Адвокат фанфик

06.07.2018 Выкл. Автор admin

Ваш браузер не поддерживается

Наградить фанфик «Адвокат»

Моя проблема в том, что ты ее решение —
Фредерик Бегбедер «Любовь живет три года»

Колокольчики мелодично звякнули над головой и Санса, переступив порог, захлопнула дверь. По стеклу от её удара сползли оставшиеся распухшие капли и, оставив мутные разводы, исчезли в луже у порога. Санса стянула капюшон и разбросала по плечам мокрые волосы, тут же змейками прилипшие к плечам куртки. В помещении было тепло. В воздухе витал запах свежей выпечки, жареного мяса, кунжута и соуса. Деревянные столы и пластмассовые стулья были расставлены хаотично, из больших ламп, висящих под самым потолком, лился глухой жёлтый свет. Обычная дешевая забегаловка домашнего типа.

Сделав заказ, Санса заняла место в конце зала, около окна, где по стеклу барабанили холодные капли. За барной стойкой зашуршала кофемашина, распространяя приятный аромат по помещению. Санса запустила руку в волосы, перебирая пальцами мокрые пряди. За мутным стеклом простирался Ситка. Местные жители в стеганых куртках и парках были совсем не похожи на южан-аризонцев с их шортами, загорелыми лицами и рубашками поло, словно сошедших с плакатов «American Golf». Здесь по дорогам не носились шикарные машины, вздымая клубы пыли; люди не улыбались приезжим, а соседки не бежали, огибая клумбы, к новым соседям с теплым ягодным пирогом и ненужными вопросами. Но Сансе дышалось легче. На втором этаже, сразу над этой забегаловкой, она сняла комнату, небольшую, но светлую, с кремовыми обоями и маленькими светильничками вдоль стен. Справа от двухспальной кровати был выход на балкон: открытый, на манер южных, и без мебели. Такие в Неваде называли «на перекур». Но Санса выходила для другого. Даже со второго этажа можно было увидеть горные хребты, возвышающиеся над привычными здесь домиками рыболовов, пятиэтажками и даже, относительно высокой, местной ратушей. Увидев это в первый раз, Санса подумала, что безбожно теряла всю предыдущую жизнь, размениваясь на теплые провинции, что, без исключений, душили ее. А еще она подумала, что Джон, наверно тоже приехал сюда по делу или что-то вроде того, а потом не смог уехать. Если все удастся, то она сюда вернется, купит домик подальше от воды, чтобы было не слишком холодно, откроет магазинчик и будет радоваться каждому дню. Или кафешку, чтобы Джон, который обязательно будет туда заходить, улыбался ей по утрам, а она могла его благодарить. Санса скривила губы, сообразив какая чушь бродит в ее голове. Кивнув официантке, она подвинула принесенный поднос ближе. Мясо пахло дурманом специй и чуть подгоревшей по краям корочкой, а жареный картофель был уложен сметаной и луком. Обычно в таких заведениях подавали все холодное, без лишней эстетики.

«Наверно, — думала Санса, тщательно прожевывая стейк, — это место создано специально для меня.»

Дверной колокольчик вновь звякнул, пропуская новых посетителей. Мужчина, придержав дверь девочке, пропустил ее вперед, после чего свернув зонт, зашел следом. Он тряхнул изрядно отросшими волосами, сбрасывая с них мелкие дождевые капли, а после провел широкими ладонями и по собственным плечам, убирая лишнюю влагу с дорогого серого пальто. Он, не выбирая, бросил зонт на ближайшую столешницу и, подозвав девочку, начал помогать ей расстегивать зеленый плащик, приталенный и с мелкой оборкой по швам. Девчонка стянула береточку с головы и смешно расставила руки, тем самым облегчив отцу задачу. Мелкие пуговички легко поддавались большим мужским рукам, явно делающим это не в первый раз.

Отметив это, Санса, невольно, чисто по-женски почувствовала тепло и расположение к совершенно незнакомому мужчине. Девчонка же с истинно детским любопытством оглядывала немногочисленных посетителей кафе, но задержала взгляд лишь на ней, Сансе. Она во все глаза смотрела на красивую женщину, с такими же огненными волосами, как у неё самой, что даже слова отца, пытавшегося до неё достучаться, пролетели мимо ушей. Мужчину, видимо заинтересовало, куда смотрит дочь, и он сам оглянулся. Его чёрные глаза изучающе окинули Сансу и он сделал движение назад, словно хотел отвернуться, не найдя ничего интересного для себя, как вдруг меж его бровей залегла складка, а рот чуть приоткрылся. Встав во весь рост, он взял девочку за руку и повёл в конец зала. Лишь когда он остановился возле её столика, окидывая неверящим взглядом, девушка поняла, что да, этот мужчина не незнакомец, а тот, кого она искала — её сводный брат, Джон Эддард Сноу*.

Поздно вечером, отбрасывая шуршащее покрывало с белоснежных простыней и залезая под его покров, Санса наконец смогла связно мыслить. Почему-то, все произошедшее сегодня, выбило её из колеи. Взрослый, привлекательный мужчина в дорогой одежде и с милой рыжеволосой дочуркой никак не вписывался в сложившийся в её голове образ Джона. Мальчуган, который в 16 покинул дом и уехал в далекую Англию, так и остался в её мыслях худым молчаливым подростком. Приехав сюда, Санса думала, что найдёт кого-то из детства, ниточку, связывающую её с прошлым. Но она обнаружила здесь кого-то совершенно иного, незнакомца, смотрящего на неё чёрными глазами привычного Джона.

За столом им почти не удалось поговорить. Лианна не замолкала не на минуту, весело щебеча и прокладывая нити тем для двух растерянных взрослых. На каждое слово Сансы приходилось пять детских, на каждое Джона — десять. Девушка вглядывалась в брата, отмечая как он говорит, в какой манере общается с дочерью, как отвечает на чей-то звонок. Джон по-прежнему был немногословен, но теперь это воспринималось Сансой без раздражения: редкие реплики одного человека весомей пустой болтовни толпы. Каждый его взгляд на дочь сопровождался мягкой улыбкой. Он часто протягивал руку, чтобы погладить её по голове или поправить одежду. Такое соматическое желание прикосновений можно испытывать лишь к тому, кого безумно любишь. На звонок он отвечал безэмоционально, коротко и собрано, сумев моментально перестроиться с семейной атмосферы на деловую. Санса обратила внимание, что когда Джон ответил на звонок, Лианна тут же замолчала. Видимо между отцом и дочерью существовала какая-то договоренность. Минут через 40 Джон взглянул на часы и виновато сообщил, что они с Лианной записаны к зубному на 10.

— Но ты же не сегодня уезжаешь? — Уже уходя, спросил он у Сансы.

— Нет, я задержусь ещё, — ответила девушка, не став пояснять, что её нахождение в Ситке объясняется исключительно одним человеком, прямо сейчас уводящим маленькую дочь к врачу.

— Тогда, может увидимся еще?

— Я бы очень этого хотела, Джон.

В ответ на это она получила приподнятые уголки губ и словила воздушный поцелуй от Лианны.

Засыпая, Санса думала, что жена Джона и мама Лианны — самая счастливая женщина на свете.

Хоть Санса и старалась поймать брата ещё раз, Ситка оказался неожиданно большим и сталкивать двух родственников совершенно не стремился. Лишь спустя пару дней им суждено было пересечься в туалете китайского ресторанчика на другом конце города. Он мыл руки, а она поправляла юбку и это было совсем не то место, где она хотела с кем бы то ни было встретиться, поэтому выдавить из себя приветствие получилось лишь на улице.

— Ты выглядишь расстроенной, что-то случилось? — Джон проигнорировал её «привет» как и тогда в кафе, и Сансе это понравилось. Глупые клише в разговорах, придуманные кем-то правила вежливого тона, иногда раздражали ее неимоверно.

— Нет, тебе показалось.

Мужчина ей явно не поверил, но промолчал, вместо этого протянул руки и, подняв воротник её пальто, застегнул его.

— Купи себе платок под горло, в Ситке всегда ветрено, а ты в детстве болела постоянно, — его глаза смеялись, — вдруг сейчас такая же хилая.

— А может я уже заболела и ты опоздал!

— Не думаю. У тебя нет температуры.

— Ну смотри, — и он обхватил её затылок ладонью и прижался горячими губами к женскому лбу. — Сказал же, не горячая.

Санса неловко улыбается и делает вид, будто это не её пульс сейчас отбивает чечетку в висках.

— Джон, — позвала она его секундой спустя, — знаешь, а я не просто так приехала сюда из Небраски.

— Небраски? — Джон нахмурился. — Вы переехали из Дакоты?

— Нет, Арья никуда и не уезжала. А вот я уже давно там не живу. Мотаюсь из Лас-Вегаса в пригород и обратно. У нас с мужем дом в Саммерине.

Санса обрывается и всматривается в обсидиановые омуты напротив, и лишь через секунду спустя соображает зачем: она привыкла, что после упоминания мужа в глазах любого мужчины меркнет интерес. Но ведь напротив неё стоит не любой, а Джон, и он её брат. Санса отбрасывает глупые мысли, решив, что вернётся к ним позже. Или не вернётся вовсе — так будет правильнее.

— Джон, ты должен знать, что мне нужна твоя помощь, — Санса поднимает руку и неловко прикасается к блестящей чёрной пуговице на мужском пальто. — Я приехала сюда не случайно, а лишь ради тебя. Моя фамилия Болтон, я жена Рамси Болтона, сына Русе, того самого, приезжавшего в нам в Джеймстаун на папины дни рождения. Помнишь? Он сейчас высоко поднялся. Недавно его назначили на должность, которую раньше занимал отец в North Corporation. Говорят, его курирует Тайвин Ланистер, но этому нет прямых доказательств, — Санса наконец поднимает глаза вверх и вдруг замечает, как напряженно мужское лицо, как ходят желваки и сужены смотрящие вдаль глаза. — Мне нужна твоя помощь как адвоката. Помоги мне перестать быть частью этой отвратительной семьи. Помоги мне развестись с Рамси.

Джон переводит на неё взгляд и Санса не замечает в нем и доли той бури, что царствовала там секунду назад.

— Я уже давно не занимаюсь громкими делами, — соскальзывает с мужских губ и Санса думает, что это конец. — Но ради тебя сделаю исключение, сестренка.

Джон ласково трепет её по волосам, как Лианну тогда, в кафе, и Сансе кажется, что солнце наконец вышло из-за туч и осветило пасмурный город на юго-востоке Аляски.

Джон открывает перед ней дверь черного Mercedes-Benz и в задравшемся рукаве пальто от Alexander McQueen Санса замечает Breguet — любимый бренд часов Рамси. Девушка все это складывает в уме, но это почему-то не складывается и ворохом падает на пол. Арья говорила, что Джон был хорош и в Англии явно не влачил нищенское существование, однако глядя на вещи брата, ей вспоминались друзья Рамси — «золотые дети Америки» — богатые звереныши, как сороки, охочие до всего, что блестит. Их папаши вбухивали целое состояние в прожорливые рты детишек, покупая все то, что великовозрастные сыновья и дочери пожелают. У Джона не было отца, как не было его и у Сансы, но он на голову выше стоял всех этих «детей». В этот момент Сансу обуяла такая гордость за семью и брата, что она с торжествующей улыбкой повернулась к нему и сообщила это. Джон, явно не участвовавший в её предыдущих измышления только вскинул брови и чуть улыбнулся уголком губ. В салоне не было никаких удушливых ароматизаторов, лишь витал запах кожи от чехлов и мужского парфюма. На заднем сидении Санса заметила забытую Лианной игрушку — огромную плюшевую божью коровку.

— А, мистер Ватсон, Ли его утром забыла, — Джон усмехнулся, заметив интерес сестры. — Она всегда его с собой таскает.

— Ты знаешь имя детской игрушки?

— Это любимая. Мистера Ватсона Ли подарила мама на последний день рождения, — ни в голосе, ни в позе Джона ничего, казалось, не изменилось, но Санса инстинктивно почувствовала напряжение.

— Что значит «на последний»?

Руки сильней сжались на коже руля и мужчина глухо ответил:

— В следующий раз, ок?

Обычно, после этой фразы, следующего раза не наступало и Санса опустила голову, решив, что влезла не в своё дело. Это чужая семья, одернула она себя, чужая и тебе в ней не место. Всю жизнь он был тебе братом лишь номинально, разве за пару встреч в Ситке что-то способно измениться?

Дом, где Джон жил с Лианной и мистером Ватсоном располагался почти на краю Ситки. Ещё пара частных домиков, мелкая строительная компания, а дальше природа брала все в свои руки, и за окнами семейства Сноу свои пушистые лапы раскидывало море хвои. Запах смолы смешивался с соленым привкусом моря и Санса жадно вдыхала этот пьянящий аромат.

— В этом лесу можно гулять? — Она оглянулась, ища у брата ответ.

— Конечно, — Джон мягко улыбнулся и подошёл к ней. — Вот смотри, вот эта полоса леса, что посветлей, это царство ёлок и тсуги. Это место считается здесь вроде дикого парка. Я там бегаю по утрам, мамочки гуляют с колясками, отмороженных малолеток почти не бывает.

Санса словила его улыбку и представила себе эту картину, как Джон, в наушниках, бежит по хвойному лесу. Ранее утро, и туман ещё путается в корнях ароматных елей. А потом он, вспотевший и раскрасневшийся, взбегает по лестнице в спальню, целует ещё сонную жену и убегает в душ. Реальный Джон продолжает что-то рассказывать, указывая туда, в изумрудные волны леса, а Санса пытается справиться с охватившим её смущением. Почему на месте прекрасной рыжеволосой супруги Джона и матери Лианны девушка представила в постели себя, ей совершенно не понятно.

Джон, оказывается, умеет готовить и неплохо поёт. Санса сидит на кухне, за барной стойкой и хихикает над попсовой версией AC/DC в исполнении брата. Джон не то чтобы кулинар, но томаты и болгарский перец режет быстро, специй добавляет в соус по-мексикански много, а когда мясо укладывает в раздельные лотки и в один из них плескает белое вино — Санса теряет голову. Она сама готовить умеет, но делает это по настроению. Да и ассортимент изысками не блещет. Запеченная курочка? Пожалуйста. Котлеты с гарниром? Тоже можно. Но вот такую итальянскую пасту с соусом и дымящимся мясом она пробовала лишь в ресторане, куда ходила с Рамси на встречи с инвесторами. О том, что что-то подобное можно готовить дома, она слышит в первые. Поэтому, когда Джон снимает фартук и просит проследить за мясом, а он пока съездит и заберет дочь, Санса может лишь растеряно кивнуть. На улице уже тёмно, поэтому Санса включает верхний свет на кухне и заодно проходится по близлежащим комнатам первого этажа. Дом Джона большой и светлый. В гостиной и столовой английские окна в пол, через которые видны кудрявые кусты гортензии и загоревшийся свет в соседних домах. Лес теряет утреннее очарование, он зияет чёрным расплывчатым пятном и кажется опасным.

В гостиной мягкие диванчики и несколько фоторамок на полке. Здесь Санса задерживается. Где-то на подсознательном уровне ей приходится признать, что именно это она и искала. На одном снимке Джон и Ли обнимаются возле огромного раскидистого кедра. У девочки в руках неизменный мистер Ватсон, а на заднем фоне — водопад. Небольшой, мелкий, без претензий на экзотику. Второй снимок интересует Сансу гораздо больше. Женщина держит объектив в руках так, чтобы в кадр попали она сама, муж и ребёнок. Улыбки Джона и Ли практически идентичные — глаза превратились в щелочки-полумесяцы — а руки девочки обвивают шею отца. Сам Джон еще без бороды и выглядит гораздо моложе. Но Сансу интересует другое. Она рассматривает женщину на переднем плане. У той шикарные рыжие волосы, куда гуще и ярче, чем у Сансы, лукавый прищур и счастливая улыбка. Женщина не слишком красива, тёмные веснушки каскадом рассыпаны по её щекам, а по крупноватым скулам и челюсти в ней угадывается англичанка. Но от неё веет таким зарядом энергии, силы и очарования, что Санса думает, будь эта девушка на её месте, она не позволила бы Рамси и пальцем к себе прикоснуться. А ещё Санса думает, что такая бы не оставила ребёнка и мужа по своей воле. А это значит.

Она оставляет рамку в сторону и идёт на кухню, когда замечает фары подъезжающей машины. На душе скребут кошки, но Санса лишь сильнее закручивает волосы на голове в пучок. Её цвет волос кажется ей самой бесстыжим в этом доме.

После ужина еще не слишком поздно и Санса хочет уехать домой. Джон хмурится, а Ли канючит, дергая её за край платья.

— Ну тётя Санса, ну пожалуйста! Там же тёмно!

Сансе жутко неловко, поэтому когда Джон просто забирает пальто из её рук и просит Ли проводить гостью наверх, не спрашивая мнение ее самой, девушка чувствует облегчение. Словно ей давно не хватало именно этого — чтобы кто-то принимал решения за неё, без давления и насилия, а просто, как будто так и должно быть. Санса занимает гостевую напротив комнаты Ли. У неё нет с собой сменного белья поэтому, когда Джон стучится в дверь отдаёт ей свою рубашку, Санса думает, что видимо в Оксфорде преподают курсы «как стать идеальным», ведь как иначе охарактеризовать брата, она не знает. Санса быстро принимает душ, накидывает сегодняшнее платье и с мокрыми волосами прокрадывается в комнату Ли. Девочка уже в кровати, но ещё не спит. Она счастливо улыбается тете и Санса замечает, что у той не хватает пары зубов.

— Плакала у стоматолога?

Санса подтыкает одеяло со всех сторон и целует девочку в лоб. Ли сонно моргает и отрицательно машет головой.

— Нет. Папа сказал, что будет не больно, если перетерпеть укол. Он держал меня за руку, когда фея Лили держала шприц.

— О, это жена Сэма Тарли, папиного друга, — Ли опять улыбнулась, но уже так сонно, что Санса поняла, что ей пора.

— Спокойной ночи, принцесса Лианна.

Девочка приоткрыла один глаз и хитро шепнула:

— Спокойной ночи, королева Санса.

Девушка ещё раз поправила одеяло и тихо вышла из комнаты. В дверях она столкнулась с Джоном, на которого чуть не налетела.

— О, Джон, спокойной.

— Не прощайся! Я сейчас зайду к тебе, — и он проскользнул в комнату дочери, а Санса, удивившись такой беспардонности, хмыкнула и закрыла дверь выделенной ей гостевой.

Джон действительно зашёл к ней через несколько минут, когда Санса уже переоделась и легла в постель. Мужская рубашка, к её большому сожалению, пахла порошком и чистотой. Никакого одеколона и самого Джона на ней не было. Мужчина мягко прикрыл дверь и огляделся в поиске стула, когда Санса, верно поняв его, чуть сдвинулась и похлопала рукой по матрасу.

— Иди сюда. О чем ты хотел поговорить?

Санса догадывались, что темой разговора будет её муж. Но Джон её вновь удивил, когда не стал ходить вокруг да около и мучить её вопросами на ночь глядя.

— Все мои связи остались в Англии, как и юридическая контора. Находясь так близко к Болтонам, я, как не парадоксально, мало на что способен, поэтому реально помочь тебе я могу лишь вернувшись в Йоркшир. Мне нужно здесь решить мелкие вопросы насчёт дома и работы, после чего я вернусь в Англию. Ты и Лианна, естественно, поедете со мной. Там я займусь твоим делом, а когда у меня за плечами будет достаточная база информации и связей — ты подашь заявление о разводе, — Джон с интересом наклонился голову вбок, наблюдая за приоткрывшимся ртом сестры.

— Боже, Джон! — Санса кинулась к нему, забыв о своей обычной сдержанности.

Обвив руками мужскую шею, она прижалась губами к щеке, чуть выше уровня волос, после чего отстранилась и провела рукой по подбородку. Среди знакомых мужчин Сансы, почти никто не носил бороду. У Рамси, когда он запивал на несколько дней, отрастала колючая грубая щетина, не желавшая ровно ложиться и торчавшая ершиком в разные стороны. Его отец и друзья, да почти все на юге, предпочитали гладко выбритые лица. Джон же, живя на севере, где русских и канадцев больше чем американцев, носил недлинную бороду, оказавшуюся на ощупь совсем не колючей.

— Ты её какими-то средствами мажешь что ли?

Джон секунду вглядывался в её глаза, а после раскатисто расхохотался. Санса недовольно смотрела на мужчину в её объятьях, до слез смеющегося над ней самой и уже хотела всерьёз обидеться и расцепить руки, когда Джон, почувствовав это, ещё тихо посмеиваясь, прижал её к себе и мягко поцеловал в висок.

— Тише, не злись, просто ты такая смешная, словно чуть старше Ли. Спи крепко, сес. Санса.

Джон разомкнул объятья, уложил её как маленького ребёнка, даже поцеловал в лоб, как недавно она сама Ли, и покинул комнату. А Санса затаилась в постели и, смотря в тёмный потолок чужого дома размышляла, почему «Санса», а не «сестра». Что он хотел сказать этим? Наверно то, что он её сестрой не считает и в силу природной честности не хочет лицемерить.

«Наверно это к лучшему», — решила Санса, остервенело расправляя ставшую неудобной подушку.- «Я его тоже, может быть, братом не считаю».

И лишь замерев поняла, что это абсолютная правда. С того момента в кафе, а может гораздо раньше, ещё с Дакоты, Санса не воспринимала Джона как своего брата и, даже, родственника. Мальчик, который жил с ними. Парень, который ел с ней за одним столом. Мужчина, который помогает ей сейчас.

«Шикарный мужчина», — решил засыпающий мозг девушки и она уснула.

Когда зубная щётка девушки перекочевала в стаканчик в ванной комнате той самой гостевой, в шкафу появилась её одежда, а на прикроватной тумбочке парфюм и косметичка — Санса решила, что в конец обнаглела и, довольно облизнувшись, поставила свою кружку в кухонный шкафчик. Чужой шкафчик, в чужом доме, чужого Джона Сноу. Пфф, пока никто против не был. Ли уже неделю не ходила в садик, так как Санса упросила Джона разрешить самой оставаться с девочкой. Мужчина удивился, но спорить не стал и, позвонив миссис Хадисон, предупредил, что месяц, а может больше, Ли в садике не появится. Срочные дела в Англии, знаете ли.

Сама Санса вдруг обнаружила, что маленькая обезьянка-Ли не доставляет ей хлопот. Сначала она думала, что в силу новизны ей нравится играться с ребёнком, но нет, спустя неделю ничего не изменилось. Но больше всего Сансу поразило именно то, что она сама так тянулась к чужому ребёнку. Девушка не слишком любила детей. В её голове была мысль, что ради своих она горы свернет, будет способна на все и даже больше. Но чужие дети?

Не одну ее, видимо, удивлял этот факт. Однажды, придя с работы, Джон нашёл дочь и Сансу заснувших на ковре в гостиной. Вокруг были раскиданы мягкие игрушки, несколько Барби и даже большая голубоглазая кукла из русского магазинчика в центре Ситки. Санса лежала на боку, положив одну руку под голову, а другой прижав Лианну к себе. Их волосы смешались у них над головой, образуя единый яркий пожар красок. У Джона свело скулы, когда он всмотрелся в эту картину. Санса сейчас была чудовищно похожа на Игритт. И, видимо, Ли чувствовала к ней тоже самое, раз такая похожая на отца, тихая и скромная девочка, моментально подружилась с совершенно незнакомой тетей, влюбившись в неё ещё там, в кафе.

Санса приоткрыла глаза и, заметив его, слабо улыбнулась, приветствуя. Выпутывшись из объятий Ли, она подошла к мужчине и только тут заметила его напряжённую позу. Не задавая лишних вопросов, она взяла его за руку и отвела на кухню, где усадила за стол.

Она опустилась напротив, щурясь после сна. И ледяная стойкость Джона пала. Он запустил пальцы в отросшие волосы на затылке и глухо просипел в столешницу.

— Игритт умерла четыре года назад. Ещё в Англии. Мне тогда казалось, что на Лианну давит все это; стены, лестницы, даже окружающие лица. На самом деле это давило на меня. Поэтому мы переехали. Даже нет, не так, бежали сюда, в Ситку, — Джон поднял взгляд на девушку и заговорил медленней и тише, будто посвящая её в тайну. — Она родилась здесь. Дом Игритт находится в паре кварталов отсюда. Ли этого не знает, она думает, я выбрал город наобум. Мы с Игритт познакомились в Оксфорде, вместе со школьной скамьи. Она мне тогда так напоминала тебя и миссис Кет, — в голосе Джона послышалась такая тоска, что Сансе захотелось обнять этого недолюбленного человека, такого прекрасного на самом деле.

— Боже, Джон, ты простишь меня? — Она протянулась руки и обхватила его сложенные ладони своими, как когда-то, несколько недель назад, Арья её.

Тот удивленно хмыкнул.

— Нет, прости меня.

— Ладно, ладно, — Джон засмеялся, — я прощаю тебя.

Они словили улыбки друг друга.

Санса всегда считала, что даже если очень захотеть, в голове все равно не может быть пусто. Мысли будут роиться и копошиться в черепной коробке в любом случае.

Но сейчас, под магнетическими глазами Джона, там не было ничего. Словно одного его было достаточно, чтобы заполнить все мысли, вытеснив проблемы и радости, ненавистного Рамси с его мастифами, отношения Арьи и Джендри и даже заснеженные горы Ситки, возвышающиеся на гладью воды.

— Ли надо уложить в кровать, хоть пол и тёплый, нечего ей спать на ковре, — Санса первая разорвала контакт взглядов и, убрав руки, выскользнула из комнаты, оставив Джона задумчиво смотреть на то место, где она сидела ещё пару минут назад.

*Джон Эддард Сноу — двойное имя на американский манер, второе чаще давалось по отцу;

Ваш браузер не поддерживается

Наградить фанфик «Адвокат дьявола»

Итак, во-первых: людям с острой нелюбовью к жестокости и насилию просьба пройти мимо и не расстраивать свою психику.
Во-вторых: никаких розовых соплей, никаких «мимими», только секс, наркотики и рок-н-ролл!
3: это ооочень ООС-ный дарк!Джаг, как можно понять из названия работы. Не ждите от него пушистости, это не зайчик.

Обложка от HaleHanna и мой трейлер в группе:https://vk.com/club168484882
Драббл-П.С. https://ficbook.net/readfic/7233573
Сиквел: https://ficbook.net/readfic/7524919

Глава 1. Добрый день

Бетти нервно постукивала карандашом по коричневой папке с делом Джонса. В комнате для свиданий в недавно отгроханной тюрьме в Саутсайде было довольно чисто, хоть и пахло сыростью. Похоже, строители не сильно напрягались, и теперь крыша сильно текла. Об этом чётко свидетельствовало небольшое мокрое пятно на потолке, с которого постоянно капало. Вся обстановка состояла из маленького железного стола и двух стульев, один из которых заняла Бетти, ожидая встречи со своим клиентом.

Пальцы мелко тряслись от волнения: репутация главаря местных бандитов бежала далеко впереди него. Она никак не могла отделаться от машинального перелистывания в памяти старых статей мамы в местной газете — какое бы дерьмо не происходило в Ривердэйле, виноваты всегда были Змеи.

Дверь распахнулась, и охранник завёл хмурого подтянутого парня. Его торчащие в стороны чёрные пряди волос падали на лоб и мешали разглядеть лицо получше. Увидев, что за столом на месте адвоката сидит всего-навсего хрупкая девушка в скромном сером платье, конвойный вздрогнул и, вопреки правилам, оставил наручники на заключённом.

— Мисс, если что, я за дверью, — он был явно обеспокоен сложившейся ситуацией, — Без шуток, Джонс, а то получишь дубинкой меж глаз.

Дверь с лязгом захлопнулась, и Купер осталась наедине со своим клиентом. Джонс медленно подошёл к своему стулу и устало развалился на нём, неприлично расставив ноги и окидывая презрительным взглядом трясущуюся девушку. Бетти сглотнула комок в горле и включила всю свою невозмутимость, чтобы не показать пробежавшего по нервам страха.

— Добрый день, мистер Джонс. Я Элизабет Купер, Ваш защитник. Надеюсь, мы сможем вместе разоб…

— Мне, кажется, обещали адвоката, — не дослушал приветствие парень, его вкрадчивый голос лениво растягивал слова.

Он поднял на неё испытующий взгляд. Непроглядная ночь в зелёных глазах заставила Бетти мысленно сжаться в комочек. Холодок пробегает по внезапно вспотевшей спине, и она раздражённо сводит плечи, выпрямляясь и добавляя металла в голос.

— Я и есть Ваш адвокат. И буду представлять Ваши интересы в суде.

— Детка, вернись в свою песочницу и позови взрослого дядю, который засунул тебя сюда, — хохотнул Джонс, кивая на дверь.

— Мистер Джонс, я считаю такой тон неприемлемым. Я тоже, к Вашему сведению, не от большого удовольствия здесь нахожусь. Но это моя работа, и позвольте мне её выполнить без оскорблений, — Бетти стиснула зубы, с усилием сохраняя спокойствие.

— А я считаю неприемлемым, что меня будет защищать школьница. Где Пенни Пибоди, моя Заклинательница? — он оставался абсолютно невозмутим.

— Она отказалась от Вашей защиты, так что, согласно закону, Вам предоставлен государственный адвокат, — у Бетти внезапно вспотели ладони, и она попыталась отвести взгляд от его лица. Невежливо рассматривать своего клиента, будто картину в галерее, но Купер никак не могла справиться с любопытством.

Слегка вьющиеся, тёмные волосы, обрамляют мужественное лицо с чётко очерченными скулами, создавая интересный контраст наигранной беззащитности и силы. Плотно сжатые тонкие губы. Длинный извилистый шрам от щеки вдоль шеи, уходящий за ворот чёрной майки с принтом в виде буквы «S». Serpents…

«Что нужно было сделать, чтобы остался такой шрам?» — проснулась в ней волна сочувствия к этому странному парню.

От слов девушки в глазах Джонса полыхнули злые огоньки, он подозрительно прищурился. Словно увидев её интерес и жалость, он, хмуро оскалившись, зашипел:

— Раз уж я твой клиент, то нечего пялиться на меня, Лиз.

— Меня зовут Элизабет, мистер Джонс. Давайте без фамильярностей. Я хотела бы сохранять дистанцию, — опомнившись, поставила она необходимую границу и открыла папку, — Итак, начнём. Вы не могли бы рассказать Вашу версию произошедшего девятого августа этого года?

— А ты не могла бы позвать ту сволочь, чтобы освободил мне руки? Может, тогда мы и поговорим. Докажи, что не бесполезна, мисс Купер, — слово «мисс» прозвучало с явной издёвкой.

Бетти вздохнула. Первое, чему их учили: абсолютное доверие с клиентом. Хуже нет, когда в зале суда выясняются обстоятельства, ранее неизвестные адвокату. Вся защита тогда летит псу под хвост. Она поднялась со стула и, обогнув Джонса как можно дальше, подошла к двери и постучала.

— Не могли бы Вы снять с него наручники? Мне нужна подпись, — сделала она невинные глаза, обращаясь к конвоиру.

Мужчина кивнул, и быстро исполнил её просьбу, снова удаляясь в коридор.

— У Вас осталось пятнадцать минут, мисс, — напомнил он напоследок.

— Довольны? — Бетти повернулась к Джонсу и увидела его восхищённый взгляд.

— А ты не так проста, детка, — его бровь взлетела вверх, и он довольно пригладил освобождёнными руками непослушные волосы.

С трудом оторвав взгляд от его тонких длинных пальцев, почему-то вызвавших приятное покалывание в ладонях, Бетти вернулась на своё место и снова приготовилась писать. Джонс заинтересованным взглядом проводил её хрупкую фигурку, буквально облапав глазами все изгибы.

— Теперь мы можем, наконец, заняться делом? — она не заметила голода во взгляде парня.

— О да, с тобой бы я точно занялся делом, — похотливо оскалился Джонс.

— Боже мой, да ответь ты уже на вопрос! — на секунду непрофессионально разозлилась Бетти, сорвавшись на «ты», но тут же взяв себя в руки, — Что произошло девятого августа с Вашей точки зрения?

— Ехал спокойно на своём грузовичке, вдруг останавливают копы в компании с УБН* и начинается маски-шоу. Наркотики мне подбросили, — подзащитный оставался холоден и неприступен.

— Давайте договоримся, Джонс. Мы не будем друг другу врать. Иначе всё это бесполезный цирк. Вы ехали в три часа ночи, грузовик не ваш, а некого Элтона Ньюмана, старика, который знать не знал, что имеет подобную собственность! Ну, и наконец, как Вы представляете себе полицейских, подкидывающих огромный деревянный ящик с десятью килограммами героина?

Бетти хмуро испепеляла его взглядом, дыхание сбилось от долгой тирады.

— Ты ещё не доказала, что тебе можно верить, Лиз. Я как-то не привык доверять людям, особенно после получасового знакомства, особенно девушкам, — последнее слово было сродни ругательству в его устах.

— Хорошо. Тогда начнём с простого. Меня зовут не Лиз, и, если уж Вам так тошно произносить моё полное имя, зовите меня просто Бетти, — она отчаянно пыталась пробиться сквозь выстроенную её клиентом стену.

— Бетти…хм. Что-то знакомое, как будто из порнушки. Мы раньше не встречались? — сложил он руки на груди и окинул её насмешливым взглядом.

Она постаралась не заметить, как чертовски сексуально прозвучало её имя из его уст. В районе живота образовался тугой комок. Даже очередная грубость проскочила мимо ушей.

— Не думаю, мистер Джонс. Может, Вы тоже хотели бы представиться? Или мне звать Вас Форсайт Пендлтон третий?

Джонс брезгливо поморщился.

— Джагхед. Просто Джагхед.

Дверь за его спиной снова заскрипела, и конвоир вернулся в комнату.

— Мисс Купер, Вы закончили? Время истекло, — мужчина встал у стены, дожидаясь заключённого.

— Спасибо. Я приду завтра, и мы продолжим, Джагхед, — она со вздохом закрыла пустой блокнот и проводила взглядом удаляющуюся фигуру своего самого безнадёжного клиента.

Ей необходимо доверие этого ублюдка. Иначе в зале суда она будет выглядеть просто жалкой, не понимающей сути происходящего, девочкой. И это будет крест на её дальнейшей карьере, но даже не этот факт так пугал Бетти. Самое отвратительное: увидеть в глазах матери победу. Элис пять лет доказывала дочери, что она пошла не тем путём, что её будущее рядом с родителями в редакции газеты. И это громкое дело — единственный шанс доказать всем, что адвокат Элизабет Купер чего-то стоит.

Бетти Купер. О, он знал её. Из далёких, словно из прошлой жизни, детских воспоминаний. Тогда он ходил в школу Нордсайда, это было ещё при жизни отца. Она была младше его года на три, и уже тогда лезла со своим белобрысым хвостиком во все щели. «Стрекозявка», так он её мысленно прозвал, вынужденный ночами править её полубезумные первые статьи в школьную газету, редактором которой тогда являлся.

А после его шестнадцатилетия отца пришили за недостачу товара при перевозке популярного в то время «джингл-джангла». И Джонсу пришлось резко повзрослеть. Перевестись в школу Саудсайда. Занять место Эф Пи-второго во главе Змей — не сразу, конечно, но он довольно быстро проявил себя во время разборок с конкурентами. Лишь благодаря ему, Змеи подмяли под себя весь нелегальный бизнес в Ривердэйле: наркотики, оружие, торговля угнанными тачками и даже сутенерство над местными шлюхами. Все было поставлено на поток, и верхушкой айсберга стал молодой Джонс.

Похоже, Бетти его не узнала. А мелкая Стрекозявка выросла в довольно фигуристую бабочку.

Джагхед вздохнул, растягиваясь на жёсткой кровати в своей камере. Мысли потекли в другое русло.

Где, мать её, Заклинательница? Какого хрена она отказалась защищать своего короля? И как вообще в УБН узнали о той ночной поставке в Гриндэйл?

Ответ был теперь очевиден: Пенни решила прибрать Змей к своим рукам, сдав Джонса и заняв его место. Нарушила закон: «Змей не предаёт своих»

Чёрт с ней. Он покажет, как сучка была не права, когда затеяла это. Джаг облизнул пересохшие губы при мысли, как будет срезать с этой стервы кожу, слой за слоем, до самой кости, как будет наслаждаться её криками и вырисовывать своим ножом узоры на слабом теле…

Почему-то приятная картинка перед глазами сменилась другой — хмурая зеленоглазая блондинка, качающая своими бёдрами перед его носом. Джаг шумно выдохнул, почувствовав легкую волну возбуждения. Так на него не похоже.

Женщины — проклятье человечества. В этом он был убеждён с детства, когда мать кинула их с отцом и свалила к чёрту на рога. Они — лишь способ снять напряжение. Приятно, но не больше. Зато мозг выносят нещадно, создавая проблемы на ровном месте. Он гораздо больше удовольствия получал, заставляя кричать очередную жертву, которой не посчастливилось навлечь на себя гнев самого опасного человека в Ривердэйле.

Но эта Стрекозявка может оказаться полезной. Именно благодаря своим наивным глазкам. Она поможет ему выбраться отсюда, хочет того или нет.

Бетти поставила очередную кружку с кофе на рабочий стол в своём импровизированном домашнем кабинете и устало откинулась на мягкое кресло. Ноутбук гудел, уже жутко перегретый, как и мозг девушки. Она кинула взгляд на настенные часы: три утра. Или ночи? Какая разница, ей завтра идти на встречу с клиентом, а у неё ничего, полный пшик. Джонс взят с поличным, какие могут быть шансы?

Она не собиралась сдаваться и идти на поводу у пофигиста-начальника. Какой-то, самой себялюбивой части её души, было безумно приятно представлять заголовки в маминой газете: молодой адвокат Элизабет Купер отстояла права своего подзащитного и доказала его невиновность…

Ха, невиновность! Она была последней, кто мог в это поверить. Да, не таким Бетти представляла себе короля Змей. Не таким желчным и не таким… чертовски, мать его, сексуальным?

«Дурилка, он таких, как ты, на завтрак ест.»

Едва зайдя в свой крохотный домик на удалённой улице города, она открыла всё статьи о нём. И сильно приуныла. Доказать непричастность Джонса к перевозке наркотиков было гиблым делом. Законно — никогда. Элизабет сидела до утра, пролистывая новую информацию, и с удивлением обнаружила, что они учились в одной школе, и даже в одно время. Почему тогда Бетти его не запомнила?

Наверное, в то время её ещё совсем не интересовал противоположный пол. Да, в общем-то, она и сейчас не проявляла особого интереса. Когда там у неё в последний раз был секс? Ах, да, хрен бы его знал. Кажется, полгода назад с каким-то придурком из бара… или это было в том году?

С каждым проведённым возле компьютера часом Бетти все сильней убеждалась в одном: она не хочет лезть в это дерьмо. Перед глазами мелькали списки возможных жертв банды Змей, фотографии с мест преступлений: изрезанные ножом, избитые до смерти и изуродованные тела. Дополняли картину не менее длинные списки погибших от передоза школьников и обычных наркоманов, а все поставки «веселья» также были от банды. Джагхед Джонс проник во все щели в этом чёртовом городе. Так что вполне сможет себе позволить дорогого адвоката!

В шесть утра Бетти сдалась, закрыла ноутбук и пошла в душ: ложиться спать уже не было никакого смысла. В девять ей нужно отчитаться о проделанной работе перед начальством, а к часу ей назначила встречу Ронни по «очень важному делу». И это не говоря о том, что к четырём нужно было быть в изоляторе временного содержания у клиента. День предстоял быть адски тяжёлым.

Стоя под прохладным освежающим душем, Бетти не могла отделаться от мыслей о нём. Он умел произвести впечатление, это стоит признать. От него просто веяло силой. Намыленные любимым клубничным гелем руки сами заскользили по обнажённому телу, поглаживая нежную кожу. Она прикрыла глаза, снова вспомнив его взгляд — и как зелень может быть настолько тёмной, чтобы отливать в черноту? Он завораживал. Гипнотизировал. Заставлял почувствовать себя маленькой беззащитной девочкой. Пальчики сами собой мягко сжали грудь, и она на секунду представила, что это те самые чертовски сексуальные руки Джагхеда, с их тонкими запястьями и выраженными сухожилиями…

Между ног проступила предательская влага, и Бетти рефлекторно сжала бёдра. Скользнула вдоль нагревающегося желанием тела, и, добравшись до самого сокровенного, мягко прошлась пальчиками по клитору. Возбуждение током пронзило натянутые нервы, заставив её глухо простонать.

«Мы раньше не встречались?» — звучал где-то совсем близко его голос, заглушая звуки льющейся воды.

Прикусив пухлую губку, Бетти продолжала гладить себя, понемногу ускоряя темп. Дыхание участилось, из перевозбуждённого лона сочилась на дрожащие ноги влага. Она зажмурилась от удовольствия, представляя его сильные пальцы на своём теле.

Вторая рука легла на грудь, с силой сжимая сосок. Искра возбуждения грозила перерасти в нешуточный пожар, пальчики двигались всё быстрей.

— Аах! — эхом отдал от стен ванной её стон, когда наслаждение накрыло Бетти с головой.

Как только пелена внезапного безумия спала, она глубоко вдохнула, успокаивая скачущий пульс. Быстро помылась и, замотавшись в махровое полотенце, вышла из душа, словно сама пребывая в шоке от этого необъяснимого порыва.

— Я не буду твоим адвокатом, Джонс, — решительно заверила она собственное отражение в зеркале.

——————————————————————————————————
*УБН — Управление по борьбе с наркотиками. Агентство в составе Министерства юстиции США, занимающееся исполнением федерального законодательства о наркотиках.

Twilight Russia

Войти через uID

  • Страница 2 из 6
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • »


Автор обложки: Олеся

Разрешение на размещение: получено

Дисклеймер: На образы героев тетушки Майер не претендую, но новые герои и сама история только моя))

Пейринг: Белла/Эдвард, Элис/Джаспер и т.д.

Жанр: Детективная драма/Романтика

Саммари: Он свято верил в правосудие и был самым удачливым адвокатом в Сиэтле. Он не проиграл ни одного дела и обрел свою любовь.
Ради своего будущего он был вынужден работать на ФБР и мафию, про него говорили, что он продал душу дьяволу.
Он начал жизнь с чистого листа и думал, что самое страшное позади.
Но судьба изменчива и вновь бросает вызов.

Статус: закончен — в процессе выкладывания

Размещение: только с разрешения автора

От lena_solnce: я не автор! Повторюсь: фанф замечательный! Кто УЖЕ его читал, пожалуйста, постарайтесь избегать спойлеров в теме!
И обязательно благодарим автора Lelka13 за такой замечательный рассказ!

От aurora_dudevan: Я всего лишь продолжаю выкладывать эту историю. Заметьте, что я НЕ АВТОР!

От len4ikchi: Я не автор, а всего лишь редактирую и выкладываю эту историю, начиная с 11 главы. Обратите внимание, что обновления выходят по субботам.

Заявки на включение в список ПЧ отправляйте: len4ikchi

снова. и снова он все держит в себе, конечно, он — глава семьи, и должен защищать ее, но ведь он должен понимать, что так жить невозможно, невозможно носить все в себе.

Фууух, а я ведь и правда почти поверила в возможную измену Эдварда!
Помнится китаеза что-то говорил о своей молодой и дерзкой дочери, вот я и подумала, что возможно она взяла быка за рога. только я совсем не могла объяснить сумку с деньгами и вещами! Не за что бы не поверила, что наш ответственный Эдвард взял бы и сбежал без объяснений.
Хотя с другой стороны я могу и ошибаться. ведь еще нечего не известно, почему он так отстранен? Почему солгал про Джаспера? Одни загадки!
Надеюсь вскоре он все же расскажет растерянной и отчаянной жене правду о том, что же на самом деле происходит и развеет её и мои опасения на счет другой женщины!
Кстати, не могу не поделиться своим восторгом от того как в моем воображении горяч Эдвард во время спарринга! Как представлю его напряженного, сосредоточенного и готового к нападению, или как его мышцы в плечах и руках перекатываются от его действий, то сразу возникает необходимость бежать в холодный душ! Завораживающее зрелище!
Спасибо огромное за главку. С большим нетерпением буду ждать продолжения. 😉