллерийском полку, его зарплата составляла 52,50–54,50 РМ в месяц.

Добровольные помощники вермахта, так называемые «хиви», зарабатывали в зависимости от национальной принадлежности. Так, русские «хиви» получали 24 РМ в месяц, поляки – 45-55 РМ, прибалты – 72 РМ + 30 фронтовых РМ.

Об уровне зарплат в других родах германских войск информации почти нет. Однако пилот люфтваффе Вольфганг Дирих в своих мемуарах писал, что за каждый вылет «экипажа-разрушителя» для атаки на опасные цели (например, британские заводы) сверх обычного оклада полагалась доплата за риск в размере 400 РМ.

Для сравнения: средний оклад немецкого рабочего в месяц в годы войны равнялся примерно 190 РМ; пачка сигарет Eckstein (12 шт.) стоила 3,33 РМ; цена суточного продуктового пайка германского военнослужащего составляла 1,35 -1,50 РМ; карту для посещения солдатского борделя можно было приобрести за 2 РМ.

Оплата воинского труда

Денежное содержание советских военнослужащих

В России воинский труд всегда оплачивался весьма скудно. Люди далекие от армии никогда не могли и представить себе, насколько мало вознаграждается труд людей, носящих погоны. Всегда считалось, что военные получают очень много. Однако это не так.

Еще до революции 1917 года офицеры получали просто нищенское содержание. Генерал Зайончковский П.А. в своей книге «Самодержавие и русская армия на рубеже XIX — XX столетий» приводит такие данные — поручик армии (старший лейтенант) получал в 1913 году 40 руб. в месяц. Для сравнения — средняя зарплата заводского рабочего составляла 35 руб., зарплата квалифицированного рабочего составляла от 80 до 200 руб.

Еще хуже обстояло дело с жалованьем солдата. Без финансовой помощи из дому даже в гвардии солдат просто голодал. Граф Игнатьев в книге «Пятьдесят лет в строю» пишет, что он, будучи офицером лейб-гвардии Кавалергардского полка, был вынужден всю свою офицерскую зарплату тратить на добавочное питание солдат своего эскадрона, а жить на собственные средства (он происходил из одной из знатных и богатых семей России).

В Красной, а позднее Советской Армии положение с оплатой воинского труда было едва ли многим лучше. Считалось, что солдат находится на полном государственном обеспечении и деньги ему вроде, как и не к чему. В первые годы советской власти основной упор в поощрении воинского труда делался на моральные факторы (благодарности, почетные грамоты, фотография на фоне развернутого боевого знамени части, занесение на Доску Почета, занесение в Книгу Почета части, слеты отличников РККА, приемы отличившихся командиров в Кремле и т.п.).

К середине тридцатых годов положение несколько меняется. К моральным поощрениям добавляются и материальные. Автор встречает в праздничных приказах наркома обороны такие виды поощрений: наградить годовым (полугодовым, трехмесячным, месячным, полумесячным) окладом денежного содержания, наградить охотничьим ружьем, наградить личным автомобилем. Однако подобные поощрения чаще касаются лиц высшего командного состава, полярных летчиков, летчиков-испытателей.

В годы Великой Отечественной войны деньги и денежное содержание в значительной мере утратили свое значение. С одной стороны на фронте негде было что-то купить и солдаты, офицеры отправляли обычно свое денежное содержание в тыл своим семьям (собственно отправлялся финансовый документ под названием «денежный аттестат», а члены семьи в местном военкомате уже получали жалованье своего мужа, отца). Но и в тылу эти деньги также не играли существенной роли в жизни семей военнослужащих. Любых денег хватало с избытком, чтобы выкупить пайковой хлеб по карточкам и никаких денег не хватало, чтобы купить что-либо в коммерческом магазине или на рынке. Моя мать вспоминала, что денег, присылаемых ежемесячно отцом (майор, командир стрелкового батальона) хватало, чтобы купить на рынке 3-4 литра молока или 1-2 буханки черного хлеба.

С окончанием войны положение с финансовым обеспечением военнослужащих значительно улучшилось. В сравнении с мизерной зарплатой рабочих и служащих и полным отсутствием таковой у колхозников даже зарплата сверхсрочнослужащего сержанта представлялась весьма значительной. Именно в первые послевоенные годы и родился миф о невероятно высокой зарплате военных да еще притом, что армия их одевает.

Теперь конкретные цифры. В 1966-88 годах денежное довольствие солдат и сержантов определялось несколькими тарифными разрядами по занимаемой должности. Звание от рядового до старшины на размер денежного довольствия не влияло. Солдат получал в месяц 3 рубля (Для понимания размеров этой суммы — пачка сигарет «Прима» 14 коп., бутылка водки 2р.87коп., батон сдобного хлеба 22 коп., килограмм вареной колбасы 2р.20коп., бутылка пива 37 коп., килограмм картошки -10 коп.).

Кроме того солдату выдавалось в месяц 80 коп. на сигареты. При службе за границей табачные деньги не выдавались (взамен выдавалось 12 пачек сигарет в месяц), а денежное довольствие увеличивалось вдвое — 6 руб. и выдавалось в местной валюте (для сравнения — в Чехословакии банка крабов 2 руб, бутылка пива 17 коп., бутылка Coca-Cola 8 коп., литр молока 10 коп.).

Сержанты в зависимости от должности получали от 8 до 30 руб. в месяц.

Курсанты военных училищ на первом курсе 8-50, на втором 10-80, на последующих 15-80.

К этому денежному довольствию добавлялось вознаграждение за квалификацию (так называемая надбавка за классность). Специалисту 3 класса надбавки не было. Специалист 2 класса получал добавочно к жалованью 5 рублей, 1 класса 10 рублей.

При следовании в отпуск и обратно, в командировку, и других поездках взамен продовольственного пайка выдавались так называемые продпутевые деньги в размере 1 руб.30 коп. на сутки. При нахождении вне части (где невозможно питание из войсковой кухни) взамен пайка выдавалась его стоимость в размере 87 коп. в сутки.

Солдаты и сержанты, совершающие прыжки с парашютом за каждый прыжок получали дополнительные деньги (как шутили солдаты — «за обо…ные штаны»). Размер этого вознаграждения автору точно неизвестен. Солдаты и сержанты водолазы за каждый спуск под воду также получали дополнительное вознаграждение. Размер его зависел от глубины погружения и времени работы под водой. Например, водолаз-глубоководник за каждый спуск на глубину более 70 метров получал за один спуск 180 руб. Существовали также надбавки за полеты в стратосферу в составе экипажей самолетов.

Кроме этих вышеперечисленных выплат, солдат и сержант в качестве поощрения за успехи в боевой и политической подготовке мог получить приказом командира части денежную премию или ценный подарок. Однако размер премии или стоимость подарка ограничивалась суммой в 10 руб. и на весь полк (1500 человек) финансовые органы выделяли не более 200 рублей на год.

Несколько иначе оплачивался труд офицеров. Денежное довольствие складывалось из оклада за звание (лейтенант 50 руб. и примерно плюс по 10 руб. за каждое следующее звание), оклада за должность (командир взвода 130 руб. и примерно плюс по 10-20 руб за каждую вышестоящую должность), надбавки за выслугу лет (10% после первых двух лет офицерской службы и затем по 5% за каждые следующие 5 лет, но всего не более 25%) и стоимости продовольственного пайка (фиксированно 20 руб.). Существовали еще надбавки за службу в отдаленной местности (15%), за службу на Крайнем Севере, Камчатке, Сахалине, пустыне, за границей (от 50 до 100%). Причем при службе за границей один оклад выдавался в местной валюте, а второй шел на сберкнижку в СССР советскими деньгами. Из всех сумм удерживался подоходный налог 13%.

Проезд к месту проведения отпуска и обратно бесплатный. В командировках выплачивались командировочные в размере 2 руб.50 коп. в сутки плюс оплата гостиницы но не более 3 руб.70 коп. за сутки. Но при командировках с личным составом никаких командировочных не выплачивалось. Во время проведения полевых учений выплачивались так называемые полевые деньги 1 руб. за сутки, но за питание из солдатской кухни удерживалось из оклада 87 коп. за сутки. Существовали надбавки за прыжки с парашютом (в семидесятые годы в сухопутных войсках из числа офицеров полкового звена не прыгали, пожалуй, только финансисты), за водолазные спуски. За классность никаких надбавок не было.

Существовали надбавки за особые условия службы (работа с источниками ионизирующих излучений, работа с отравляющими веществами и токсичными компонентами ракетного топлива и т.п.).

Кроме этих вышеперечисленных выплат, офицер в качестве поощрения за успехи в боевой и политической подготовке мог получить приказом командира части денежную премию или ценный подарок. Однако размер премии или стоимость подарка ограничивалась суммой в 30 руб. и на весь полк (около 200 офицеров) финансовые органы выделяли не более 600 рублей на год.

Для того, чтобы у читателя сложилось целостное впечатление скажу, что в 1970 году на Дальнем Востоке лейтенант командир взвода первого года офицерской службы получал 178 руб. в месяц. Для сравнения — билет на самолет Москва-Хабаровск стоил 108 руб., такси от аэропорта Домодедово до города Ярославля 78 руб, обед (без вина) в московском ресторане 3-5 руб.

Невозможно в краткой статье изложить все особенности денежного довольствия военнослужащих, всех их категорий. Здесь я не освещал вопросы оплаты моряков, летчиков.

Как оплачивается воинский труд сейчас, писать просто не хочу. Скажу только, что каждый рубль, сэкономленный на оплате солдатского, офицерского труда отливается народу цинковыми ящиками (грузом 200).

Литература.

1.Зайончковский П. А. Самодержавие и русская армия на рубеже XIX- XX столетий. 1881- 1903. Москва. Военное издательство 1973.
2. Игнатьев А.А. Пятьдесят лет в строю. Москва. Военное издательство 1986г.
3. Положение о финансовом довольствии в Советской армии и Военно-Морском Флоте. Приказ МО СССР № 375-68.
4. Положение о прохождении воинской службы офицерами Советской армии и Военно-Морского Флота. Приказ МО СССР № 200-67.
5. Справочник офицера Советской армии и Военно-Морского флота. Москва. Военное издательство 1970г.
6. Справочник офицера Советской армии и Военно-Морского флота по законодательству. Москва. Военное издательство 1976г.
7. Приказ ГК ВМФ № 5-1977 «О водолазных спусках».
8. Приказ МО СССР № 105-77 «Положение о войсковом хозяйстве Вооруженных Сил СССР.
9. Приказ МО СССР № 85-84 «Положение о материальной ответственности военнослужащих за ущерб. причиненный государству».
10. Устав внутренней службы ВС СССР. Москва Военное издательство 1965г.

Денежное довольствие военнослужащих годы вов

Для военнослужащих Красной Армии за боевые заслуги было введено не только моральное (награды), но и материальное поощрение. Впрочем, и за ордена после войны первое время доплачивали.
У гитлеровцев же ничего подобного не существовало.

Кто получал меньше всех

Первые приказы о вознаграждении военнослужащих за успешное решение боевых задач были подписаны Сталиным уже летом 1941 года, когда наши пилоты летали бомбить Берлин. С начала августа каждый член экипажа, отбомбившегося на вражеской территории, получал по 2 тысячи рублей. Впоследствии подобные выплаты стали нормой, только с 1943 года была введена дифференциация такого материального стимулирования – члены экипажей получали от 500 до тысячи рублей, а командиру, штурману и борттехнику начислялось по две тысячи.

Самый низкий должностной оклад в Великую Отечественную войну был у простых стрелков (17 рублей). Снайпер, кстати, вопреки расхожему мнению, ничего не получал за очередного подстреленного вражеского солдата или офицера. Он мог дослужиться до сержанта, у которых денежное довольствие было почти наполовину больше, чем у рядовых; снайпер-сержант, воевавший три года, мог рассчитывать на 200-рублевый оклад. Однако профессия это была очень опасная, эти три года проживали редкие счастливчики, поэтому вряд ли размер должностного оклада в данном случае мог служить стимулом.

Размер денежного довольствия зависел не только от должности, но и от звания. К примеру, пилот истребителя, Герой Советского Союза в звании старшего сержанта мог получать больше командира своего полка (порядка 2 тысяч рублей) – ему шли надбавки за геройское звание, гвардейские, фронтовые и за каждый вылет. Командиру взвода (лейтенанту) платили 800 рублей, а комбату (майору) – 1100 рублей.

Кое-кому из партизан тоже перепадало. Правда, это был руководящий состав тех соединений, которые входили в Центральный штаб партизанского движения – неучтенных народных мстителей на военное денежное довольствие не ставили. Командирам партизанских взводов и руководящему составу отрядов начисляли, как минимум, от 500 до 750 рублей. Надбавить могли за выведенную из строя единицу немецкой техники (к примеру, эшелон с боеприпасами и живой силой).

К слову, материальное поощрение за уничтоженные самолеты, корабли и другие средства передвижения – это отдельная статья расходов военного бюджета СССР в Великую Отечественную.

Самые дорогие – корабли

За уничтожение вражеского эсминца или подлодки командир и штурман советского корабля получали по 10 тысяч рублей, а каждый член экипажа – по 2,5 тысячи. По ниспадающей в плане расценок шли гитлеровские транспортники (соответственно три и одна тысяча рублей), сторожевики (2 тысячи и 500 рублей) и буксиры (тысяча и 300 рублей).

Подбитые танки стоили дешевле – командиру орудия и наводчику полагалось по 500 рублей, остальной расчет мог рассчитывать на сумму в 200 рублей на брата. Но очень многим артиллеристам никогда не суждено было увидеть этих денег – они гибли в первых же боях.

Что можно было купить не эти деньги?

В Великую Отечественную работал Военторг с его автолавками, выезжавшими на передовую. Солдаты и офицеры могли приобрести разную мелочь повседневного спроса – бритвенные принадлежности, нитки, иголки, конверты и бумагу, карандаши и многое другое.

Военное время было суровым, в том числе, и в плане ценовой политики – все было очень дорого. Если в Военторге бутылка водки стоила 11.40, то в тылу ее цена могла доходить до 800 рублей. В целом, цены выросли в сравнении с довоенными более чем в 10 раз; цена буханки хлеба в городах взлетела до 500 рублей.

Многие офицеры отсылали свои денежные аттестаты домой, чтобы материально помочь семьям.

Немцев только награждали

Гитлер был скуповат на материальное вознаграждение своих подданных за боевые успехи – за сбитые советские самолеты пилоты люфтваффе получали лишь ордена. Только к концу войны подбившему наш танк военнослужащему вермахта могли предоставить отпуск домой или подкинуть продуктовую посылку его «frau und kinder».

ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ

ИЗДАНИЕ МИНИСТЕРСТВА ОБОРОНЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Содержание:

СВЕЖИЙ НОМЕР

«Военно-исторический журнал» — № 11 2018 г.

Денежное довольствие военнослужащих Красной армии в годы Великой Отечественной войны

Аннотация. В статье раскрывается деятельность органов государственной власти и военного управления по денежному обеспечению военнослужащих Красной армии в годы Великой Отечественной войны. Рассмотрены основные направления совершенствования системы денежного довольствия разных категорий защитников Отечества в 1941—1945 гг.

Summary. The article reveals the activities of state authorities and military control bodies on performing pay service for the Red Army military personnel during the Great Patriotic War. The main areas for improving the money allowance system for different categories of the Fatherland defenders in 1941–1945 are considered.

НАСОНОВ Константин Александрович — подполковник, кандидат исторических наук

(Москва. E-mail: [email protected]).

ДЕНЕЖНОЕ ДОВОЛЬСТВИЕ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ КРАСНОЙ АРМИИ В ГОДЫ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ 1941—1945 гг.

Денежное довольствие военнослужащих является составной частью финансового обеспечения войск (сил) для удовлетворения личных материальных потребностей военнослужащих. Осуществляется в виде регулярной выплаты им денег в размерах, установленных государством в соответствии с выполняемыми служебными обязанностями1.

Денежное довольствие военнослужащих в годы Великой Отечественной войны состояло из оклада месячного денежного содержания и дополнительных выплат. В свою очередь, оклад месячного денежного содержания формировался из штатно-должностного оклада военнослужащего и оклада по воинскому званию. Начальствующему составу с ноября 1938 года должностные оклады были установлены по тарифной сетке, состоявшей из 31 тарифного разряда (от 550 рублей по первому разряду и до 3200 рублей по 31 разряду)2. Оклады содержания по этой тарифной сетке дифференцировались по родам войск.

Военнослужащим сверхсрочной службы денежное содержание выплачивалось по 11-разрядной тарифной сетке. В зависимости от их служебного опыта по каждому разряду устанавливались два оклада: для военнослужащих первого и второго года сверхсрочной службы и для военнослужащих третьего и последующих лет службы.

Военнослужащим срочной службы оклады денежного содержания определялись по 5-разрядной тарифной сетке от 8 рублей 50 копеек рядовому составу по первому году службы и до 150 рублей старшине роты по третьему году срочной службы. Размер месячного денежного содержания определялся по типовым воинским должностям соответствующего рода войск, штатному и персональному воинскому званию, присвоенному военнослужащему, а также по годам срочной службы. Сложность тарификации военнослужащих срочной службы являлась одной из причин недоплат и переплат размера денежного довольствия. Например, оклады по третьему году срочной службы были в несколько раз выше не только окладов по второму году службы для таких же должностей, но и для более высоких. Так, заместитель командира отделения (и ему равные) по третьему году службы получал оклад 65 рублей, а командир отделения, помощник командира взвода и старшина роты по второму году службы получали 17 рублей 50 копеек, 22 рубля 50 копеек и 32 рубля 50 копеек соответственно3. Таким образом, подчинённые порой получали значительно большие оклады, чем их начальники.

Лицам среднего и старшего начальствующего состава запаса, не получившим после мобилизации назначения на штатные должности, а также зачисленным на курсы переподготовки со дня призыва и до назначения на штатные должности, выплачивались оклады: имевшим воинские звания до капитана и им соответствующие включительно — 550 рублей, имевшим воинские звания майора, подполковника и им соответствующие — 750 рублей, высшему начальствующему составу — 1000 рублей в месяц4.

Важное значение имело установление личному составу действующей армии выплаты единовременного пособия и полевых денег. Среднему, старшему и высшему начальствующему составу кадра и запаса, сверхсрочнослужащим, убывавшим в действующую армию или находившимся в частях, вошедших в состав действующей армии к началу военных действий, взамен подъёмного пособия выдавалось единовременное пособие в размере месячного основного оклада по занимаемой штатной должности5.

Полевые деньги выплачивались всему личному составу действующей армии (до армейского тыла включительно) в зависимости от основных окладов денежного содержания. Получавшим оклад содержания до 40 рублей, от 40 до 75 рублей и более 75 рублей полевые деньги выплачивались соответственно в размере 100, 50 и 25 проц. оклада содержания.

Для выплаты полевых денег устанавливались два условия: чтобы воинская часть входила в состав действующей армии и чтобы она дислоцировалась до армейского тыла включительно. Если одно из этих условий не выполнялось — полевые деньги не выплачивались. На основании этого при выплате полевых денег военнослужащим возникало много противоречий. На практике подавляющее большинство тыловых фронтовых частей в период военных действий базировались в пределах армейского тыла, однако некоторые части и учреждения (артиллерийские склады, разведывательный отдел штаба фронта и др.) по специфике своей работы или другим условиям (невозможность часто перевозить огромные запасы боеприпасов для перемены пункта дислокации, значительная протяжённость трассы обслуживания и др.) иногда оставались за пределами армейского тыла, в связи с чем лишались возможности получения полевых денег6.

Например, за период военных действий часто бывали случаи, когда полевые аэродромы прикрывали части противовоздушной обороны (ПВО), входившие в дивизионные районы ПВО, и артиллерийские части зенитной артиллерии резерва Главного командования (РГК), входившие в состав фронта. Аэродром находился за пределами армейского тыла. Военнослужащим дивизиона ПВО, входившего в дивизионный район ПВО, полевые деньги выплачивались, а военнослужащим зенитного дивизиона РГК, несшим ту же службу, полевые не были положены и не выплачивались. Ходатайство финансового отдела армии о разрешении в данном случае выплаты полевых денег военнослужащим зенитного дивизиона РГК было отклонено Финансовым управлением Красной армии (ФУ КА), хотя и те, и другие военнослужащие несли ту же службу, находились в одинаковых условиях боевой обстановки и одинаково подвергали свою жизнь опасности при нападении противника с воздуха7.

Приказом Народного комиссариата обороны (НКО) СССР № 224 от 26 июня 1941 года вольнонаёмному составу частей и учреждений Красной армии за время фактического нахождения в действующей армии вне пункта их постоянного проживания выплачивались суточные деньги в размере 1,5 проц. оклада, а согласно директиве ФУ КА № 1/656 от 9 декабря 1944 года вольнонаёмному составу санитарных поездов суточные деньги не выплачивались. В состав войск фронтов входили фронтовые эвакопункты, в чьём подчинении имелись временные санитарные поезда, перевозившие раненых из госпиталей передовой линии фронта в эвакогоспитали фронтового эвакопункта, которые никогда не выезжали за пределы фронтового тыла. Вольнонаёмному составу этих санитарных поездов, входивших в состав фронта, а следовательно, в состав действующей армии, на основании вышеуказанной директивы выплата полевых денег была прекращена. По мнению большинства вольнонаёмных, это решение было несправедливо8.

Боевая обстановка, особенно в период первых оборонительных операций, очень часто требовала назначения лиц начальствующего состава на должности, по которым оклад был ниже ранее получаемого. Учитывая это обстоятельство, Совет народных комиссаров (СНК) СССР разрешил военным советам фронтов и армий сохранять за лицами высшего, старшего и среднего начальствующего состава, назначенными на нижеоплачиваемые штатные должности в частях и учреждениях действующей армии, ранее получаемые более высокие оклады денежного содержания.

Согласно справке начальника ФУ КА генерал-майора Я.А. Хотенко № 870348с от 1 февраля 1942 года была установлена дополнительная надбавка от 20 до 30 проц. к окладу военнослужащим Военно-морского флота (ВМФ) за время фактического пребывания в действующих флотах и флотилиях (до тыловых органов флотов и флотилий включительно). Вольнонаёмному составу вспомогательных судов ВМФ эта надбавка не выплачивалась, но тем командам, которые обеспечивали корабли действующего флота, бесплатно отпускался продовольственный паёк9.

Непосредственно во время ведения боевых действий возникала необходимость эвакуации раненых и обеспечения их денежными аттестатами. Там, где начальники финансовых служб в период интенсивных боёв находились на полковом пункте медпомощи, эвакуированные обеспечивались аттестатами на месте. Но такую возможность должностные лица финорганов не всегда имели, т.к. одновременно им зачастую приходилось выдавать денежное содержание личному составу или оформлять денежные документы в финансовом отделе армии, и по этой причине выполнять многие возложенные на них обязанности они были не в состоянии. По штату у них не было писарей, а все документы на убывавших в медицинские санитарные батальоны и госпитали раненых военнослужащих приходилось заполнять вручную лично.

Сведения о раненых и убывших лицах сержантского состава начальник финансовой службы получал от строевой части с большим опозданием, а иногда и вообще не получал, т.к. строевая часть полка, не имея донесений от командиров подразделений, только через 10—30 дней могла дать объективную информацию о боевых потерях и выбывших из строя военнослужащих. Начальник финансовой службы, получив выписку из приказа, оформлял аттестаты и направлял их в армию, оттуда они направлялись в 4 отдел ФУ КА для рассылки по госпиталям.

Но практика показала, что военнослужащие, получившие ранения, продолжительное время в одном госпитале не лежали: для дальнейшей реабилитации их переводили в другие лечебные учреждения. В то время, когда денежный аттестат, высланный воинской частью, пересылался в один госпиталь, данный военнослужащий уже лечился в другом10.

Согласно директивным указаниям ФУ КА от 11 июля 1941 года, которые были разосланы всем начальникам финансовых отделов военных округов и фронтов, выплата денежного содержания больным и раненым военнослужащим, находившимся на излечении в лечебных заведениях, производилась по денежным аттестатам, выданным по месту постоянной службы. В тех случаях, когда военнослужащим по условиям обстановки денежный аттестат выдан не был, выплата денежного содержания производилась за текущий месяц без денежного аттестата, устанавливались все необходимые данные для выплаты по опросному листу в установленном порядке. Если к моменту получения основного аттестата военнослужащий ещё не убывал, ему производился перерасчёт, выдавался новый аттестат (взамен ранее выданного по опросному листу), а копия его хранилась вместе с опросным листом.

При выдаче денежного содержания без аттестата производилась выплата лишь основного оклада по штатной должности, процентной надбавки за выслугу лет и полевых денег (кому было положено). Другие дополнительные виды денежного довольствия без основного аттестата не выплачивались11.

Органы государственной власти и военного управления проявляли заботу о достойном денежном содержании личного состава тех подразделений, которые больше других подвергали свою жизнь опасности. Так, на основании директивы ФУ КА № 1354615 от 30 сентября 1942 года по вопросу денежного довольствия личного состава отдельных штурмовых стрелковых батальонов за время нахождения в этих батальонах руководящему составу оклады выплачивались в повышенных размерах.

Кроме того, каждый месяц службы в составе кадра отдельных штурмовых стрелковых батальонов на указанных выше должностях засчитывался при назначении пенсии за 6 месяцев12.

В период наступательной операции Красной армии в битве за Москву немецко-фашистские войска при отступлении с целью сдерживания продвижения наших войск разрушали пути сообщения, особенно железные дороги, мосты, железнодорожные депо и т.д.

Восстановление путей подвоза в сложившихся условиях в минимальные сроки приобретало первостепенное значение. Чтобы стимулировать высокие темпы восстановления железных дорог и железнодорожных сооружений, с 1 января 1942 года были повышены оклады денежного содержания всему начальствующему и рядовому составу железнодорожных частей, занятых на восстановительных работах13.

Совершенствованию материального обеспечения военнослужащих Красной армии способствовала гибкая тарифная политика, проводившаяся в период войны органами государственной власти и военного управления. Она позволяла так формировать денежное содержание военнослужащих, чтобы оно максимально стимулировало повышение их воинского мастерства и тем содействовало разгрому противника. С развитием военных действий на фронтах, оснащением войск новой боевой техникой, совершенствованием тактического и оперативного искусства в значительной степени возрастали роль и значение отдельных родов войск и воинских специальностей. Наряду с установлением ряда преимуществ в прохождении службы личному составу этих родов войск и военнослужащим ведущих специальностей повышались оклады содержания.

Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Военный энциклопедический словарь. М.: Оникс 21 век, 2002. С. 432.

2 Центральный архив Министерства обороны РФ (ЦАМО РФ). Ф. 80. Оп. 12295. Д. 1326. Л. 13.

3 Финансовая служба Вооружённых сил СССР в период войны. М.: Воениздат МО СССР, 1967. С. 203.

5 Об установлении порядка выдачи пособий и полевых денег военнослужащим действующей армии: приказ НКО СССР № 224 от 26 июня 1941 г. См.: ЦАМО РФ. Ф. 208. Оп. 2511. Д. 5. Л. 21—23.

6 Там же. Ф. 80. Оп. 12295. Д. 1761. Л. 11.

7 Об окладах содержания и других видах денежного довольствия военнослужащих: приказ НКО СССР № 380 от 13 мая 1942 г. См.: там же. Л. 12.

8 Там же. Л. 12, 13.

9 Там же. Д. 21. Л. 15.

10 Там же. Д. 1766. Л. 36—41.

11 Там же. Ф. 32. Оп. 11302. Д. 60. Л. 167.

12 Там же. Ф. 80. Оп. 12295. Д. 1311. Л. 59, 60.

starshinazapasa

Журнал Аркадия Бабченко

Война — особый вид взаимоотношений в обществе. Армия, направленная на подавление индивидуальности в солдате, стремится свести на какое-то время его достоинство к нулю. Общество требует от солдата отказаться от своей личности, стать винтиком в системе.
Присяга — своеобразный двусторонний контракт между государством и солдатом. Когда солдат произносит: «Клянусь до последней капли крови…», подразумевается, что государство, в свою очередь, клянется до последней капли своей чиновничьей крови защищать интересы солдата как индивидуума. И возвращаясь с войны, солдат требует от государства выполнения этого контракта. Он хочет вновь стать гражданином. Обрести свое временно утраченное ради коллектива достоинство. Первоначальное и основное значение слова «реабилитация» — восстановление достоинства.
И государство это достоинство ему возвращает. Почестями, доблестями, признанием, наградами и деньгами. Прежде всего — деньгами. Потому что говорить о человеческом достоинстве нищего гражданина не приходится. Это как раз тот случай, когда ценности материальные переходят в ценности нравственные. Обеспечение ветерана — это не плата за убийство людей, как и не плата за страдания и потерю товарищей. Это возвращение временно утраченного гражданина обществу.
Реабилитация.

В ИСТОРИИ российской армии оклады своим солдатам впервые стал платить Петр Первый. Тарифная сетка была введена в 1711 году. Примечательно, что оклады офицерам были дифференцированы по национальному признаку — русские офицеры получали примерно в полтора-два раза меньше, чем иноземные. Так, например, русский прапорщик петровской армии зарабатывал 50 целковых, иноземный — 84; майор — 140 и 360, соответственно, полковник — 300 и 600 рублей. А вот оклады генералов были примерно сопоставимы — 1800 рублей получал русский генерал и 2160 — иноземный. И только генерал-фельдмаршалы получали 7000 рублей независимо от происхождения.
Денежное довольствие солдат для того времени было сравнительно высоким. Так, например, рядовой «полевой пехоты» получал почти 11 рублей в месяц, а оклад «гарнизонного рядового» составлял от 4 до 6,5 рубля в зависимости от разряда. Очень неплохо зарабатывали штабные. Так, денщик генерал-кригс-комиссара за чистку хозяйских сапог получал 10 рублей жалованья — почти столько же, сколько пехотинец в окопах. Извозчик генерала получал уже 12 рублей, писарь — 40, а канцелярист — целых 70, в полтора раза больше прапорщика.
Обеспечение столь дорогостоящей армии оказалось для петровской казны непосильной ношей. По документам, в 1701 году «государева казна была крайне малонадежна», поскольку доход России составил в этом году 3 миллиона рублей, а расход — два с половиной, 78 % из которых ушло на содержание армии. Учитывая «дефицит бюджета», Петр Первый нашел великолепный выход — флот и все полки были приписаны к губерниям, которым было велено содержать армию за счет местных средств.
Попросту говоря, солдат в петровской армии кормили крестьяне. Для содержания одного солдата пехотного полка требовалось собрать подушную подать с 35 душ, а для содержания кавалериста — с 50 душ. Численность русской армии в то время составляла 126 тысяч человек. 59 процентов из них приходилось на пехоту. Таким образом, на содержание армии уходила подушная подать, собранная с пяти миллионов крестьян.

Обеспечением войск заведовали кригс-комиссариаты. Провиантским приказом и регламентом кригс-комиссариату от 10 декабря 1711 года поручалось: “наблюдать, чтобы все отпущенное из казны в полки находилось в полной исправности, для проверки комиссары имеют право устраивать смотры частям; контролировать все действия состоящих при губерниях войск; свидетельствовать годность вещей, поставляемых губернскими властями, соответствие их качества и цены установленным образцам; удостоверять законность порционов и рационов”. Кроме того, в состав полка входил офицер, ведающий всеми денежными делами.
Но сухопутная армия была не самой большой расходной частью военного бюджета. Больше всего денег съедал строящийся Петром флот. Так, в 1721 году на нужды флота была выделена треть всего российского бюджета — 1 миллион 200 тысяч рублей. Из этих денег на жалованье ушла ровно половина — 593 тысячи. Еще 218 тысяч — морской провиант и снаряжение, 129 тысяч было потрачено на заготовки кораблестроительных материалов, 50 тысяч на ремонт и 77 тысяч на прочие расходы.
Вообще, в те времена война для армии была прибыльным делом, чего нельзя сказать о сегодняшнем дне. Своим Уставом император вводит выдачу офицерских порционов на время ведения боевых действий за границей. Их официальное предназначение — улучшение питания в походах, однако на деле порционы служили способом значительного повышения денежного довольствия военнослужащих, так как рационы были достаточно высокими. За один день заграничного похода офицеру полагалось дополнительно 820 грамм хлеба, полкило мяса, 250 грамм вина и три литра пива. Кроме того, каждому офицеру в сутки полагалось несколько порционов: прапорщику — 5, полковнику — 50, а генерал-фельдмаршалу аж целых 200!
Для снабжения же нижних чинов пищей войскам ежегодно отпускалось провиантское довольствие из расчета 4 копейки на бойца, или 17 рублей 68 копеек в год (вдвое меньше ежемесячной зарплаты писаря). Правда, солдатам полагались также еще и «мясные» деньги (72 копейки), и деньги на соль (24 копейки), но они были включены в оклад и отдельно не выдавались.

Кроме окладов Петр Первый ввел и систему премий и выплат. На поощрение военных побед он никогда не скупился, считая премирование отличившихся эффективным средством подъема боевого духа. Например, в русско-шведской войне за пленного неприятельского генерала выплачивалась премия в 2000 рублей, полковник оценивался в 1000 рублей, рядовой — в 5. За каждого убитого неприятеля русский солдат получал три рубля — деньги тоже немалые. А в 1702 году за победу русской армии под командованием Шереметева над шведами у деревни Эрестфер Петр наградил всех — от солдата до командующего. Исключительно щедрые награды последовали и за победу в Полтавской битве: Петр также не оставил без внимания ни одного солдата и офицера, выплатив им денежное вознаграждение от месячного до полугодового в зависимости от боевых заслуг и звания.
Последующие правители также активно использовали денежные премии в поощрительных целях. В честь победы над прусским королем Фридрихом II у Цорондорфа в 1759 году многие генералы были повышены в званиях и одарены крепостными крестьянами. Главнокомандующий фельдмаршал П.С. Салтыков получил бриллиантовый перстень, осыпанную бриллиантами табакерку и пять тысяч червонцев, генерал Фермор — перстень и 4000 червонцев, генерал Румянцев — 2000 червонцев.
Широко практиковались выплаты за успехи, боевые подвиги и тяжесть заграничных походов в Отечественной войне 1812 года. Собственно говоря, ни в одной войне, которую вела Россия до или после 1812 года, военнослужащие не получали столь значительные премии. Общая сумма наград и пособий за годы войны составила шесть миллионов рублей, что равнялось одной десятой части всех затрат на денежное довольствие. Например, за изгнание войск Наполеона и переход русской армией государственной границы всем без исключения военнослужащим был выплачен полугодовой оклад на общую сумму 4 миллиона рублей. На поощрения за выигранные сражения и на оказание медицинской помощи раненым офицерам ушло еще миллион рублей. Годовое жалованье гвардейских войск по вступлении их в Париж составило 400 тысяч рублей. Награды отличившимся на парадах и смотрах — 300 тысяч рублей. Награждение отдельных офицеров и генералов за их боевые подвиги — еще 300 тысяч.

Поощрялось также и взятие у врага трофеев. За каждое принесенное и годное к употреблению солдатское ружье и пару пистолетов выплачивалось единовременное вознаграждение в 5 рублей. А за найденные неприятельские пушки выдавалось по 50 рублей за штуку.
Самая большая премия за всю историю войн в регулярной армии была выплачена Александром I также в войне с Наполеоном. Помимо бессмертия и всемирной славы Михаил Илларионович Кутузов получил за Бородино 100 тысяч рублей. Сумма по тем временам просто космическая. Барклай-де-Толли получил за Бородино — 50 тысяч. Кроме них бриллиантовыми орденами, именным оружием и денежными премиями были награждены многие офицеры и солдаты.
В годы Первой мировой войны все действовавшие в армии выплаты были сохранены. Более того, были введены новые. Прежде всего весь офицерский состав получал увеличенный оклад жалованья, порционы и выплаты за поход. Каждой офицерской должности приказом министра присваивался разряд, согласно которому определялась сумма порционных денег. Максимальный их размер составлял 20 рублей в день (командир корпуса), минимальный — два с половиной (командир взвода). Кроме того, офицерам платили и так называемые «фронтовые» — аналог современных «президентских» в Чечне. Так, главнокомандующий армиями фронта получал 12 тысяч рублей в год, командарм — 8 тысяч, главный начальник снабжения армии — 5 700 рублей.
Интересно, что в Первую мировую пленным офицерам выплачивалось жалованье за время нахождения в плену лишь при условии, что они не перешли на военную службу к неприятелю. Семьям военнопленных офицеров выплачивалась половина жалованья и столовых денег, квартирные деньги в полном размере и пособие на наем прислуги, если оно было положено офицеру до пленения.
А вот солдатам опять ничего не платили. Помимо бесплатного обеспечения низшие чины получали лишь незначительное денежное содержание, на которое можно было купить лишь кое-какие предметы первой необходимости.
Зато неплохо платили сверхсрочникам. Оклад им устанавливался по шкале окладов солдат срочной службы, но выплачивалось еще и так называемое добавочное жалованье — от 280 до 400 рублей в год в зависимости от звания и срока службы. Плюс единовременное пособие — за два года службы 150 рублей, за десять лет унтер-офицерам — 500 рублей. Также выплачивались и деньги за поднаем жилья в размере половины от норм офицерского состава. Так что контрактники на Первой мировой деньгами были вполне обеспечены.
Выплата боевых была введена командованием Красной Армии и в Гражданскую войну. Так, например, согласно приказу Реввоенсовета от 1.05.1918 «обыкновенный взводный и квартирмейстер» получал 300 рублей, тогда как «боевой взводный» — 350. Командир роты — 350 и 400 рублей соответственно. И только солдаты получали одинаково что на передовой, что в тылу — 50 рублей плюс натуральное довольствие.
В 1940 году в перечне военных расходов появляется наградной фонд для выплаты премий за экономию горючего, безаварийность полетов, отличную боевую подготовку и дисциплину. Тогда же командование вводит и разделение доходов в зависимости от технической оснащенности рода войск для поощрения службы в «сложных» войсках. И в этом случае пехотный Ванька-солдат получал меньше всех.
Но основное развитие денежные оклады получили, как ни странно, с началом Великой Отечественной.

ВЕЛИКАЯ ОТЕЧЕСТВЕННАЯ была самой страшной войной нашей страны. Она велась не ради политических интересов, а ради выживания всего народа, сохранения нации как таковой. Казалось бы, в этом случае говорить о плате солдатам неуместно — либо ты побеждаешь и выживаешь, либо погибаешь, а вместе с тобой и весь твой род. Но, как ни странно, именно во время Великой Отечественной были разработаны те принципы денежных расчетов с военнослужащими, которые действуют и по сей день.
В 1941 году рядовой Красной армии получал от 6 до 11 рублей в зависимости от срока службы. «За войну» солдат получал уже вдвое больше — до 22 рублей. У сверхсрочников были свои оклады. Минимальная зарплата тогдашнего «контрактника» была 140 рублей, максимальная — 300. В артиллерии и танковых войсках приплачивалось еще по 25 рублей за «технику». По мирному времени сумма выходила неплохая. Но с началом войны деньги полностью потеряли свою стоимость. Чтобы понять порядок цифр, надо сказать, что буханка хлеба стоила тогда 200-300 рублей. Кусок мыла — 50 рублей.

Через неделю после вторжения немцев всем солдатам и офицерам без исключения было выплачено единовременное пособие в размере одного оклада. Тогда же вводятся и выплаты компенсаций семьям погибших. Самым бесправным опять оказался пехотинец. Семье погибшего бойца из четырех человек (вдова и трое детей) платили пенсию в 200 рублей — ровно на буханку хлеба. Семье из двух человек — 100 рублей. Это в городе. В деревне суммы уменьшались вдвое.
А вот семьям погибших офицеров выплачивались уже относительно крупные деньги. По постановлению Совета Народных Комиссаров от 28 апреля 1943 года вдовам генералов выдавалось единовременное пособие от 50 до 100 тысяч рублей, семьям подполковников и майоров — от 10 до 20 тысяч. Причём получить компенсации могли семьи всех погибших, умерших или пропавших без вести офицеров начиная с 22 июня 1941 года. Только за вторую половину 1943 года пособие было выплачено почти восьми тысячам семей.
Существовали пенсии и за потерю трудоспособности. Инвалид войны 1-й группы получал три четверти оклада (рядовой пехоты — 4 р.50 коп. или 20 грамм хлеба), 2-й группы — половину оклада (10 грамм хлеба).
С началом войны оклады остались прежними, но добавились так называемые «полевые». Минимальный оклад командира взвода составлял 625 рублей (2 буханки хлеба), командира роты — 750 (2 буханки и кусок мыла), батальона — 850, полка — 1200, дивизии — 1600, командира корпуса — 2000 рублей (10 буханок хлеба). В архивах сохранился уникальный документ — раздаточная ведомость Северного флота за ноябрь 1943 года. Под номером один стоит командующий Севфлотом прославленный адмирал Головко. Его оклад составлял 6755 рублей. Из них 600 рублей было отчислено на заем, еще 600 удержано на аттестат и выдано на руки 5555 рублей (27 буханок и кусок мыла). Сопоставимую сумму получал только начальник пятого отдела фронта — 5345 рублей.
«Полевые», кстати, как и во второй чеченской, начислялись только за фактическое пребывание на фронте. Но на руки деньги не выдавались. Их в добровольно-принудительном порядке переводили в Фонд обороны. За годы войны было перечислено 8,4 млн. рублей и приобретено облигаций на 11 млн. рублей. Это около 20 процентов всех средств, собранных для победы.
Свои деньги офицеры предпочитали отправлять семьям в тыл. Для этого родственникам выдавались специальные денежные аттестаты, по которым в военкоматах выплачивалась зарплата офицера. Аттестат был не только материальной поддержкой семьи, но и связующей ниточкой между солдатом и его близкими. С началом войны очень многие офицеры потеряли связь со своими эвакуированными семьями и именно через финансовое управление смогли найти близких. С помощью картотеки удалось установить адреса 147 тысяч семей и найти более чем 50 тысяч семей погибших и пропавших без вести солдат.
Из письма старшего лейтенанта Николая Калининского: «С 1 января нахожусь в непрерывных боях за освобождение города Ленина.. Пишу неразборчиво, спешу, так как здесь не позволяет обстановка, стоит непрерывный гул, который можно услышать только летом во время большой грозы. Деньги, Ирочка, 700 рублей, тебе переведены, и ты должна их получить… …Да, поздравляю дочку с днем рождения, но, к сожалению, ей подарка послать не смог. Ты уж ей там что-нибудь купи…. Теперь, Ирочка, я тебе писал в одном письме, что тебе переведено 1000 рублей, но я сегодня узнал, что не 1000, а 350 р., а остальные начфину не выдали, наверное, дадут числа 15, и он сразу же тебе переведет. И я еще получу и тебе переведу дополнительно. Я покуда жив и здоров. Но снаряды рвутся около нас. У меня в роте одного курсанта убило, а другой умер. Похоронили на обрыве и поставили столбик».
Николай Калининский погиб 22 марта 1943 года в двух километрах от деревни Вороново, в боях за Ленинград. Дочь он так никогда и не увидел, даже на фото. Лишь в 1975 году семья получила извещение, что он похоронен в братской могиле на станции Назия Волховского района.

ПОМИМО окладов была сильно развита система премий и выплат. Премии выплачивались за быстрый и качественный ремонт танков, за сбор и отправку стреляных гильз, за сбор стальных шлемов, резины и ящиков из-под патронов (один ящик стоил один рубль), сбор и отгрузку черных и цветных металлов и бронекорпусов. Так, 13 сентября 1943 года командиру 33-го отдельного батальона по сбору трофейного имущества было выдано 20 000 рублей на выплату премий, а командиру эвакопоезда номер 3 по вывозу тяжеловозов — 10 000. А с 1942 года устанавливалась денежная награда бойцам, сумевшим эвакуировать с территории противника выведенный из строя танк. За КВ платили 5000 рублей, Т-34 стоил 2000, Т-60 и Т-70 — 500 рублей (для сравнения, новый Т-34 стоил в том году 135 тысяч, а капитальный ремонт КВ — 15 тысяч рублей). Параллельно были введены премии за быстрый и качественный ремонт вооружения, а также сдачу уничтоженных советских и немецких танков и другой техники в металлолом.
Самые большие премии и выплаты во время войны были в элитных войсках того времени — авиации. За сбитый вражеский самолет летчик-истребитель получал тысячу рублей. За успешные штурмовые действия — 1500 за пять вылетов, 3000 за 25 вылетов и 5000 за сорок вылетов. За уничтожение самолетов противника на аэродромах от 2000 до 5000 тысяч рублей, в зависимости от количества вылетов. В бомбардировочной и штурмовой авиации каждый член экипажа получал по тысяче рублей за 5 ночных и 10 дневных вылетов и по три тысячи за 20 и 30 вылетов, соответственно. За исторический налет на Берлин сумма была увеличена вчетверо. Самые большие премиальные выплачивались за потопленный миноносец или подводную лодку — 10 000 рублей.

В наземных войсках тоже были свои выплаты за уничтоженную технику противника. За каждый подбитый танк наводчик, командир орудия и механик-водитель танка получали по 500 рублей, остальные — по 200. Такие же деньги платились и расчету противотанкового ружья. При подрыве танка гранатами или «коктейлем Молотова» солдату полагалась премия в 1000 рублей или полторы тысячи на всех равными долями, если танк был уничтожен коллективно. По приказу номер 0387 по Северо-Западному фронту все в том же 1943 году премии за подбитые танки составили 376 тыс. рублей. Только вот премии эти опять же практически никогда не выплачивались. По результатам проверки финуправления Наркомата обороны, в 36-й танковой бригаде за апрель 1945-го так и не были выплачены деньги за 75 танков и 45 самоходок «Фердинанд». Такое же положение было и во 2-м гвардейском корпусе (18 танков), 25-й стрелковой дивизии (25 танков) и всех остальных частях. Это было нормой — командиры попросту не оформляли документы на премии — не до этого было. Да и платить за войну тогда не считалось нормой — не за деньги же воевали, в конце концов, а за жизнь.
Надбавки к окладу были и в частях особого риска. Так, десантникам за каждую операцию полагалось по 500 рублей. Истребители танков на «сорокапятках» получали двойной оклад. Только деньги эти зачастую выплачивать было уже некому — расчеты «сорокапяток» жили один-два боя. Двойной «гвардейский» оклад платили и в гвардейских частях, а для пропаганды и развития снайперского дела также начисляли надбавки — ефрейтор-снайпер получал втрое больше пехотинца — 25 рублей, а сержант третьего года службы — уже 200. За убитых противников снайперам не платили.

Ни за ранения, ни за контузии, плен, истязания в концлагерях, уничтожение имущества и тому подобное деньги не выплачивались. Полстраны было разрушено, какие уж тут выплаты! Раненые получали оклад согласно аттестату, а так как с аттестатами в госпитали прибывали всего семь процентов солдат, то всем раненым, как правило, платили минимальные 8 руб. 50 коп. Офицеры в госпиталях денег не получали вообще.
Пожалуй, ключевую роль в обороне Москвы сыграло ополчение. Потери того периода войны так окончательно и не подсчитаны и, наверное, не будут подсчитаны уже никогда. Положение на фронте было катастрофическим, немцы подошли вплотную к столице. Разговоры о деньгах были почти кощунством. Однако за ополченцами за все время пребывания на фронте сохранялась их средняя заработная плата плюс надбавки от 20 до 75 рублей в зависимости от должности.
Командирам и начальствующему составу партизанских отрядов также выплачивалась средняя заработная плата по бывшему месту работы, но не меньше 750 рублей командиру отряда, 600 рублей — замкомандира и по 500 рублей командирам взводов, рот и отдельных групп. Понятно, что деньги в мешках с самолетов не сбрасывали — они также выплачивались семьям, или же партизан мог получить их по возвращении на Большую землю.
Понятно, что хотя бы минимальный прожиточный уровень эта «бухгалтерия войны» своим солдатам обеспечить не могла. Но справедливости ради нужно заметить, что в такой войне, как Великая Отечественная, этих денег могло не быть вовсе. Тогда государство свой контракт старалось выполнять, хотя он был и не обязательным.

СКОЛЬКО должно было заплатить государство своим солдатам за войну в Чечне? Давайте примерно посчитаем.
За день войны солдат должен получать около 850 рублей «боевых». В полку, возьмем в среднем, около двух тысяч человек — будем считать их как солдат, хотя офицерам полагается процентов на 40 больше. Поскольку в месяце 30 дней, а доллар стоит тридцать рублей, то цифру тридцать сокращаем. Итого 850х12х2000 = 20 млн. 400 тыс. за год войны. В долларах. Это только «боевые» только одного полка. За две войны в Чечне перебывало 87 полков. За десять лет приблизительно получится под полмиллиарда долларов.
Это без учета горных, полевых, командировочных, детских, оклада и проч. Без учета того, что каждому военнослужащему, вне зависимости от того, был он ранен или нет, полагалась разовая путевка в санаторий для медицинской реабилитации. Путевки — это еще долларов по 500 на человека. Всего за десять лет в Чечне перебывало около миллиона военнослужащих.
Далее. Официально, в Чечне погибло более семи тысяч военнослужащих. За гибель солдата выплачивается единовременное пособие в размере 100 окладов плюс надбавки (мой сержантский оклад в 2000 году составлял что-то около 800 рублей, со всеми надбавками пособие по гибели получалось около 120 тысяч). 120 000 умножить на 7000 получается 840 млн. рублей.
По тем же данным, санитарные потери составили более 50 тысяч человек. За ранение государство выплачивает 25 окладов (около 25 тысяч рублей). 50 000 человек умножить на 25 тысяч рублей — 1 млрд. 250 млн. рублей.
Суммируем, переводим в доллары, получаемполучаем: 2 миллиарда 356 миллионов. Число, понятное дело, весьма не точное, но порядок цифр верный.
Повторюсь, это — только то, что государство обязано выплатить только «боевыми» и компенсациями. Без учета лечения и медицинского обслуживания инвалидов, медикаментов, протезов, аппаратов Илизарова, колясок, пандусов, пересадок отказавших почек и т.д. Без учета надгробий, гробов, транспортировки тел, воинских почестей и салютования. Что, кстати, тоже недешево — выстрел из АК стоит один доллар. Залп семи человек — 21 доллар. Один салют обошелся бы в 147 тысяч долларов.
В общем, набирается на суперсовременный авианосец со всей начинкой.
Как выплачиваются эти деньги, говорить излишне.

Владимир Карпов, Герой Советского Союза, писатель

«За всю войну я ничего не получал, хотя и подбивал танки. Я привел 79 языков и ни рубля ни за одного не получил. Это не полагалось. Это работа моя была. Была норма — за 25 языков давали Героя. Меня трижды представляли, а наградили один раз. Вернулась резолюция: «Вы думаете, кого представляете?» Я год назад был враг народа, а теперь Герой. За орден Ленина и за Звезду — 50 руб., Красного Знамени — 25 руб. На эти деньги можно было купить не очень много, это были небольшие деньги. Эти ежемесячные прибавки после войны сразу отменили. А в штрафбате вообще ничего не полагалось. Вообще, солдаты деньги на руки не получали. Я стал офицером, тут же написал аттестат матери и опять ничего не получал на руки».

Михаил Борисов, Герой Советского Союза. В бою под Прохоровкой подбил 7 немецких танков, восьмой не успел, тот уничтожил его орудие. Занесен в Российскую Книгу рекордов Гиннесса как человек, подбивший наибольшее количество танков в самом крупном танковом сражении

«Мне выплатили все — по пятьсот рублей за семь танков. А вот восьмой не засчитали — он не загорелся, а просто остановился, но причина была не ясна. Поэтому я говорю, что подбил семь с половиной танков. А за семь штук я получил. Деньги, правда, выдали намного позже, после госпиталя уже. Но эти деньги — они же ничего не стоили. А потом было такое правило — личные деньги отдавались в Фонд обороны. Я вот знаю, что у нас платили. У нас был случай. В 1942 году за Доном сбили немецкий самолет, но нам не заплатили ни копейки, потому что стрелял весь полк. А попала всего одна пуля и прямо в сердце пилоту. И кому платить? Да тогда никто и не ждал этих денег. Важнее была наша общая задача. Но деньги цены не имели, только у местных жителей можно было купить табак, может, молоко. Но цены были дикие. Хлеб стоил что-то около 500 рублей. Бутылка водки, я это точно запомнил — 800 рублей. За Героя и ордена я получил деньги только в 1944 году».

Семен Ария. Воевал в реактивной артиллерии. Прошел штрафбат

“Солдат на фронте подписывался на 10-месячный заем, и его содержание уходило на эту подписку. В год на займы забирали десятимесячный оклад, и только за два месяца деньги выдавались на руки. А деньги были вообще грошовые — их хватало от силы на пару пачек махорки. Ездили военторговские лавочки, и там можно было чем-то отовариться — конвертами, зубной пастой. За ордена в те времена полагалось, если не ошибаюсь, около 25 рублей. Что касается выплат за подбитые танки, я впервые слышу об этом. По-моему, это все домыслы”.

Справка начальника финотдела 3-го Белорусского фронта о неполноте выплат премий.

Аркадий Бабченко.
«Новая Газета»,
2005 год